Симптомы психических расстройств - Расстройства мышления

Page 6 of 24

Расстройства мышления

Мышление — это высшая форма психической деятельно­сти человека, включающая в себя активную переработку чувствен­ных ощущений и восприятия, т. е. это опосредованное отражение связей и отношений между предметами и явлениями объективно­го мира. В основе процесса мышления лежат такие операции, как анализ, синтез, сравнение, абстрагирование, обобщение, клас­сификация признаков. В результате этих операций образуются по­нятия и умозаключения.

Понятие является отражением в сознании человека общих закономерностей и качеств предметов и явлений. В понятие вклю­чается познание реальной внутренней сущности того или иного явления или предмета.

В зависимости от степени абстрагирования и обобщения по­нятия носят конкретный или абстрактный характер. Поэтому и выделяют конкретно-образное и абстрактное мышление. На­глядно-образное, чувственное или конкретное мышление свя­зано со словесными образами конкретных предметов, непо­средственно познаваемых при помощи органов чувств. При абст­рактном мышлении мы обобщаем, т.е. улавливаем совокупность существенных признаков, которые характерны для данного яв­ления, отбрасывая всякие для него несущественные, частные признаки. Таким образом, возникают абстрактные понятия, на­пример «животные», «деревья», «подводный мир». Они отли­чаются от конкретных понятий, например «носорог», «береза» «акула».

Умозаключение возникает в результате сравнения не­скольких суждений, их сопоставления и, таким образом, закан­чивает собой процесс мышления в качестве окончательного вы­вода.

Физиологической основой мышления является, как известно вторая сигнальная система (И. П. Павлов), отражающая на более высоком уровне не только прошлое и настоящее, но и предстоя­щее путем образования временных связей — ассоциаций. Мышле­ние материализуется в речь. Именно поэтому путем анализа рече­вой продукции человека можно судить о наличии или отсутствии у него патологии мышления.

Расстройства мышления разделяются на патологию ассоциа­тивного процесса и патологию суждения.

Патология ассоциативного процесса

Ускорение мышления выражается в том, что условно за едини­цу времени образуется больше ассоциаций, чем в норме, при этом страдает их качество. Быстро сменяющие друг друга образы, пред­ставления, суждения, умозаключения крайне поверхностны. Обилие и легкость новых ассоциаций, спонтанно возникающих от любого зрительного, звукового, обонятельного и других раздражи­телей, отражается в речевой продукции, которая может напоми­нать так называемую пулеметную речь. От беспрерывного говоре­ния больные иногда даже теряют голос или же он становится хриплым, шепотным.

Для этого варианта нарушения мышления характерна повышен­ная отвлекаемость, мешающая больному довести до конца любое начинание. В голове так много мыслей, что они нередко принима­ют характер скачки идей. При этом мыслительный процесс и речевая продукция как бы имитируют бессвязность. Однако если эту речь записать на магнитофон и воспроизвести в медлен­ном темпе, то можно определить в ней некий смысл, цель, чего никогда не бывает при бессвязности мышления.

Другим вариантом ускорения темпа мышления является ментизм. который представляет собой возникающий по­мимо воли больного наплыв мыслей. Поток образов, представле­ний, воспоминаний обрушивается на больного в таком стреми­тельном темпе, что он не может справиться с ними, теряется от их обилия, чувствует себя беспомощным. Некоторые исследовате­ли считают ментизм вариантом идеаторного автоматизма синдрома Кандинского — Клерамбо при шизофрении или при органиче­ских психозах.

Ускорение ассоциативного процесса является обязательной производной маниакального синдрома различного генеза (аффек­тивные расстройства, шизофрения, наркомания и т.д.).

Замедление мышления проявляется в заторможенности и бед­ности ассоциаций. Наиболее выражено замедление ассоциативного процесса в абсолютно «пустой голове, в которой мысли вооб­ще не появляются». На вопросы больные отвечают односложно и после длительной паузы (латентный период речевых реакций воз­растает по сравнению с нормой в 7— 10 раз). Подобное наруше­ние обычно характерно для депрессивного синдрома, но может отмечаться при апатических и астенических состояниях, а также при легких степенях помрачения сознания.

Полная остановка течения мыслей (шперунг — термин немецких авторов, блокировка мыслей — англоговорящих) происходит, ког­да на фоне ясного сознания и при отсутствии галлюцинаций боль­ной на какое-то время теряет нить беседы, при этом в голове возникает ощущение пустоты, он перестает говорить и как бы приходит в себя лишь через некоторое время. Это расстройство весьма характерно для шизофрении.

