Роль международно-правовых документов в защите прав лиц с психическими расстройствами

Международным договорам, вступившим в силу для России, принадлежит первостепенная роль в сфере защиты прав и свобод граждан, в том числе страдающих психическими расстройствами.

Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. Это означает, что, во-первых, решения органов власти, органов местного самоуправления, должностных лиц и процедура их принятия не должны противоречить положениям международных договоров и, во-вторых, нормы международного договора (конвенции, пакта, соглашения и т. д.) могут применяться органами власти (включая суды (1)) напрямую, если по условиям договора для их применения не требуется издания внутригосударственных актов.

Международно-правовые документы ООН ››

Основополагающим международно-правовым актом в сфере защиты прав граждан с устойчивыми психическими, интеллектуальными нарушениями является Конвенция о правах инвалидов, принятая Генеральной ассамблеей ООН 13 декабря 2006 г. Российская Федерация подписала Конвенцию и готовится к ее ратификации. Государства – участники Конвенции обязаны поощрять, защищать и обеспечивать полное и равное осуществление всеми инвалидами всех прав человека и основных свобод. Общими принципами, установленными в Конвенции, являются:

a) уважение присущего человеку достоинства, его личной самостоятельности, включая свободу делать свой собственный выбор, и независимости;

b) недискриминация;

c) полное и эффективное вовлечение и включение в общество;

d) уважение особенностей инвалидов и их принятие в качестве компонента людского многообразия и части человечества;

e) равенство возможностей;

f) доступность;

g) равенство мужчин и женщин;

h) уважение развивающихся способностей детей-инвалидов и уважение права детей-инвалидов сохранять свою индивидуальность.

Статья 12 Конвенции требует, чтобы меры, связанные с реализацией правоспособности инвалида, “ориентировались на уважение прав, воли и предпочтений лица, были свободны от конфликта интересов и неуместного влияния, были соразмерны обстоятельствам этого лица и подстроены под них, применялись в течение как можно меньшего срока и регулярно проверялись компетентным, независимым и беспристрастным органом или судебной инстанцией”.

Приведение российского законодательства о недееспособности и опеке в соответствие с указанными требованиями должно стать одной из первоочередных задач России как участницы Конвенции. Конвенцией учрежден Комитет по правам инвалидов ООН. Каждое государство – участник Конвенции должно периодически представлять Комитету всеобъемлющий доклад о мерах, принятых для осуществления им своих обязательств по Конвенции, и о прогрессе, достигнутом в этом отношении. В соответствии с Факультативным протоколом к Конвенции Комитет компетентен принимать и рассматривать сообщения от находящихся под его юрисдикцией лиц и групп лиц, заявляющих, что они являются жертвами нарушения государством – участником положений Конвенции. После изучения сообщения Комитет направляет свои предложения и рекомендации государству-участнику и заявителю, а также вправе провести расследование, в т. ч. с посещением территории государства-участника (с согласия последнего).

На лиц, страдающих психическими расстройствами, распространяется также ряд специализированных документов ООН: Декларация о правах умственно отсталых лиц (1971 г.), Декларация о правах инвалидов (1975 г.), Свод принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме (1988 г.), а также Принципы защиты психически больных лиц и улучшения психиатрической помощи, утвержденные резолюцией Генеральной ассамблеи ООН46/119 от 17 декабря 1991 г.

Принципы ООН представляют собой максимально полный и подробный перечень требований к обеспечению прав лиц с психическими расстройствами. Они касаются вопросов диагностики, госпитализации, оказания психиатрической помощи, процессуальных гарантий и т. д. И хотя данный документ не является международным договором и носит лишь рекомендательный характер, он имеет исключительное значение при разработке внутригосударственного законодательства о психиатрической помощи, правах пациентов, по вопросам признания больного недееспособным; при определении соответствия законодательных актов и практики их применения международным стандартам. К Принципам ООН в обоснование своих правовых позиций обращается Конституционный Суд РФ.

