Разного рода представления о бессознательном составляли важную часть общего интеллектуального климата в Европе 80-х годов XVIII столетия. Именно в это время Фрейд начинал свою клиническую практику. Причем бессознательное было предметом интереса не только профессионалов; широкая публика тоже любила порассуждать на эту тему. Книга Э. фон Гартмана «Философия бессознательного» (Die philosophishen Crundlagen der Natunvissenschaften, 1869-1884 гг.) была столь популярна, что выдержала девять изданий в период с 1869 по 1882 годы. В 70-х годах XIX века появилось еще, по крайней мере, полдюжины других работ, содержавших в названии слово «бессознательное».

Таким образом, Фрейд не был первым, кто всерьез заговорил о бессознательном в человеческой психике. Напротив, он сам полагал, что философы до него уже многое сделали в этой области. То новое, на что претендовал именно он, касалось способов исследования бессознательного.

Исследования по психопатологии

Мы уже имели случай убедиться, что любое новое движение нуждается в каком-то противнике, в чем-то, с чем можно сражаться и от чего можно отталкиваться для обретения начального импульса движения. Но поскольку психоанализ развивался вне русла академической мысли, то и оппонентом его стала не вундтовская психология и не какая-либо иная из существовавших в то время в психологии школ. Для того, чтобы найти противника, которому противостоял Фрейд, нам придется обратиться к сфере его непосредственной профессиональной деятельности - исследованию природы и лечения психических расстройств.

История лечения душевных расстройств выглядит столь же захватывающе, сколь и удручающе. Первые упоминания о душевных болезнях относятся к 2100 до н. э. (Brems.Tbeverin & Routh. 1991). Жители Древнего Вавилона верили, что душевные недуги возникают из-за того, что человеком овладевает демон. Их лечение, впрочем, было довольно гуманным и сочетало в себе магию и молитвы.

Древние иудеи расценивали такие недуги как наказание за грехи. Они полагались при лечении на магию и молитву. Греческие философы - Сократ, Платон и Аристотель - считали, что причина душевных расстройств кроется в нарушении упорядоченности мыслительного процесса. А потому они рассчитывали на лечебную силу и убедительность разумных аргументов.

По мере распространения и упрочения в Европе христианства в IV веке, к психическим расстройствам вновь стали относиться как к чему-то, достойному осуждения, как к одержимости бесами и дьяволом. А потому надлежащее, с точки зрения церкви, лечение представляло собой сочетание морального и религиозного осуждения, пыток и других мучительных, варварских процедур по изгнанию бесов. С начала XV века и на протяжении трех последующих столетий печально известная своей жестокостью инквизиция сурово преследовала еретиков и колдунов, притом признаки, по которым последних можно было узнать, представляли собой, по существу, детальное описание симптомов душевных расстройств. Единственным же лечением, похоже, оставались жестокие пытки и мучения.

К XVIII веку душевные болезни стали рассматривать просто как иррациональное поведение. За это уже не предавали казни, а помещали несчастных больных в лечебницы, больше походившие на тюрьмы. Никакого лечения, собственно, и не предполагалось. Людей просто держали на привязи, в цепях, а иногда выставляли на всеобщее обозрение, словно животных в зоопарке.

Более гуманный подход к психическим расстройствам

К началу XIX века постепенно распространяется более гуманное и рациональное отношение к психическим расстройствам. Одним из лидеров нового подхода стал французский врач Филипп Пинель (1745- 1826). Он утверждал, что душевные расстройства - это естественное явление, и потому лечить их надо методами естественных наук. Он освободил пациентов от оков и стал относиться к ним значительно более гуманно. Именно он первым начал записывать истории болезни и отмечать характер и ход лечения. Количество пациентов, объявленных излечившимися и выпущенных из психиатрических лечебниц, под его руководством выросло невероятно. Под влиянием подобного примера цепи с пациентов начали снимать все чаще и чаще как в Европе, так и в Америке. Психические болезни становились предметом научного исследования. «Становление научного сознания привело к тому. что человек все более воспринимался как машина. А если машина сломалась, ее можно и нужно починить. Такого рода "починка" и должна была происходить в психиатрических лечебницах, снабженных разного рода приборами и аппаратами в соответствии с новейшими достижениями индустриальной революции»2 (Brems.Theverin & Routh. 1991. P. 12).

