Если вас тревожит развитие вашего ребенка

За последние годы многие педагоги, психологи, дефектологи часто сталкиваются в своей работе с особенными детьми. Такие дети не могут полноценно вступить в контакт с окружающими, конфликтны, имеют много страхов, не участвуют в общей деятельности, заметно уступают сверстникам в уровне интеллектуального развития, имеют различные нарушения в психическом развитии и поведении.

Более 150 лет в нашей стране разрабаты­вается и совершенствуется система помощи детям, которые из-за особенностей развития нуждаются в специальной помощи при воспитании и обучении. Эта система хо­тя и далека от совершенства, но имеет доста­точно богатый арсенал вариантов, средств и способов такой помощи и заслуженно при­знана во всем мире. Однако реализация этой помощи в каждом конкретном случае зави­сит не только от специалистов, но и от того, насколько необходимость такой помощи очевидна для родителей.

Только родители могут дать своему ре­бенку любовь, заботу, ощущение, что он ва­жен и нужен, защищен от всех невзгод. Они не специалисты и не обязаны разбираться во всех тонкостях развития ребенка. Но их вни­мание к особенностям развития и поведения поможет вовремя заметить признаки возможного неблагополучия и помочь ребенку их преодолеть. И именно родители определяют: попадет ли ребенок в поле зрения спе­циалистов? Получит ли необходимую по­мощь? Как сложится его обучение? К како­му результату оно приведет?

В соответствии с существующим положе­нием все рекомендации специалистов по ор­ганизации необходимых для ребенка усло­вий обучения могут быть осуществлены только с согласия родителей. Это ставит родителей ребенка с отклоняющимся разви­тием в сложное положение: они должны по­нять и принять особенности своего ребенка, влияющие на его судьбу, и сделать выбор, иногда нелегкий для родительского самолю­бия. Особенно метают обывательские предрассудки и штампы, прежде всего представ­ления о том, что, находясь среди детей с на­рушенным развитием, ребенок «станет как они», «научится», у них неправильному по­ведению или речи, будет еще больше отста­вать в развитии.

На практике часто встречаются две край­ности. Одни родители склонны объяснять все особенности развития и поведения своих чад «характером», «шустростью», «ленью», т.е. по сути, уходить от проблем. Другие бо­лезненно переживают малейшие несоответ­ствия в развитии своего ребенка «нормам», много раз перепроверяют и уточняют, что он может и в чем затрудняется, подгоняют ре­бенка, упрекают его в несостоятельности, фиксируя его таким образом на собственной неуспешности и программируя ее дальней­шее развитие. И в том, и в другом случае ре­бенок не получает необходимой помощи. Он оказывается заложником родительского са­молюбия. Понимая и уважая чувства родите­лей, хочется направить их усилия в конструк­тивное русло: если вы отметили несоответст­вие между возможностями вашего ребенка и «нормативными» показателями развития, обратитесь к специалистам - только комплекс­ный анализ недостатков развития, их причин и последствий может стать основой для полноценной коррекционной помощи ребенку.

Когда желательна комплексная консуль­ тация специалистов для определения особен­ ностей развития ребенка?

Тогда, когда ка­кое-либо очевидное неблагополучие может повлиять на развитие в целом, сопровож­даться другими нарушениями, до опреде­ленного времени неочевидными для людей, некомпетентных в специальной психологии и педагогике. Далеко не всегда эти особенно­сти являются проявлениями отставания в психическом развитии или указывают на се­рьезные проблемы. Однако они могут при­вести к стойким учебным трудностям и по­этому должны стать поводом для комплекс­ной диагностики особенностей развития. Что же это за обстоятельства?

Ребенок появился на свет в результате неблагополучных беременности и родов (тя­желые заболевания или стрессовые ситуа­ции у мамы во время беременности, родовые травмы, удушье в родах).

Ребенок имеет (имел) много проблем в первые годы жизни (серьезные заболевания, крики, беспокойство, плохой сон и т.д.).

В настоящее время имеет нарушения в состоянии здоровья, которые влияют на его общее состояние.

Поздно начал сидеть, стоять, говорить, и его речевое и двигательное развитие бес­покоит вас и сейчас.

У ребенка выявлено снижение слуха или выраженное нарушение зрения.

Он наблюдался и получал лечение в связи с состоянием нервной системы (дет­ский церебральный паралич, парезы и пара­личи рук или ног, судорожные проявления).

Не способен следовать инструкции (не может сосредоточиться на деятельности, не понимает, с чего начать, как продолжать, бы­стро отвлекается).

Импульсивен (сначала делает, потом думает).

Неловок, плохо развиты движения ру­ки, не любит рисовать, лепить, не справляет­ся с мелкими деталями конструктора.

Неуютно чувствует себя в обществе сверстников, склонен замыкаться или, на­оборот, агрессивен.

Быстро устает и быстро пресыщается даже той деятельностью, которая привлека­ет его.

Плаксив, часто пребывает в снижен­ном настроении, не проявляет интереса к ок­ружающему.