Одним из положений Принципа 1 является недопущение какой-либо дискриминации на основании психического заболевания. Дискриминация, согласно документу, означает “любое отличие, исключение или предпочтение, следствием которого является отмена или затруднение равного пользования правами”. Специальные меры, принимаемые исключительно с целью защиты прав или улучшения положения психически больных лиц, не считаются дискриминационными. Дискриминация не включает в себя любое отличие, исключение или предпочтение, осуществляемое в соответствии с Принципами и необходимое для защиты прав психически больного лица или других лиц.

На основе Принципов ООН Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) разработала Инструкцию по содействию реализации прав человека для лиц, страдающих психическими расстройствами. Инструкция может быть использована при оценке степени защищенности прав данной категории лиц, а также состояния психиатрической службы в конкретной стране. В Своде методических рекомендаций по вопросам политики и оказания услуг в области психического здоровья, разработанных ВОЗ в 2007 г. признается, что законодательство в области психического здоровья необходимо для защиты прав людей с психическими расстройствами, которые представляют собой уязвимую часть общества. Эти люди сталкиваются со стигматизацией, дискриминацией и изоляцией. Вследствие этого повышается вероятность нарушения их прав. Законодательство должно обеспечивать необходимое равновесие между правами отдельного человека на свободу и достоинство, с одной стороны, и потребностью общества чувствовать защищенность, с другой. В национальном законодательстве должны быть отражены: принцип наименее ограничительной альтернативы; принцип конфиденциальности; принцип информированного согласия; добровольные и принудительные госпитализация и лечение; независимый наблюдательный орган; дееспособность и опекунство. Законодательные акты, регламентирующие вопросы охраны психического здоровья, должны содержать положения по защите прав людей с психическими расстройствами в области обеспечения жильем, занятости, социальной защиты. Кроме того, законодательные акты могут быть направлены на укрепление психического здоровья и профилактику психических расстройств. Они должны предусматривать специальные положения по защите прав таких групп населения, как женщины, дети, люди пожилого возраста. Эти и другие положения документа предназначены не только для органов власти и специалистов-психиатров, но и для групп, представляющих интересы граждан с психическими расстройствами, представителей или ассоциаций семей и лиц, оказывающих помощь людям с такими расстройствами, организаций, отстаивающих права этих граждан.

Наряду с документами ВОЗ, являющейся органом ООН, большой вклад в установление приоритета прав пациента внесли декларации и положения, выработанные Всемирной медицинской ассоциацией (ВМА), основанной в 1947 г. Важное значение имеют принятые ВМА Международный кодекс медицинской этики(1949 г.), Лиссабонская декларация относительно прав пациента (1981 г.),а также Хельсинская декларация(1964 г. с последующими изменениями). В Хельсинской декларации сформулированы этические принципы, которыми следует руководствоваться врачам при проведении медицинских исследований на человеке. Документ содержит специальные нормы в отношении информированного согласия на участие в исследовании недееспособного лица. Авторитет указанных этических принципов столь высок, что они вошли в международный стандарт надлежащей клинической практики (GCP), а затем стали частью нормативной базы Российской Федерации. Требование о необходимости придерживаться этических принципов, заложенных в Хельсинской декларации, содержится в п. 4.8 Национального стандарта РФ (ГОСТР 52379-2005) “Надлежащая клиническая практика”, утвержденного приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 27.09.2005 № 232-ст.

Многие важные принципы этического и правового характера, сформулированные затем в международно-правовых актах, содержатся в документах Всемирной психиатрической ассоциации (ВПА):

1) Гавайской декларации II (одобрена Генеральной ассамблеей ВПА10 июля 1983 г.);

2) Положениях и взглядах Всемирной психиатрической ассоциации оправах и юридической защите психически больных (приняты Генеральной ассамблеей ВПА 17 октября 1989 г.);

3) Мадридской декларации по этическим стандартам в области психиатрической практики (принята Генеральной ассамблеей ВПА 25 августа1996 г. с изменениями, внесенными в2002 г.).