Первым практикующим психиатром в Соединенных Штатах был Бенджамин Раш (1745-1813). Согласно его взглядам, причиной иррационального поведения является излишек или недостаток крови. А потому лечение основывалось на удалении излишков или, напротив, пополнении кровотока при недостатке крови. Он сконструировал специальное вращающееся кресло, на котором несчастных больных раскручивали с огромной скоростью. В результате дело часто кончалось обмороком. На более ранних этапах своего шокового лечения Раш погружал пациентов в холодную воду. Считается, что именно он первым начал использовать специальные методы транквилизации. Пациентов привязывали к так называемому успокаивающему креслу и крепко сдавливали голову при помощи тисков большими деревянными блоками.

И хотя современному человеку подобные методы наверняка покажутся довольно жестокими, не следует все же забывать, что Раш старался помочь своим пациентам: ранее их ожидало бы заключение в исправительном учреждении, где лечением вряд ли кто занимался бы. Он относился к своим пациентам как к больным, а не как к одержимым бесами. Раш также создал первую в Соединенных Штатах клинику специально для лечения эмоциональных расстройств.

На протяжении XIX века в области психиатрии боролись две основные школы - соматическая и психическая. Соматическая школа видела главную причину аномального поведения в физических нарушениях - таких, как поражение головного мозга, недостаточная стимуляция нервных окончаний или же излишнее их напряжение. Психическая школа, напротив, полагала, что причины аномального поведения следует искать в сфере психики. Однако, в целом ведущая роль принадлежала все же соматической школе. Ее позиции были подкреплены авторитетом немецкого философа И. Канта, который в свое время весьма язвительно высказывался по поводу попыток объяснить появление умственных расстройств при помощи эмоциональных факторов.

Психоанализ явился своеобразным протестом против соматической ориентации. По мере достижения успешных результатов в области лечения душевнобольных многие ученые все более приходили к убеждению, что эмоциональные факторы играют в развитии болезни не меньшую, а зачастую и бульшую роль, чем поражения мозга или какие-то иные физические причины.

Использование гипноза

Использование гипноза еще больше подогрело интерес к исследованию психических причин аномального поведения. В конце XVIII века интерес медиков к гипнозу стимулировали работы австрийского врача Франца Антона Месмера (1734-1815). Но еще в течение, по крайней мере, целого столетия официальная медицина отрицала роль гипноза, относясь к месмеризму как к шарлатанству и мошенничеству. Широкая публика тем не менее заинтересовалась этим явлением, превратив его в некий род игры.

В Англии Джеймс Брэйд (1795-1860) назвал это явление термином «нейрипнология», от которого, собственно, и произошло слово «гипноз». Именно благодаря тщательным исследованиям Брэйда, а также его безусловной репутации сдержанного и ответственного исследователя, не склонного ко всякого рода преувеличениям и сенсационным заявлениям, гипноз начинает обретать некоторую научную респектабельность.

Признание со стороны профессионального сообщества гипноз получил прежде всего благодаря работам французского врача Жана Мартина Шарко (1823-1893), главы нейрологической клиники в Сальпетьере, парижском госпитале для душевнобольных женщин. Шарко удалось добиться некоторых успехов в лечении истерии при помощи гипноза. Более того, он подробно описал симптомы истерии, а также процедуру использования гипноза в строгих медицинских терминах, что сделало этот метод более приемлемым для других врачей, а также для Французской академии наук.

Работы Шарко первоначально носили нейрологический характер. В них речь шла прежде всего о физических нарушениях и симптомах, таких, например, как паралич. Врачи в большинстве своем вплоть до 1889 года продолжали приписывать истерию действию физических и соматических причин, когда во главе психологической лаборатории в Сальпетьере стал ученик Шарко Пьер Жане (1859-1947).

Жане отбросил представление об истерии как о следствии физических причин. Вместо этого он стал трактовать истерию как душевную болезнь. Он выдвинул предположение, что подлинными причинами истерии являются психические явления - и, прежде всего, нарушения памяти, навязчивые идеи и силы бессознательного. В качестве основного метода лечения был выбран гипноз. Таким образом, ранние годы врачебной карьеры Зигмунда Фрейда пришлись на тот период, когда появлялось значительное число профессиональных публикаций о гипнозе, а также по поводу психических причин развития душевных болезней. Работы Жане во многом предвосхищают идеи Фрейда: тем не менее, впоследствии Жане выказывал личную неприязнь по отношению к Фрейду (Abel. 1989).