Сублимация

9 Апр 2011 | Автор: admin | Комментарии отключены

Рассмотрим некоторые из перечисленных психологических защит, которые встречаются во взаимоотношениях человека и камня.

СУБЛИМАЦИЯ — зрелый механизм психологической защиты, ориентированный на перспективу неконфликтного Эго. Эволюция раннего детского импульса к зрелому уровню выражения: работа ювелира, огранщика, камнереза. Сублимированная агрессия при обработке камня или сублимированный эксгибиционизм при выставлении собственных ювелирных работ, т. е. здоровый способ выражения драйвов (конфликтов)…

СМЕЩЕНИЕ — механизм психологической защиты суть которого состоит в перенаправления драйвов с первичного объекта на более безопасный или доступный. Во взаимоотношении камня и человека этот вид психологической защиты встречается наиболее часто, например, при получении нарцисси-ческой травмы либидо может сместиться с реального объекта на любимый минерал, который не подведет и не предаст, или при отсутствии в реальном мире достойного (желаемого) партнера его можно заменить ювелирным изделием или кристаллом кварца. Позитивное проявление смещения встречается в переносе агрессивной энергии в созидательную — активность при обработке камня и т. д. Со смещением связаны и такие механизмы защиты, как перемещение и перенос. В принципе здесь идет речь о разновидностях смещения.

ПЕРЕНОС — защитный механизм, который обеспечивает удовлетворение желания при сохранении, как правило, качества энергии (либидо или мортидо) на замещающих объектах.

Самым простым видом переноса является

ВЫМЕЩЕНИЕ — подмена объекта для изливания накопившейся агрессивной энергии (козел отпущения). Им вполне может быть и минерал, который вдруг «сам по себе развалился на куски» без механического воздействия.

На сеансах литотерапии подобные вымещения встречаются довольно часто. Мне приходилось наблюдать такие феномены не один раз. Однажды это произошло с 3-летним ребенком, который держал в руке пирит. Мама, на глазах которой происходила процедура, обвинила девочку в поломке камня. Вряд ли мама догадывалась, насколько она была права. Девочка действительно его сломала, просто зажав в ладошке. Кто был на самом деле этим камнем, можно только догадываться?

Другой пример связан с женщиной 45 лет, считавшей себя экстрасенсом, наделенной необыкновенной энергией. Запрос был такого рода: «Дайте мне подержать какой-нибудь камушек, у меня накопилось столько энергии, что я не знаю, куда ее деть».

«Козлом отпущения» оказался безвинный флюорит, который рассыпался на несколько кусочков в ее руке после 15-минутного контакта (впоследствии она проходила психиатрическое лечение). Еще один пример связан с 40-летним мужчиной, который незадолго до сеанса похоронил отца. В процессе 20-минутной медитации с двумя цилиндрами из шунгита и горного хрусталя, последний оказался расколотым на две части (механического воздействия не было). Анализ последнего случая допускает следующий вывод: горный хрусталь — в виде фаллического символа мужского начала — замещал потерянного отца, боль от утраты которого была еще очень сильна, а эдипальные амбивалентные чувства не осознаны. Отреагирование аффекта переместилось на кварц. Шунгит как символ материнского начала не пострадал (твердость горного хрусталя — 7 баллов по шкале Мооса, шунгита — 3 балла).

Другой вид переноса — ЗАМЕЩЕНИЕ. замена объектов желаний, которые обеспечиваются, в основном, энергией либидо. Замещение проявляется тогда, когда есть фиксация потребности на узком и почти не меняемом классе объектов (ювелирных украшениях, шкатулке, табакерке и т. д.). Пример такой фиксации описан Дж. Р. Р. Толкие-ном в фантастическом романе «Властители колец». «Моя прелесть» — обращались герои к подобному объекту — волшебному кольцу. С замещающими образ матери объектами (камнями) мы уже встречались в предыдущей главе, исследуя символику черного камня (гагат, шунгит).

ПЕРЕМЕЩЕНИЕ — смена объекта чувств, их перенос с реального объекта на иной, более безопасный. Страх испытать любовь или отказ от чувств подменяются перемещением этих чувств на брошь, браслет, обручальное кольцо или другой предмет, имеющий то или иное отношение к значимому объекту любви или ненависти. Феномен утрат обручальных колец, поломок тех или иных подарков от ненавистных людей, истинные чувства к которым вытеснены в бессознательное, проявляются в обыденной жизни. Здесь проявляются перемещение трансфертных чувств с объекта на камень, ювелирное изделие в стиле проявления амбивалентности любви-ненависти, которые не осознаются.