В вопросах защиты прав лиц с психическими расстройствами следует использовать возможности независимых национальных учреждений и объединений граждан, осуществляющих защиту прав человека и основных свобод. Обеспечение и поддержка их создания и развития является обязанностью государства. Это правило закреплено в Декларации о праве и обязанности отдельных лиц, групп и органов общества поощрять и защищать общепризнанные права человека и основные свободы, принятой Генеральной ассамблеей ООН в

1998 г.

Международно-правовые документы Совета Европы ››

Международно-правовыми актами, на которых можно основывать требования по защите прав и свобод российских граждан, страдающих теми или иными психическими расстройствами, либо граждан, не имеющих психических расстройств, но “соприкасавшихся” с психиатрической службой, служат документы не только на уровне ООН, но и в рамках Совета Европы. Вступив в Совет Европы, Россия 30 марта 1998 г. ратифицировала Конвенцию о защите прав человека и основных свобод (1950 г.), признав, таким образом, юрисдикцию Европейского суда по правам человека, к которому получили доступ российские граждане.

Европейский суд дает толкование оспариваемых в жалобах норм внутреннего законодательства страны, оценку правоприменительной практики с точки зрения их соответствия Конвенции и выносит постановления, содержащие предписания в адрес соответствующего государства в случае нарушения им требований Конвенции. Право российских граждан обращаться с жалобами в Европейский суд по правам человека можно считать реальным и одним из наиболее эффективных механизмов защиты. Оно гарантировано ч. 3 ст. 46 Конституции РФ, устанавливающей право каждого в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты.

Так, первое же дело, рассмотренное Европейским судом по жалобе гражданки из России, связанное с недобровольной госпитализацией в психиатрический стационар (“Ракевич против России”, Страсбург, 28 октября 2003 г.), было заявительницей выиграно. Суд обязал Правительство РФ выплатить ей 3 тыс. евро в качестве компенсации морального вреда. В своем постановлении Европейский суд помимо констатации нарушений, допущенных российским судом при рассмотрении вопроса о госпитализации Ракевич в психиатрический стационар в недобровольном порядке, указал также на пробелы в российском законодательстве, влекущие ущемление прав пациента и подлежащие устранению (2).

Другим делом, выигранным в Европейском суде лицом, страдающим психическим расстройством, который был признан невменяемым в отношении совершенного им уголовно-наказуемого деяния, является дело “Романов против России” (Страсбург,20 октября 2005 г.). Европейский суд в своем постановлении признал, что присутствие самого лица в судебном заседании является необходимым условием для того, чтобы судья лично мог убедиться в его психическом состоянии и принять справедливое решение; рассмотрение дела судом первой и кассационной инстанций в отсутствие этого лица (вопреки его желанию), которое ничем не может быть компенсировано, допустимо лишь при наличии особых обстоятельств, например, если имеют место какие-либо признаки агрессивного поведения или если физическое или психическое состояние не позволяет ему предстать перед судом.

О значимости решений Европейского суда для российского законодательства и судебной практики свидетельствует, в частности, тот факт, что постановление по делу “Романов против России” было использовано Конституционным Судом РФ при обосновании вынесенного им постановления о несоответствии Конституции РФ ряда положений ст. 402, 433, 437, 438,439, 441, 444 и 445 УПК РФ в той мере, в какой эти положения (по смыслу, придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой) не позволяют лицам, в отношении которых осуществляется производство о применении принудительных мер медицинского характера, лично знакомиться с материалами уголовного дела, участвовать в судебном заседании при его рассмотрении, заявлять ходатайства, инициировать рассмотрение вопроса об изменении и прекращении применения указанных мер и обжаловать принятые по делу процессуальные решения.

