5 мифов о работе мозга, в которые вы все еще верите

Общее представление о науке о мозге затуманено множеством факторов, среди которых недостоверные документы, ленивые голливудские сценаристы и многое другое. В результате обычный человек, задумываясь о том, как работает его мозг, редко «глубоко понимает сложную нейробиологию» и намного чаще считает, что «в его голове есть нечто, что превращает кровь в пищу для ума».

Вот почему большинство даже разумно звучащих фактов о мозге, которые все продолжают повторять, полная ерунда. Например…

1. «Эмоции только мешают рациональному принятию решения»

Поп-культура полна гениальных персонажей, чья главная способность заключается в том, чтобы не позволять сентиментальности мешать логике. Шерлок Холмс, доктор Хаус, Спок — все они не способны испытывать сложные эмоции, такие как , и все они — великие гении, потому что не могут чувствовать. В конце концов, эмоции только затуманивают мышление, правильно?

Это мнение поддержит любой сексист: «Видите, почему женщины не могут работать на ответственных должностях, — эти ужасные женские эмоции мешают им логически мышлить».

На самом деле…

Эмоции и рациональное принятие решений являются лучшими друзьями. На самом деле они хорошо дополняют друг друга, а удаление эмоций из уравнения фактически полностью разрушит нашу способность принимать решения. Это действительно имеет смысл: эмоции — не совсем пережиток прошлого, оставшийся в наших генах с тех времен, когда набедренная повязка с гепардовым принтом была на пике моды. Так что нет никаких причин считать, что они несовместимы с рациональным мышлением, одним из основных преимуществ нашего вида. Наука только начинает изучать, почему разные эмоции так важны в процессе принятия решений. И мы знаем, как плохо всё становится, когда эти две составляющие перестают сотрудничать.

Рассмотрим случайного человека, у которого была хорошая работа и высокий уровень IQ, до тех пор пока он не получил повреждения орбитофронтальной области коры головного мозга (OFC), моста, связывающего нашу эмоциональную мозжечковую миндалину с остальной частью мозга. Это лишило его способности проявлять эмоции, но сохранило интеллект. Но вместо того чтобы превратиться в непобедимую логическую машину, он обнаружил, что ему трудно справиться даже с самыми простыми повседневными проблемами. Что есть на обед, какую ручку использовать, где припарковать свою машину — все эти простые решения превратились в дилемму на уровне «что я должен сказать в своей инаугурационной речи?» Это не единственный случай: пациенты с повреждением OFC часто становятся абсолютно рациональными, но не могут принимать решения, потому что у них нет эмоций, которые вывели бы их на правильный путь.

Разум любит использовать эмоции, чтобы привести нас к правильному решению, разбавляя лучшие и худшие варианты интуитивными эмоциями: ужасные варианты приходят вместе со страхом и негативными эмоциями, в то время как решения, которые наш мозг считает наилучшими, приходят окутанными крошечным облаком счастья.

Пациенты, у которых вследствие повреждения OFC отсутствуют эмоции, испытывали затруднения при выяснении правил азартной игры, потому что у них нет никакой эмоциональной связи с успехом или поражением. С другой стороны, здоровые люди сознательно вникают в правила, потому что чувствуют себя немного напряженно, когда опасаются сделать неправильный ход: их мозг помнит все случаи, когда они теряли ДЕНЬГИ, и предостерегает от повторения ошибки небольшими эмоциональными бомбами.

2. «Я думаю, я просто не математик!»

Некоторые люди высокие, а другие маленького роста. Некоторые из нас созданы для математики, а другие считают себя гуманитариями. В конце концов, разве стереотип о том, что «азиаты — прекрасные математики», подтверждаемый статистическими данными, не верен?

Конечно, большинство из нас способно производить простейшие математические действия, но только некоторые могут понять более сложные математические операции. В средней школе, когда начинается настоящая математика, вы можете увидеть, у каких ДЕТЕЙ есть гены, которые помогут им получить техническую специальность, а какие до конца жизни будут кричать от ужаса при виде знака π.

На самом деле…

Это правда, что определенный процент нашего интеллекта связан с генетикой (сколько именно, практически невозможно оценить, и об этом идут ожесточенные споры), но не существует никакой математической части мозга. Азиатские страны преуспели в математике потому, что их культура культивирует это свойство.