ВЫТЕСНЕНИЕ — «выталкивание из сознания болезненных воспоминаний, чувств, импульсов», которые затем проявляются в отношении к тем или иным камням, проявляясь через символизм последних. Например, вытесненное чувство неполноценности (страх кастрации), скрывается за предпочтением дорогих камней (рубин, гранат, алмаз, шпинель). Вытеснение начинает создавать проблемы тогда, когда не справляется с функцией защиты. Этот механизм психологической  защиты часто встречается у истеричных личностей, склонных к постоянной игре и предпочитающих жить в мире иллюзий и фантазий. Одна из удачных реализаций такой личности — выбор творческой профессии, требующей перевоплощения. Чаще всего именно истероиды окружают себя различными символическими предметами, среди которых немало камней. Ювелирные изделия позволяют им удовлетворять свои бессознательные сексуальные желания через мир символов. Театральная жизнь, где чаще всего можно встретить этот тип личности, как на сцене, так и за кулисами, полна интриг и аффектов, дает возможность разрядки сдерживаемых импульсов, что снижает уровень тревоги. Недаром история хранит мифы, легенды, рассказы о любимых ювелирных изделиях знаменитых творческих личностей.

ПОДАВЛЕНИЕ — ограничение мыслей или действий для того, чтобы избежать тревоги. Например, депрессивные люди часто избегают серых тонов в одежде, украшениях, интерьере, симпатизируя синему и фиолетовому цветам. «Передозировка при воздействии фиолетового цвета возникает гораздо быстрее, чем при лечении другими цветами, и проявляется в основном в депрессии, поэтому применять его рекомендуется с максимальной осторожностью» (Г. Э. Бреслав). Здесь защита проявляется со знаком (-), так как вызывает еще большую депрессию. Мазохистические личности со склонностью к депрессивным состояниям предпочитают как раз фиолетовые камни (аметист, альмандин, чароит, александрит), удовлетворяя через цветовой символ камня свою агрессивность и снижая депрессивную тревогу, спровоцированную страхом собственной враждебности к хорошим объектам. Здесь мы встречаемся с таким явлением, как замещение. Известно, что депрессия символизируется черным цветом, но, как правило меланхоличные люди не предпочитают черный цвет, замещая его на менее выраженные — синий и фиолетовый, используя эти предпочтения и при выборе минералов. Скрытая депрессия (тру-доголизм, бегство в успех, достижения и пр.) символизирует себя как раз предпочтением черного цвета, как при выборе одежды, так и украшений из минералов…

«Синий цвет показан для лечения людей нуждающихся в расслаблении, ощущении покоя и безопасности, …полезен при тревожных депрессиях, истерических и ипохондрических проявлениях». Здесь выбор цветовой гаммы минералов (сапфир, бирюза, лазурит) может быть успешен, хотя истинные причины выбора камня остаются бессознательными. Защита дает возможность терапии, не сам конфликт остается в области бессознательного.

ПРОЕКЦИЯ – механизм психологической защиты, посредством которого импульсы, чувства, не приемлемые для личности приписываются внешнему объекту. Собственные желания, чувства и черты, оставаясь в области бессознательного, проецируются на другой объект. Защита характерна для застревающей личности (параноидальной). Детские фантазии, вытесненные из-за их заирещеиности (часто это психосексуальные фантазии), проецируются на внешний мир, отражаясь в сновидениях и сказках, используя механизм смещения и вторичной обработки. Рождаются легенды о камнях-оберегах. Человеку необходим покровитель, который заботился бы о нем, решал его проблемы (миф о герое). Он переносит .свое желание на небо, там должен быть заботящийся обо всех людях идеальный отец (рождение идеи Бога), или вторично проецирует с небесного образа на землю, в нашем случае камень (так рождаются сказки), или по определенным причинам, переносит однажды спроецированные желания на небесные тела с их загадочными явлениями (рождаются астральные следы в мифах и легендах). Таким образом, миф о камне — это сохранившийся отрывок детской духовной жизни народа, сталкивающегося с природными катаклизмами и собственными влечениями, и ищущими защиты от вторжения реального мира и запретных сексуальных желаний. Действует знаменитая формула Фрейда «невротик — ребенок — дикарь». В своих зрелых формах проекция является основой для эмпатии и интуиции, организуя явления невербального синхронизма.