Право подачи жалобы в Европейский суд по правам человека по смыслу ст. 35–37 Конвенции о защите прав человека и основных свобод распространяется даже на тех лиц, страдающих психическими расстройствами, которые признаны недееспособными. Это положение является исключительно важным, поскольку по российскому законодательству недееспособный лишен права самостоятельно обращаться в судебные органы. Прецедент в отношении недееспособного россиянина уже имеется: 27 марта2008 г. Европейский суд вынес постановление по делу “Штукатуров против России”, в котором признал нарушение ряда статей Конвенции в связи с признанием его недееспособным Василеостровским районным судом г. Санкт-Петербурга.

Установление решением Европейского суда нарушения положений Конвенции при рассмотрении российским судом конкретного дела (в связи с принятием постановления, по которому заявитель обратился в Европейский суд) не входит до 1 января2012 г. (3) в предусмотренный ст. 392Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ) перечень оснований для пересмотра вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся (или новым) обстоятельствам. По этой причине некоторые суды отказывают гражданам, в пользу которых было вынесено решение Европейского суда, в удовлетворении их заявлений о пересмотре постановлений судов общей юрисдикции по вновь открывшимся обстоятельствам. Тем самым они блокируют действие Конвенции на территории Российской Федерации в нарушение положений ч. 4 ст. 15 Конституции РФ о приоритете правил международных договоров Российской Федерации.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 05.02.2007 № 2-П указывается, что не только Конвенция, но и решения Европейского суда – в той части, в какой ими, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права, дается толкование содержания закрепленных в Конвенции прав и свобод, включая право на доступ к суду и справедливое правосудие, – являются составной частью российской правовой системы, а потому должны учитываться федеральным законодателем при регулировании общественных отношений и правоприменительными органами при применении соответствующих норм права. Постановлением от 26.02.2010 № 4-П Конституционный Суд РФ обязал федерального законодателя внести в ст. 392 ГПК РФ соответствующее дополнение, законодательно закрепив механизм исполнения окончательных решений Европейского суда, который позволит обеспечить адекватное восстановление нарушенных прав. Такой механизм предусмотрен новой редакцией ст. 392 ГПК РФ, вступающей в силу с 1 января 2012 г.

Вспомогательным источником в отношении соблюдения норм Конвенции являются Стандарты Европейского Комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (ЕКПП) в отношении принудительного помещения в психиатрические учреждения (2004 г.).

Вместе с Конвенцией о защите прав человека и основных свобод механизм защиты прав человека обеспечивает Европейская социальная хартия, пересмотренная в 1996 г. От имени России новый вариант хартии был подписан 14 сентября 2000 г. Часть статей хартии ратифицирована Россией Федеральным законом от 03.06.2009 № 101-ФЗ. Европейская социальная хартия гарантирует социальные и экономические права (на жилье, охрану здоровья, образование, занятость, свободу передвижения, свободу от дискриминации и правовую защиту) и устанавливает контрольный механизм, призванный гарантировать соблюдение этих прав государствами – участниками хартии. Последние должны регулярно предоставлять доклады о том, как исполняются принятые страной положения хартии и к каким новым положениям она готова присоединиться.

Кроме того, в законотворческой и правоприменительной практике должны приниматься во внимание следующие документы рекомендательного характера:

1) Рекомендации 818 (1977) “О положении психически больных” (приняты 8 октября 1977 г. Парламентской ассамблеей Совета Европы);

2) Рекомендации “О правовой защите недобровольно госпитализированных лиц с психическими расстройствами” (R(83) 2) (приняты 22 февраля1983 г. Комитетом министров Совета Европы);

3) Декларация о политике в области обеспечения прав пациента в Европе (принята в 1994 г.);

4) Рекомендация “О принципах, касающихся правовой защиты недееспособных взрослых” (R(99) 4) (принята 23 февраля 1999 г. Комитетом министров Совета Европы);

5) Рекомендация “О защите прав человека и достоинства лиц с психическими расстройствами” (R(2004) 10) (принята 24 февраля 2004 г. Комитетом министров Совета Европы).

