Правила определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека

Галюкова М.

Уголовное право, 2008.

17 августа 2007 г. в законодательном пространстве России произошло знаменательное событие, поскольку разрешилась пауза, обозначившаяся на рубеже веков. Это событие выразилось в принятии Постановления Правительства Российской Федерации "Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека". Данный нормативно-правовой акт исторически был призван поставить точку в затянувшемся споре между юристами и судебными медиками, однако этого не произошло. В рамках данной статьи мы предприняли попытку проанализировать сильные и слабые стороны новых Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (далее - Правила 2007 г.).

Рассматриваемые Правила лаконичнее, чем предшествовавшие им Правила судебно-медицинского определения степени тяжести телесных повреждений 1978 г. (далее - Правила 1978 г.) и Правила судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью 1996 г. (далее - Правила 1996 г.)

В п. 2 Правил 2007 г. дается толкование понятия "вред здоровью", в соответствии с которым "под вредом, причиненным здоровью человека, понимается нарушение анатомической целостности и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия физических, химических, биологических и психических факторов внешней среды". Согласно данному определению, патологические состояния и заболевания не охватываются приведенным понятием. Полагаем, что оно не только максимально приближено к понятию "телесное повреждение", содержащемуся в Правилах 1978 г. но является неполным и представляет собой шаг назад от нормативов, предусмотренных Правилами 1996 г.

В п. 3 Правил 2007 г. рекомендуется руководствоваться медицинскими критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утверждаемыми Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации. Однако на данный момент такие критерии не разработаны, на что неоднократно обращали внимание сами судебно-медицинские эксперты. Если ранее при определении степени тяжести вреда здоровью судебно-медицинский эксперт официально пользовался Правилами 1978 г. с поправкой на терминологию УК РФ 1996 г. то теперь он лишен правовой возможности использовать даже этот (безусловно, устаревший) нормативный акт. Поскольку разработка необходимых нормативов и признание их единственно верными и официальными займет определенное время, то судебно-медицинский эксперт пока будет вынужден проводить экспертизы, основываясь только на своем опыте и, возможно, даже на своей интуиции.

Капустин А.В. Томилин В.В. и др. О порядке организации и производства судебно-медицинской экспертизы установления степени утраты профессиональной трудоспособности // Судебно-медицинская экспертиза. 2002. N 2.

Пункт 4 Правил 2007 г. представляет собой перечисление последствий, предусмотренных ст. ст. 111, 112 и 115 УК РФ, без какой-либо детализации любого из перечисленных выше "квалифицирующих признаков" вреда здоровью. При реализации уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за причинение вреда здоровью человека, правоприменитель сталкивается с проблемами квалификации из-за отсутствия ясности в терминологии. Соотношение уголовно-правовой и медицинской терминологии в составах преступлений против здоровья человека обусловлено спецификой рассматриваемых деяний, т.е. пересечением судебно-медицинских и уголовно-правовых теорий. Поэтому в основу Правил 2007 г. должны были быть, по нашему мнению, положены четкие и ясные юридические формулировки. Их отсутствие является значительным недостатком, дефектом рассматриваемого в настоящей статье документа.

В п. п. 6, 7, 8 Правил 2007 г. определяется порядок проведения судебно-медицинской экспертизы на основе имеющейся законодательной базы, которую составляют УПК РФ, Федеральный закон "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" N 73-ФЗ от 31 мая 2001 г. Однако содержащиеся в этих пунктах положения выглядят несколько нескоординированными, так как не отражают всю динамику процесса производства указанного вида экспертизы и не способствуют разрешению вопросов, с которыми сталкиваются правоприменители при назначении судебно-медицинской экспертизы.

В п. 9 Правил 2007 г. указано на особенности определения тяжести вреда здоровью при наличии сочетанной патологии у потерпевшего. При этом в названном пункте упоминается только о травме. Между тем травма лишь частный случай патологии, которая может повлечь ухудшение вреда здоровью. Термины "повреждение части тела с полностью или частично ранее утраченной функцией" и "травма" являются однородными. Следовательно, взаимосвязь между ними в Правилах 2007 г. не конкретизирована и нуждается в усилении смыслового содержания. Правила 2007 г. не содержат также упоминания о побоях и истязании, что также является, на наш взгляд, существенным их недостатком.

В п. 13 рассматриваемых Правил говорится о том, что установление степени тяжести вреда здоровью, выразившегося в неизгладимом обезображивании лица (ст. 111 УК РФ), устанавливается судом. Если суд не квалифицирует травму лица как тяжкий вред здоровью, он будет обязан на основании определенных критериев соотнести содеянное с вредом здоровью средней тяжести или с легким вредом здоровью. Предполагается, что таким критерием была и остается длительность расстройства здоровья. Однако в Правилах 2007 г. об этом также ничего не сказано.

Законодательство Российской Федерации об охране здоровья человека сравнительно молодо. Наличие недостатков в нормах УК РФ, предусматривающих ответственность за причинение вреда здоровью, - неизбежный и закономерный процесс эволюции правовой системы демократического государства. В то же время в уголовном законе невозможно изложить технологию и критерии оценки вреда здоровью в результате того или иного вида преступного насилия. Эта задача должна решаться с помощью соответствующих правил. В Правилах 2007 г. впервые за несколько десятилетий предпринята попытка разграничить юридическую и медицинскую стороны квалифицирующих признаков вреда здоровью. Это можно только приветствовать и надеяться, что имеющиеся в них недостатки будут устранены.

Поскольку следственная и судебная практика изобилует многими примерами разночтений в разрешении вопросов о виде причинения вреда здоровью, остается надеяться, что в дальнейшем последует принятие Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О судебной практике по уголовным делам о преступлениях против здоровья". Полагаем, что его принятие будет способствовать предупреждению многих ошибок в квалификации рассматриваемых преступлений и единообразию.