ИНТРОЕКЦИЯ — другая сторона психологической модели проекции. Процесс, в результате которого идущее извне ошибочно воспринимается как приходящее изнутри — примитивная идентификация со значимым объектом (в нашем случае с минералом). Первые лица, окружающие ребенка, определяют условия жизни и социализации не только в актуальной ситуации младенчества и детства, но продолжают оказывать влияние (иногда фатальное) и дальше, в другие возрастные периоды. В своей зрелой форме интроекция позволяет ребенку вбирать в себя образы и поведение значимых объектов и взрослеть. Негативную форму интроекции Анна Фрейд (1936 г.) назвала «идентификацией с агрессором». Механизм интроекции проявлен в, так называемом, семейном романе, который проходит через всю историю мифологии, отражаясь в знаменитом мифе об Эдипе. Смягчение конфликта с отцом и замещение его можно найти во многих произведениях литературы, например, история несчастного принца Гамлета. В предыдущей главе мы сталкивались с подобным механизмом защиты в образе Павла I, которого современники символически называли «русским Гамлетом».

Миф о камне не является исключением и в этом случае, где роль отца и матери трансформируется в альянсе человек-камень, где Эдип — это сын, а камень — отец или мать, в зависимости от ситуации. Или, например, камень — это Электра (янтарь), а хозяин камня — отец или мать. Люди, которые используют интроекцию для поддержания целостности своей самости, являются характерологически депрессивными. Именно их мы будем часто находить в любителях красных или черных цветовых гамм и камней…

ПРОЕКТИВНАЯ ИДЕНТИФИКАЦИЯ — этот механизм  психологической  защиты Нэнси Мак-Вильямс (2001 г.) рассматривает как единство двух сторон одной медали, где, с одной стороны, действует проекция, а с другой — интроекция, указывая, что в обоих механизмах наблюдается недостаточность психологического разграничения собственной личности и окружающего пространства. Такой механизм является ведущей психической защитой для людей с пограничной организацией структуры личности. Впервые описала его в 1946 г. обнаружив у своих наиболее нарушенных пациентов, Мела-ни Кляйн. В современном психоанализе этот механизм рассматривается в контексте примитивного слияния двух защитных механизмов — проекции и интроекции, поскольку в них смешано внутреннее и внешнее. Механизм характеризует психотические и пограничные состояния. Особенно тесно он связан с пограничным уровнем параноидной личности. Именно среди них мы чаще всего будем встречать любителей поиска всякого типа экранных защит — от оберегов до религиозных фанатиков веры.

ИДЕАЛИЗАЦИЯ — потребность приписывать особые достоинства и власть людям, от которых зависит ребенок. Вера маленьких детей в то, что их родители наделены всемогуществом, является, с одной стороны, великим благом, а с другой — бедствием. Нормальная идеализация является частью зрелой любви, а ребенку просто необходима вера в то, что есть кто-то или что-то, что может обеспечить защиту и безопасность. С идеализацией мы встречаемся во всех религиозных культах — от шаманизма до современных религий. На механизме идеализации построен принцип веры в шамана, Бога, Богородицу, Святого, предводителя, спасителя, героя, любимого и т. д. Сталкиваясь с реальностью, идеализирующий человек получает, пожалуй, одну из самых мощных психических травм — разочарование, воспринимаемое не иначе как предательство. Боль от потери значимого объекта реальная или фантазийная является причиной многих психических заболеваний. Человек склонен идеализировать людей, наделенных властью и авторитетом, а если подобное желание индивида подвергается проверке реальностью, то так же быстро происходит и другая сторона идеализации — обесценивание. С подобными явлениями мы встречаемся в процессе взросления ребенка, когда в период пубертата любимое дитятко обесценивает некогда идеализированного родителя. И это нормальный процесс сепарации-индивидуации, позволяющий ребенку стать взрослым.

Чем зависимее человек или общество (племя), тем сильнее соблазн идеализации и слияния с идеализированным объектом. Такая форма защиты наблюдается у нарциссической личности. Именно этот механизм защиты наблюдается при выборе в качестве идеализированного объекта камня-оберега или камня-талисмана, который одновременно и замещает значимого родителя, и выполняет требуемый запрос. Например, талисманы обязаны обеспечивать своему хозяину функции, которых ему не хватает, т. е. восстанавливать фрагментированную самость и, одновременно, способствовать удовлетворению бессознательных влечений. Отсюда множество различных талисманов, связанных с той или иной профессией (аквамарин — талисман моряков; изумруд — банкиров и т. д.), с организацией семейного счастья (талисманы брачных уз), талисманы для отдыха или путешествий, талисманы, обеспечивающие материнство, здоровье и т. д. В отличие от амулетов, которые призваны защищать, т. е. замещать идеализированных всемогущих родителей, на талисманы возлагается всемогущий контроль по обеспечению и удовлетворению желаемых потребностей. Здесь мы встречаемся с другим, но не менее значимым в нашем исследовании, механизмом примитивной защиты…