На рекомендации международных организаций в своих решениях ссылается Конституционный Суд РФ. Рекомендация “О защите прав человека и достоинства лиц с психическими расстройствами” (R(2004) 10) (далее – Рекомендация) на уровне Совета Европы является документом, аналогичным указанным выше Принципам защиты психически больных лиц и улучшения психиатрической помощи, действующим на уровне ООН. Важно отметить, что, хотя данный документ не носит юридически обязательного характера, его положения могут рассматриваться как раскрывающие содержание гарантий, предусмотренных Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, например, ст. 5 Рекомендации имеет целью усилить защиту достоинства, прав человека и основных свобод лиц с психическими расстройствами, в частности, тех, кто помещен в стационар и получает лечение в недобровольном порядке. В отличие от Закона РФ от 02.07.1992 № 3185-1 “О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании” документ различает критерии и процедуры недобровольной госпитализации и применения недобровольного лечения. Рекомендация также содержит перечень не подлежащих ограничению прав лиц, госпитализированных в недобровольном порядке, и дифференцирует пациентов на три группы:

а) обладающие способностью выразить согласие и отказывающиеся от соответствующей госпитализации или лечения;

б) не обладающие способностью выразить согласие и возражающие против госпитализации или лечения;

в) не обладающие способностью выразить согласие и при этом не возражающие против госпитализации или лечения.

Прямое отношение к вопросам оправах лиц с психическими расстройствами при их лечении имеет Конвенция о правах человека и биомедицине Совета Европы (1997 г.), Российской Федерацией, однако, не подписанная. Как руководство к действию следует воспринимать Европейскую декларацию по охране психического здоровья и разработанный на ее основе Европейский план действий по охране психического здоровья, принятые в 2005 г. министрами здравоохранения государств – членов Европейского региона ВОЗ.

Международно-правовые документы СНГ ››

Для предупреждения и устранения нарушений прав российских граждан, в том числе страдающих психическими расстройствами, находящихся на территории государств ближнего зарубежья, а также граждан государств ближнего зарубежья, оказавшихся на территории России, следует использовать возможности, которые открывает реализация положений многосторонних и двусторонних актов, заключенных в рамках СНГ. Универсальный характер в сфере прав человека имеют Устав СНГ от22 января 1993 г. и Конвенция СНГ оправах и основных свободах человека от 26 мая 1995 г. Основополагающим документом Союза Беларуси и России является Устав от 23 мая 1997 г.

В Конвенции СНГ о правах и основных свободах человека помимо перечня гражданских, политических и социально-экономических прав, перечисленных в ранее названных документах ООН, закреплены и гарантии, связанные с учетом особых условий СНГ. Это касается, в частности, прав на социальное и медицинское обеспечение.

Особо оговариваются права физически и умственно нетрудоспособных лиц на восстановление трудоспособности, профессиональную подготовку и возвращение к общественной жизни (ст. 18, 28). С этой целью государства обязуются:

а) принимать надлежащие меры по организации учебных заведений, в т. ч. государственных или частных специализированных учреждений;

б) принимать надлежащие меры по трудоустройству нетрудоспособных лиц, в т. ч. по созданию специализированных служб по трудоустройству, учреждений со специальными условиями труда, и меры по поощрению работодателей в приеме инвалидов на работу.

Специальным органом по наблюдению за выполнением Конвенции является Комиссия по правам человека СНГ со штаб-квартирой в Минске. Комиссия рассматривает как запросы государств – участников Конвенции, так и индивидуальные и коллективные обращения любых лиц и неправительственных организаций по вопросам, связанным с нарушением прав человека любой из сторон Конвенции. Критерии приемлемости жалоб аналогичны правилам Европейского суда по правам человека. В частности, заявитель должен исчерпать все доступные внутригосударственные средства правовой защиты и с этого момента не должно пройти более 6 месяцев. При рассмотрении вопроса Комиссия может, но не обязана заслушивать на своей сессии заявителя, обращение которого рассматривается, или его представителя. Решения Комиссии фиксируются в виде договоренностей, заключений и рекомендаций. Право граждан государств – участников СНГ на бесплатную медицинскую помощь в необходимых объемах гарантировано Хартией социальных прав и гарантий граждан независимых государств от 29 октября 1994 г. Такая помощь включает амбулаторно-поликлиническое обслуживание, в т. ч. визиты врача на дом, специализированное обслуживание в больницах, клиниках и вне стен этих учреждений. Государства Содружества, согласно ст. 33 Хартии, обеспечивают потребности населения в медикаментах и предметах ухода за больными, сохраняют льготный порядок обеспечения лекарственными средствами инвалидов и других категорий граждан в соответствии с национальным законодательством.