У ребенка появились новые, несвойст­венные до этого особенности поведения, или внезапно усилились какие-то особенности характера, поведение стало странным, непо­нятным.

Указанные проявления, а тем более их со­четание могут оказаться тревожным сигна­лом неблагополучия. Поэтому чем раньше будут приняты меры, тем лучшими будут достигнутые результаты.

Перед родителями встает вопрос: где можно получить совет, в каком типе детского учреждения целесооб­разно обучать ребенка?

В психолого-медико-педагогических кон­сультациях (ПМПК) и консультативно-диа­гностических центрах, в которых специалис­ты разного профиля (врачи, психологи, педагоги-дефектологи. логопеды, нейропсихологи, нейрофизиологи и др.) смогут оценить особенности развития ребенка и его возмож­ности в обучении.

Вопрос второй: почему имеет смысл при­слушаться к мнению специалистов -консуль­тантов, а не опираться на советы специалис­тов, допустим, детской поликлиники?

Потому что в ПМПК и диагностических центрах проводится диагностика особенно­стей развития ребенка; его достоинства и недостатки оцениваются в связи с возмож­ностью различных вариантов обучения; все вопросы решаются на пересечении клиниче­ских (медицинских), психологических и пе­дагогических аспектов.

Например, маму может поставить в тупик такая ситуация. Все дошкольное детство ребе­нок наблюдался вполне квалифицированным невропатологогом, который успокаивал маму: «Ничего, что он не очень хорошо говорит. Молчуном на всю жизнь не останется. Нет у него никакой страшной болезни, а остальное нагонит». Попав на предшкольный осмотр к логопеду и будучи направлена с ребенком в ПМПК, мама услышала: «У вашего мальчика серьезные недостатки речевого развития. Обучение целесообразно начинать в речевой школе». Мама в тупике: специалисты проти­воречат друг другу, ей необходимо выбрать, мнение которого из них она признает опреде­ляющим. Почему возможна такая ситуация? Доктор прав: в результате проводимого им ле­чения к концу дошкольного детства у ребенка с клинической точки зрения можно отмстить только отдельные остаточные проявления не­достаточности нервной системы, и потому о «серьезном» медицинском диагнозе говорить не приходится. Однако обследование у лого­педа и психолога выявило: психические функции мальчика, в частности речевое раз­витие, имеют недостатки, существенные для его обучения. Эти функции развиваются и, вполне возможно, могут быть скомпенсирова­ны, но для этого требуется специальная про­грамма обучения, ориентированная на осо­бенности детей с речевым недоразвитием, т.е. программа речевой школы.

Если родители ребенка со снижением слуха или зрения, с двигательными наруше­ниями в какой-то мере психологически го­товы к тому, что их ребенок будет учиться «не как все», что он будет посещать специа­лизированные детский сад или школу, то ро­дители детей, отстающих в умственном раз­витии, узнавая диагноз ребенка, нередко пе­реживают болезненную реакцию. Ощуще­ние себя и своего ребенка выброшенными из «нормальной жизни», страх за будущее ре­бенка, мучительный поиск ответа на вопрос «кто виноват, что он не такой, как все?» не лучшие помощники в принятии взвешенно­го решения, на многие годы вперед опреде­ляющего педагогическую судьбу ребенка.

Опыт показывает, что одинаковый по ин­тенсивности стресс пережинают большинст­во родителей, независимо от того, насколько тяжелыми являются выявленные у ребенка проблемы.

Так, вердикт о наличии у ребенка задерж­ки психического развития (вариант нор­мального развития, требующий при обыч­ном обучении специальной коррекционно-развивающей педагогической поддержки) травмирует в такой же степени, как и диа­гноз «умственная отсталость легкой степе­ни», предполагающий обучение по облег­ченной (вспомогательной) программе в спе­циальной школе.

Большинство родителей радуются, «уст­роив» ребенка в логопедический детский сад, - «там и детей в группе меньше, и занимать­ся будут». А вот направление в речевую шко­лу (школу для детей с недостатками речевого развития, обучение в которой предполагает специальную программу по русскому языку, все остальные предметы «проходят» по обыч­ной программе средней школы) воспринима­ется так же болезнен но, как сообщение о глу­бокой умственной отсталости или «необучае­мости» ребенка (в кавычках - потому что не­обучаемости как таковой не существует, все дети развиваются и могут быть обучены в со­ответствии с доступной им программой).

Некоторые родители, понимающие недо­статки развития своих детей и болеющие за их будущее благополучие, опасаются, что за­фиксированный «страшный диагноз» по­влияет на дальнейшую судьбу ребенка. Не­малую роль в возникновении таких страхов сыграли некоторые СМИ, публикующие та­кие, например, материалы: «Его сделали че­ловеком второго сорта, поставив диагноз "дебильностъ". Из-за этого он смог окончить только два класса школы и до сих нор не мо­жет нигде устроиться на работу». И никто никогда не объяснит читателям, что освоить только два класса человек смог именно из-за того, что страдал умственным недоразвити­ем в степени дебилъности (сейчас, кстати, и диагноза такого нет; есть диагноз «умствен­ная отсталость легкой степени»), а было бы умственное недоразвитие выявлено свое­временно, пошел бы он учиться во вспомога­тельную школу, окончил бы ее, получил до­ступную профессию и, возможно, вполне благополучно жил и работал.