ВСЕМОГУЩИЙ КОНТРОЛЬ — ощущение всемогущества является необходимым условием самоутверждения и самоуважения, что очень важно на определенных этапах развития и становления самости, ощущения себя «Я есть». Однако по мере роста ребенка, фантазии всемогущества становятся определенным тормозом, и если личность не переходит к более зрелым формам психической защиты, то может столкнуться с реальными проблемами, вплоть до полного ухода от принципа реальности (шизофрения). Здоровый остаток инфантильного ощущения всемогущества сохраняется во всех нас и поддерживает нормальное чувство цельности, самодостаточности, компетентности. Стремление к удаче и получение ее — пример чувства всемогущества, а удовольствие, получаемое от выполнения желаемого, трудно с чем-либо сравнить. Камни-талисманы или волшебные письма-проводники к удаче, как раз и должны обеспечить получение этого удовольствия. Таким образом, камень в нашем случае будет решать проблемы принципа удовольствия. Убежденность в силе всемогущего камня может играть и мощную позитивную роль, особенно в периоды регресса, когда человек или общество находятся в кризисе и ищут пути выхода из него. Актуализируются примитивные защиты, которые помогали ребенку выживать в мире взрослых, восстанавливается и укрепляется травмированная самость. Эта форма защиты отличает психопатическую личность.

РЕГРЕССИЯ — возврат личности от высших форм поведения к низшим. В сложных ситуациях взрослый человек стремится избегать внутренней тревоги. Подобный регресс наблюдается в массах. С ним же связан феномен возрастания интереса к любым теориям, объясняющим психическую жизнь индивида и дающим стабильность в новой идентификации в периоды экономических, политических и социальных кризисов. В нашей стране массовое явление регресса наблюдалось в начале 90-х годов прошлого столетия. В период личных кризисов индивид также ищет объяснение происходящему в прошлом. Регресс характеризуется возвращением к более знакомому способу действия. В своих поисках индивид часто обращается к теософии, оккультизму, религии, к миру таинств, к сказке с хорошим концом. Пожалуй ни один из народов не избежал этого «духа своего времени» — веры в магию камня. Человек ищет опору и находит ее в камне или фантазии, в возврате в архаичное прошлое. Вера в таинственную силу оберегов, амулетов и талисманов имеет те же анемические корни. Подобный способ защиты характерен для инфантильных личностей, склонных к соматизации и ипохондрии. Они же чаще всего прибегают к поиску любого вида опоры, находя ее в любой форме зависимости, в том числе, в камне-обереге, возвращаясь к оральной стадии развития психики. Действует вывод Фрейда: «Ребенок — отец взрослого».

РАЦИОНАЛИЗАЦИЯ — защитный механизм, имеющий своей функцией маскировку, сокрытие от сознания истинных мотивов его действий, мыслей, чувств во имя обеспечения комфорта, сохранения чувства собственного достоинства. Этот механизм также актуален для взаимодействия камня и человека. Например, скрывая свой анальный характер и такие его проявления, как жадность, накопительство и т. д. человек занимается коллекционированием дорогих минералов, прикрываясь эстетическими ценностями и т.д. Чем лучше развиты когнитивные способности индивида, тем лучшим рационализатором он является и успешнее использует такую форму защиты, получая минимум разочарования из проблемной ситуации. Например, рационализируя необходимость приобретения камня не по принципу опоры, защиты, а по астрологическому соответствию со своим астропсихологическим типом личности. («Я родился под знаком Девы и мне нужна яшма»).

ИНТЕЛЛЕКТУАЛИЗАЦИЯ — процесс «абстрактного умствования». Часто человек не хочет смотреть правде в глаза, ибо она заставляет расставаться с иллюзиями. Этот способ защиты наиболее часто встречается во взаимоотношениях человек-камень. Основанный на фактах, излишне «умственный» способ переживания конфликтов и их обсуждения, без переживания связанных с ним аффектов. А. Фрейд впервые описала его у подростков. Такой способ защиты свидетельствует о значительной силе Эго, когда защита действует эффективно.