Другим важным международно-правовым актом Содружества является Конвенция СНГ о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г. именуемая часто Минской конвенцией.

Минская конвенция гарантирует, что граждане каждой из Договаривающихся Сторон, а также лица, проживающие на ее территории, пользуются на территории всех других Договаривающихся Сторон в отношении своих личных и имущественных прав такой же правовой защитой, как и собственные граждане данного государства. Они имеют право свободно и беспрепятственно обращаться в суды, прокуратуру и иные учреждения, к компетенции которых относятся гражданские, семейные и уголовные дела, могут выступать в них, подавать ходатайства, предъявлять иски и осуществлять иные процессуальные действия. При этом они пользуются бесплатной юридической помощью на тех же условиях, что и собственные граждане.

Государства СНГ, участвующие в Минской конвенции, оказывают друг другу правовую помощь путем выполнения процессуальных и иных действий (составление и пересылка документов, проведение экспертизы, допрос сторон, обвиняемых, свидетелей, признание и исполнение судебных решений по гражданским делам и др.). Свидетелю, потерпевшему, эксперту запрашиваемого государства возмещаются расходы, связанные с проездом и пребыванием в запрашивающем государстве, а также неполученная заработная плата за дни отвлечения от работы; эксперт, в т. ч. и эксперт-психиатр, имеет также право на вознаграждение за проведение экспертизы. Предусматривается, таким образом, возможность оказания правовой помощи в виде проведения экспертизы, в том числе судебно-психиатрической (далее – СПЭ). Минская конвенция регламентирует лишь порядок вызова эксперта в учреждение юстиции запрашивающего государства и не устанавливает правовых оснований для проведения экспертизы в экспертном учреждении запрашиваемого государства. Так, документ специально не оговаривает возможности направления обвиняемого, например, по определению суда Украины на СПЭ в экспертное учреждение России.

Минская конвенция обязывает подписавшие ее государства СНГ по просьбе друг друга пересылать без перевода и бесплатно документы, касающиеся личных или имущественных прав и интересов граждан запрашиваемого государства и иных лиц, проживающих на его территории. К таким документам можно отнести и медицинскую документацию, необходимую, например, при производстве СПЭ по уголовному или гражданскому делу, когда стало известно, что подэкспертный проходил ранее лечение на территории одного из государств СНГ.В этом случае учреждение юстиции, назначившее СПЭ, оформляет соответствующий запрос в учреждение юстиции запрашиваемого государства о высылке необходимой документации. Документы, которые на территории одного из государств СНГ рассматриваются как официальные документы, пользуются на территории других государств СНГ доказательной силой официальных документов.

Лица, в отношении которых назначена СПЭ, их представители, а также эксперты вправе в случае необходимости требовать от учреждений юстиции предоставления историй болезни и другой медицинской документации для производства СПЭ, ссылаясь на нормы данной Конвенции. Среди гражданских правоотношений, регулируемых Минской конвенцией, важными для защиты прав лиц с психическими расстройствами являются вопросы дееспособности и опеки.