Итак, хотите знать тайну обладания способностями к математике? Это практика, точно так же, как и любое другое умение. Большинство людей не преуспели в математике по той простой причине, что не считают себя математиками». А когда у Вас есть убеждение, что вы чего-то не умеете (или, если на то пошло, так талантливы, что вам не нужно даже пробовать), ваши результаты будут, как правило, скромнее. Эта психологическая особенность называется «фиксированным мышлением» и действует как своего рода самовнушение.

Решая простую дилемму «математик/не математик», необходимо как можно раньше рассказать детям, что математика — это приобретенное умение, а не талант. И если они понимают это в самом начале, то обычно преуспевают в этой сфере, потому что у них есть все необходимые инструменты, чтобы отогнать свое пораженческое отношение к делу. Да для этого даже не нужно быть ребенком; если вы готовы приложить усилие, то можете заниматься своими гуманитарными исследованиями сколько вам угодно, а потом сразу же отправиться навстречу математической славе. Не верите? Спросите Эдварда Виттена, который изучал историю и лингвистику, чтобы стать журналистом, пока не ушел в экономику. Когда ему стало скучно заниматься и этим, он решил взяться за математику и физику. Тогда он высказал одно небольшое предположение, названное «M-теорией», выиграл Нобелевскую премию, и теперь считается одним из самых великих физиков всех времен.

Эдвард Виттен

Есть разница между тем, что вы сделать не в состоянии, и тем, что вы просто ненавидите делать.

3. «Игры для тренировки мозга сделают вас умнее!»

Объявления об играх для тренировки мозга — одна из наиболее безобидных вещей, на которые вы можете наткнуться в интернете. В отличие от некоторых других объявлений о самосовершенствовании, они не требуют, чтобы вы купили ужасающий (но все же бесполезный) насос или банку сомнительных таблеток. Все что нужно делать — быть он-лайн и играть в некоторую браузерную игру, что вы, вероятно, давайте смотреть правде в глаза, делали бы в любом случае.

На самом деле…

Оказывается, что игры для мозга не оказывают на него никакого влияния: в них может быть интересно играть, но в конечном счете несмотря на все обещания вы получите нулевое благоприятное воздействие.

Большинство исследований, утверждающих, что игры для тренировки мозга на самом деле делают то, что они рекламируют, недостаточно точны. В самом деле, некоторые из них выглядят так, как будто ученые сфальсифицировали результаты, зная, что теневая многомиллионная промышленность готова в любом случае вкладывать в них деньги.

Чтобы все объяснить, компания Би-би-си заставила 11 430 человек играть в учебные игры для мозга в течение шести недель. Как показало исследование (как обычно и происходит, когда вы практикуете что-то шесть полных недель), их производительность в играх значительно улучшилась. Однако загвоздка была в том, что спустя эти шесть недель испытуемые, взяв реальные обобщенные интеллектуальные тесты, не смогли применить в них знания, полученные во время игры. Так что, как вы можете догадаться, тренировки мозга не сделали никого умнее.

4. «Омега-3 — прекрасная пища для мозга!»

Мозг — это просто орган, и то, что вы едите и пьете, влияет на то, насколько хорошо он работает (если вы сомневаетесь в этом, выпейте бутылку водки и попробуйте собрать робота).

Определенно Омега-3 жирные кислоты, содержащиеся в рыбе, орехах и рыбьем жире, значат для мозга то же, что и алкоголь для самооценки. Омега-3 приписывают множество полезных функций: от увеличения объема вашего мозга до улучшения вашей памяти. Итак, почему же мы не съедаем тонны рыбьего жира для улучшения памяти?

На самом деле…

Нет достоверных доказательств того, что Омега-3 жирные кислоты многое делают для наших мыслительных способностей.

Идея о том, что Омега-3 жирные кислоты являются «пищей для мозга», вышла из факта, что наши мозги уже содержат довольно много материала. Используя проверенный временем метод «Вы то, что едите», люди полагали, что чем больше они будут их употреблять, тем умнее будут. Однако ни одно из воображаемых преимуществ потребления Омеги-3 жирных кислот не было окончательно доказано. Исследования проводились. Просто исследования, проведенные в начале 2000-х годов, которые в значительной степени ответственны за репутацию Омега-3, были… не самыми точными. В них пропущены такие понятия, как контрольные группы и двойные слепые исследования (где исследователи и испытуемые не знают, кто какие таблетки принимает, чтобы снизить уровень субъективности). Таким образом, ни один из этих тестов не пришел к опубликованному рецензируемому документу, который мы могли бы признать важным шагом в процессе определения научной достоверности.