ИДЕНТИФИКАЦИЯ — желание походить на значимого другого. Этот механизм является основой для нормального роста и психологического развития личности, ориентированной на авторитеты. Примером идентификации в парадигме психоанализа является эдипова ситуация (семейный роман), удачное прохождение которой позволяет личности развиваться, адаптивно разрешая свои конфликты. Идентификация может иметь положительные и отрицательные последствия, в зависимости от объекта идентификации, заместителем которого может быть и определенный минерал (в этом случае важно символическое содержание камня). Астрологический выбор камня по зодиакальному соответствию является тому подтверждением.

Исследуем еще один пример. Как уже говорилось, при опросе людей, так или иначе соприкасающихся с миром минералов, были получены достаточно интересные ответы на вопрос: «Что для вас значат камни?». Один из ответов мне хотелось бы привести полностью, сохраняя анонимность автора: «Начало было таким: «мне предложили посмотреть мешочек из натуральной ткани, в котором лежало около десятка различных ювелирных изделий с натуральными камнями. Запустив в него руку, я достала кольцо. Если кто-то испытывал в жизни любовь с первого взгляда, а я испытала, тот поймет, что за чувство я испытала, хотя объектом явился не человек, а неодушевленный предмет, как мне тогда казалось. Было это лет пять назад, с тех пор я не расстаюсь со своим другом. Именно так я называю и воспринимаю колечко — маленькое великолепие из двенадцати рубинов и восьми бриллиантов. Ни разу за эти годы я не забыла надеть его утром на палец, потому что если его нет на руке, я ощущаю настоящий физический дискомфорт. Иногда я разговариваю с ним, а иногда прошу помощи, а иногда делюсь с ним маленькими радостями. Оно частично заполнило в моей жизни пустоту, предназначенную для участия людей, и я очень надеюсь, что оно не предаст и не исчезнет».

Здесь, кроме проявления бессознательного замещения желаемого партнера в символическом симбиозе рубина (символ мужского начала) и бриллианта (символ целостности), мы встречаемся еще с одним значением предмета (в нашем случае — кольца) — с использованием его в качестве переходного объекта, а также с нарциссическим удовлетворением потребности в первичной любви, смещенной на объект — кольцо.

Как отмечал 3. Фрейд, все религиозные представления являются тезисами, требующими к себе веры. «Все такие тезисы требуют, следовательно, веры в свое содержание, но при этом не без необоснованности этого требования». Следуя не только инфантильному, но и филогенетическому прообразу, человек пытается приобщиться к природе, присоединиться к ней. Представления о силе камня помогают сделать беспомощного человека более сильным и защищенным, укрепляя самость и добиваясь большей адаптации к эксквизитным ситуациям, снижая уровень сепарационной тревоги. Заслуга 3. Фрейда состоит в том, что он впервые отразил необходимость рефлексирования наличия психологической защиты. Осознанный, отрефлексированный страх — это уже преодоленный страх, это уже начало автономии от культуры, а значит и начало свободы. Камни-защитники помогают здесь постепенно переводить психологические механизмы защиты в более совершенные формы (сублимация). «Культура не останавливается перед заданием защиты человека от природы, она продолжает его, но только другими средствами» (3. Фрейд). Общение с камнями — процесс творческий. В Японии существует знаменитый сад камней (Сад Реандзи). Предание гласит, что много лет

назад в японском городе Киото монах Соами разбросал по белому песку пятнадцать черных необработанных камней, которые были подобраны по размеру и форме согласно инструкциям в дзен-буддизме. В этом саду происходит удивительное взаимодействие энергий человека и камня, успокаивая человека (снимая тревожность). «В каменных садах энергия космоса, входя в резонанс с энергией камней, гармонизирует биополе человека» (О. А. Рысьев, О. В. Кайдалова «Литотерапия»). Человек — космос — камень или ребенок — отец — мать, все тот же семейный роман.

В процессе культурного развития, чему способствовало мифотворчество, создание сказок и легенд, человек научился параллельно с постепенным отказом от реального удовлетворения сексуальных желаний подчинять их высшим интересам. Именно здесь происходит замещение удовлетворения при помощи фантазий, что сделаю возможным высокое нравственное и этическое развитие человека, превращая его из дикаря в обыкновенного невротика Камни в этом случае и являются теми переходными или замещающими объектами, которые позволяют символически удовлетворять примитивные инстинкты, избегая аффектов и обеспечивая переходное (безопасное) пространство в период индивидуальных и социальных кризисов, давая возможность Эго укрепить свои границы, достойно пережить эксквизитные ситуации, подготавливая почву для выбора более эффективных психологических защит. Феномен многовековой связи человека с камнем становится вполне понятен и психотерапевтически целесообразен.