Государства СНГ договорились, что дееспособность лица определяется законодательством того государства СНГ, гражданином которого оно является. Дееспособность лица без гражданства определяется по правилам страны, в которой он имеет постоянное место жительства. В случае если суду одного из государств станут известны основания для признания недееспособным проживающего на его территории лица, являющегося гражданином другого государства СНГ, он уведомляет об этом суд государства, гражданином которого данное лицо является. Если суд, получивший такое уведомление, в течение трех месяцев не начнет дело или не сообщит свое мнение, дело о признании лица недееспособным будет рассматривать суд того государства, на территории которого гражданин имеет место жительства. Решение о признании лица недееспособным направляется затем компетентному суду государства, гражданином которого лицо является. Эти положения применяются соответственно и при восстановлении дееспособности лица. Установление или отмена опеки, правоотношения между опекуном и подопечным регулируются по законодательству государства, гражданином которого является недееспособный. Важно иметь в виду, что опекуном лица, являющегося гражданином одного государства СНГ, может быть назначен гражданин другого государства СНГ, если он проживает на территории государства, где будет осуществляться опека.

Специальным международно-правовым актом, касающимся прав психически больных, совершивших на территории другого государства Содружества уголовно наказуемые деяния в состоянии невменяемости, является Конвенция СНГ о передаче лиц, страдающих психическими расстройствами, для проведения принудительного лечения от 28 марта 1997 г.

Конвенция исходит из Принципа 7 упомянутых выше международных Принципов защиты психически больных лиц и улучшения психиатрической помощи, в соответствии с которым “при лечении в психиатрическом учреждении пациент имеет право во всех случаях, когда это возможно, проходить лечение вблизи от своего дома либо дома своих родственников или друзей и имеет право как можно скорее вернуться в свою общину”. Передача лица для прохождения принудительного лечения в то государство, гражданином которого он является или на территории которого постоянно проживает, осуществляется при наличии вступившего в законную силу решения суда о применении принудительных мер медицинского характера к лицу, совершившему уголовно наказуемое по законодательству обоих государств деяние. При этом принимающее государство должно располагать возможностью обеспечить необходимые меры безопасности и лечение. Получение согласия больного обязательно. В случае его неспособности к свободному волеизъявлению требуется согласие его законного представителя.

Заявление о своей заинтересованности в передаче вправе подать не только лицо, подлежащее принудительному лечению, или его законный представитель, но и его близкие родственники. Заявление на территории России подается в Генеральную прокуратуру РФ, которая затем выступает с обращением в адрес компетентного органа другого государства СНГ. Компетентный орган, в свою очередь, не позднее 40 дней принимает решение о согласии либо отказе в передаче (принятии) лица. О принятом решении в письменной форме сообщается больному или его законному представителю. Инициатором передачи может быть как государство, судом которого вынесено решение о принудительном лечении, так и государство, гражданином которого лицо является или на территории которого постоянно проживает. Место, время и порядок передачи лица определяется по договоренности между Генеральной прокуратурой РФ и компетентным органом другого государства СНГ. Правительству РФ еще в 2004 г. было предписано определить порядок участия федеральных органов исполнительной власти в организации этого процесса. Однако соответствующее постановление до настоящего времени не принято, что, безусловно, тормозит механизм реализации положений Конвенции и негативно сказывается на возможности реализации психически больными своих прав. Отказ в принятии заявления у граждан по причине отсутствия указанного нормативного акта следует расценивать как неправомерный. Такой отказ может быть обжалован в суде.

В настоящее время Правительством РФ внесен в Госдуму законопроект “О передаче и принятии Российской Федерацией лиц, страдающих психическими расстройствами, в отношении которых имеется вступившее в законную силу решение суда о применении принудительных мер медицинского характера”. Важно иметь в виду, что решение об отмене или изменении принудительных мер медицинского характера с учетом изменения (улучшения) психического состояния лица вправе принять как суд государства, передавшего лицо для прохождения принудительного лечения, так и суд по месту прохождения такого лечения.

Источники информации

1 См. постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 № 5 “О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации”.

2 Перевод на русский язык указанного постановления Европейского суда, комментарий к нему, а также анализ предполагаемых изменений российского законодательства см. Независимый психиатрический журнал.2003. № IV; 2005. № IV.

3 См. Федеральный закон от 09.12.2010 № 353-ФЗ “О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации”.