Насильственное мышление характеризуется тем, что в сознании больного помимо воли и желания возникают случайные, мало­значимые для него мысли или поток мыслей, от которого он из­бавиться не может. В таком случае говорят о «наплыве мыслей», или ментизме.

Патологическая обстоятельность мышления — это чрезмерная вязкость, тугоподвижность ассоциативного процесса, застревание на несущественных признаках, трудность переключения с одной темы на другую. Речь больных изобилует множеством ненужных деталей, так как они не в состоянии отличить главное от второ­степенного, им кажется важной каждая мелочь или оттенок об­суждаемой проблемы. Кроме того, нередко речь приобретает осо­бые интонации, растягиваются слова, используются уменьшитель­но-ласкательные суффиксы.

Патологическая обстоятельность особенно характерна для эпи­лепсии (так называемое лабиринтное мышление), однако возмож­на при травмах головного мозга, сосудистых психозах и других видах психической патологии.

Персеверация мышления — застревание на одних и тех же представлениях, выражается в постоянном повторении какого-то сло­ва или группы слов. Обычно это — правильный ответ на первый заданный больному вопрос. На все последующие вопросы он дает тот же первичный ответ. Так, на вопрос: «Сколько вам лет?», боль­ной правильно отвечает: «65». И далее: «Как вас зовут?» — «65», «Где вы живете» — «65» и т.д.

Это состояние (так называемые стоячие симптомы) весьма характерно для атрофических процессов головного мозга (болезнь Пика, болезнь Алцгеймера), но может отмечаться при травмати­ческих и сосудистых психозах.

Вербигерация — спонтанное и стереотипное повторение каких-то слов, звуков или простых предложений. Возникает непроиз­вольно, чаще отмечается при шизофрении.

Парциализация мышления —- характерна только для шизофре­нии. Выражается в том, что, по мнению больных, мыслить могут абсолютно все части тела.

Резонерство — склонность к пустому, бесплодному рассуждательству с отсутствием конкретных идей. Крайнюю бессодержательность и бедность суждений больной облекает в грамматичес­ки правильную, но пространную, порой витиеватую словесную форму с использованием высокопарных выражений и обилием научных и философских терминов.

В качестве примера приведем высказывание больной С, мате­матика по образованию, проходившей лечение по поводу присту­па шизофрении:

В норме нечто, формально напоминающее резонерство, называется демагогией. Наличие в мышлении резонерства обычно сви­детельствует о несвежем шизофреническом процессе.

Символическое мышление присуще всем людям — и здоровым, и больным. Есть символы, которые понятны если не всем, то большинству. Например, белый халат — символ врача, черная одежда — символ траура. При патологии ассоциативного процес­са в виде символического мышления символы всегда сугубо ин­дивидуальны и понятны только самому больному.

Нет двух больных с одинаковой символикой. Источником символического мышления может быть любой предмет, сказанная кем-то нейтральная фраза, любой цвет одежды, явление природы. На­пример, больная 3. расценивала дождь как слезы Вселенной по поводу ее загубленной жизни, а красный цвет галстука — как намек на то, что она скоро будет гореть в «геене огненной». Символическое мышление также свидетельствует о несвежем шизоф­реническом процессе.

Паралогическое мышление развивается по законам кривой ло­гики и понятно только самому больному. В мышлении отсутствует логическая связь, выводы, к которым приходит больной, нелепы и неадекватны. Чаще всего отмечается при шизофрении.

Например, больной заявляет: «Я плохо вижу, так как за ок­ном глубокая осень». Далее разъясняет: «Осень — это предтеча зимы, увядания и гибели растительного мира. У меня снизилось зрение, это признак старости. Значит, я скоро умру вместе со всеми растениями страны». Другой больной заявил, что он ма­ленького роста, так как его росту помешали военные действия в Индонезии.

Разорванность мышления — это утрата логической связи между представлениями, понятиями и идеями, хотя мысль при этом иног­да облекается в правильную грамматическую форму. Например: «Богемность космической фантасмагории мешает замедлению уче­ния Мичурина». Или: «Мечта сформировалась из остаточных про­дуктов полей орошения с завтрашним распределением крайней облачности над всей Испанией». Крайним вариантом разорванно­сти является шизофазия или «словесная окрошка», когда речевая продукция выражается в не связанных между собой отдельных словах или простых предложениях с обилием неологизмов (новые слова, составленные из приставки одного и корня, суффикса или окончания другого слова).

Разорванность мышления типична для шизофрении.

Бессвязность мышления характеризуется полной хаотичностью и бессмысленностью ассоциативного процесса, речь состоит из отдельных, не связанных между собой слов. Несколько напоми­ная шизофазию, бессвязность отличается от нее тем, что всегда возникает на фоне нарушенного сознания, в частности при аменции любого генеза.