В результате подмены причины и следст­вия получается, что во всем виноват «ужас­ный диагноз», а ведь по сути он только отра­жает имеющиеся проблемы. И гораздо луч­ше иметь установленный диагноз и возмож­ность решать имеющиеся проблемы теми способами, которые предлагают специалис­ты, чем игнорировать проблемы, предпола­гая, что они сами собой исчезнут. Ведь не­редко своевременность оказанной помощи имеет принципиальное значение, а исправить недостатки неправильного обучения гораздо сложнее, чем начинать «с нуля» адекватное обучение.

Но вот диагноз установлен, и теперь перед родителями стоит ответственный выбор: специализированное или массовое детское учреждение будет посещать их ребенок? На­до отметить, что в специализированных уч­реждениях разработаны четкие и ясные по­казания для приема детей, а в массовых практически отсутствуют, поэтому теорети­чески в них может быть принят любой ребе­нок. Правда, большинство этих учреждений силами своего руководства производит «фильтрацию» детей (и родителей), однако никакой правовой основы у такой фильтра­ции нет формально любой ребенок, прожи­вающий на прикрепленной к массовой шко­ле или детскому салу территории при нали­чии свободных мест может быть туда принят.

Перевод ребенка в специализированное об­разовательное учреждение при наличии по­казаний может быть осуществлен только при согласии родителей. Поэтому родители, убежденные, что их ребенок должен обучать­ся «со всеми», имеют формальное право свое убеждение осуществить. Но прежде чем реализовать это право (нередко в тяжелой борь­бе с педсоставом детского учреждения), це­лесообразно обдумать следующие моменты. Большинство родителей понимают, что при обычном, так называемом «массовом», подходе ребенка ждут огорчения, так как об­разовательная система достаточно требовательна, и ребенку, испытывающему те или иные трудности, в ней будет весьма неуютно. Однако часто родители руководствуются тем, что, находясь среди «нормально» развиваю­щихся детей, их ребенок «подтянется», «ис­правится», «доразовьется». При этом они не учитывают, что «обучение ведет за собой развитие» (Л.С. Выготский) только в том случае, если обучение соответствует реальным воз­можностям ребенка, ложится на подготовлен­ную базу. Например, ребенок, не усвоивший арифметические действия, не «разовьется» на уроках алгебры. Самое печальное - то, что ре­бенок со специальными образовательными потребностями (так принято сегодня назы­вать детей, которые в силу различных причин не могут в общие сроки в общем потоке осво­ить общую образовательную программу) ока­зывается в незавидном положении. Ничего, кроме сниженной самооценки и дополнитель­ных проблем, он в этой ситуации не приобре­тает. Чтобы компенсировать свои проблемы, он нуждается, прежде всего, в доступной, соответствующей его возможностям специальной программе обучения и специальном педагоге, обученном работе с особыми детьми.

Детские учреждения для детей с ограни­ченными возможностями, нуждающихся в специальной педагогической поддержке, ра­ботают по специальным программам и ори­ентированы на основные психолого-педагогические особенности этих детей. Работа пе­дагога с ребенком, нуждающимся в специаль­ной помощи, требует дополнительного вре­мени и сил. Организация педпроцесса в спе­циализированных образовательных учрежде­ниях учитывает эту необходимость: малая на­полняемость группы или класса, дополнительные индивидуальные, занятия с ребенком позволяют не упустить те особенности ребенка, которые существенны для его развития. Находясь в маленькой группе детей, ребенок меньше отвлекается и устает, у него лучше формируется направленное внимание в лю­бом виде деятельности; щадящий режим, чет­кое соблюдение гигиенических требований позволяют избежать переутомления; профи­лактические оздоровительные мероприятия, необходимая медикаментозная помощь пре­дотвращают или компенсируют отклонения в состоянии ребенка. Все эти факторы крайне важны для его развития и обучения.

Ни в коей-мере не претендуя на ограниче­ние свободы выбора родителей, кандидат психологических наук, психоневролог А. Дробинская, специалист Института коррекционной педагогики РАО Коррекционно-диагностического центра (КДЦ) предлагает несколько советов, как сориентиро­ваться в сложной ситуации, на что опи­раться при принятии важного решения - где и как обучать и воспитывать своего ребенка.

Необходимо получить от консультирую­щих специалистов максимально полную ин­формацию об особенностях вашего ребенка и о предлагаемом пути обучения. Не стес­няйтесь задавать вопросы - в результате консультации не должно остаться «темных пятен». Какие вопросы задавать? Приводим примерный их список.