Неудивительно, что некоторые были поражены, когда в 2010 году двойное слепое исследование, с плацебо и прочими необходимыми атрибутами, не нашло фактического различия в мыслительных способностях детей, принимавших омега-3, и детей, принимавших плацебо. Было только три различия в их производительности, и одно из них было на самом деле в пользу плацебо-группы. Исследование женщин после менопаузы так же показало абсолютную бесполезность омега-3 жирных кислот в качестве питания для мозга.

Так почему же множество профессионалов продолжают настаивать на том, что Омега-3 очень полезное вещество? Мы не хотим вам ничего внушать, но, глядя вам прямо в глаза, вспомним тот факт, что Омега-3 добавки в одной только Америке — это многомиллиардный бизнес.

5. «Одна голова хорошо, а две — лучше!»

Помимо того что ваш начальник вас недолюбливает, есть и другая причина, по которой он заставляет вас регулярно работать с людьми, которых вы ненавидите: чем больше интеллектуальных ресурсов будет задействовано в проекте, тем проще будет получить хорошие результаты. Нам даже не нужно далеко ходить, чтобы найти много прецедентов, когда групповое выступление давало лучшие результаты.

На самом деле…

В целом принцип «больше мозгов — лучше мозговой штурм» работал бы просто великолепно… если бы мы были роботами. У некоторых людей социальная составляющая «нескольких умов, работающих вместе» приводит к конформизму. Мы социальные существа, и наша способность сосуществовать в группе была нашим правилом выживания № 1 на протяжении нескольких сотен тысяч лет. Это означает, что наш страх не вписаться в коллектив будет переопределять наше логическое мышление продолжительное время.

Но это вовсе не значит, что у принятия решения группой нет своих достоинств. Есть, и немало; они называются демократией. Но имеется также много подводных камней, которые могут испортить конечный результат процесса.

Представьте себе группу великих умов, работающих в команде. Идея заключается в том, чтобы собрать их вместе, запустить «мозговой штурм», позволить им обменяться идеями друг с другом и в конечном счете придумать суперидею, которая сокрушит всех конкурентов и приведет компанию к успеху. На практике все, как правило, работает совсем по-другому: Благодаря мозговому явлению, известному как когнитивная фиксация, все в группе склонны сосредотачиваться на идеях других людей вместо своих собственных. И так как все сосредотачиваются на материале, который предлагают другие, идеи, которые они сами производят, как правило, ничего не стоят.

Затем наш мозг активно делает вещи еще хуже, обманывая нас и заставляя видеть вещи таким образом, что мы верим любой ерунде, предложенной группой, даже когда эти утверждения в корне глупы и неправильны. Мозг фактически наказывает нас за высказывание мнения меньшинства; каждое слово, идущее вразрез с мнением группы, заставляет каждую клетку нашего тела трястись от ужаса. Помните наших антисоциальных гениев из первого пункта? Может быть, секрет их не в том, что они избавились от эмоций, а в том, что им просто удалось стряхнуть с себя давление со стороны окружающих.

Уменьшение численности группы до двух человек не обязательно должно помочь, потому что при наличии второго партнера у нас появляется тенденция становиться самонадеянными, что принуждает нас игнорировать внешние советы и не дает изменять наше мнение, даже когда эксперты говорят нам, что-то делается неправильно. Все что нам нужно — это один соглашающийся с нами человек, чтобы убедить себя, что ты непогрешим.

Конечно, во многих случаях нам придется работать с другими просто потому, что у них есть информация и/или опыт, которых нет у вас. Этот парадокс — причина того, почему наша культура одновременно подчеркивает работу в команде («Мы можем сделать все что угодно, если мы будем работать вместе!») и индивидуализм («Вы спрыгнули бы из моста просто потому, что все Ваши друзья сделали это?»). Должны ли мы пойти своим собственным путем или довериться группе?

Да, отчасти удивительно, что мы, люди, вообще способны что-либо сделать.