Назарова И. Адаптация и возможные модели мобильности сирот

ОГЛАВЛЕНИЕ

6. РЕШЕНИЕ ЖИЛИЩНОЙ ПРОБЛЕМЫ ДЕТЕЙ-СИРОТ

Жилищная проблема является одной из трудно решаемых на всей территории России. Для детей-сирот, людей из числа детей-сирот данная проблема - особый случай: проявляется часто, наиболее остро и многогранно на протяжении всей жизни.

В основных международных актах указано, что ребёнок имеет право на достойное жилище [43, принцип 4], на неприкосновенность жилища [44]. Эти положения в нашей стране более полно раскрыты в законодательных [i] нормативных актах1, действующих на территории Российской Федерации или в отдельных регионах.

В России законодательно закреплено положение о том, что «Дети — сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, а также дети, находящиеся под опекой (попечительством), имевшие закрепленное жилое помещение, сохраняют на него право на весь период пребывания в образовательном учреждении или учреждении социального обслуживания населения, а также в учреждениях всех видов профессионального образования независимо от форм собственности, на период службы в рядах Вооруженных Сил Российской Федерации, на период нахождения в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы» [ii, Статья 60, ill, Статья 8 п. 1.]. Кроме того, «Дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, а также дети, находящиеся под опекой (попечительством), не имеющие закрепленного жилого помещения, после окончания пребывания в образовательном учреждении или учреждении социального обслуживания, а также в учреждениях всех видов профессионального образования, либо по окончании службы в рядах Вооруженных Сил Российской Федерации, либо после возвращения из учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы, обеспечиваются органами исполнительной власти по месту жительства вне очереди равноценной ранее занимаемому ими (или их родителями) жилому помещению жилой площадью не ниже установленных социальных норм» [90, статья 37; 92, статья 8, п.1].

Также детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, находящимся на территории Российской Федерации, не имеющим закрепленного жилого помещения, оно предоставляется вне очереди органами исполнительной власти однократно по месту выявления и первичного устройства ребенка в семью или на воспитание в соответствующее учреждение или по месту регистрации их рождения, или по месту последнего проживания на территориях соответствующих районов и городов субъектов Российской Федерации, если место их рождения находится за пределами территории Российской Федерации [91, статья 8, п. 1 ].

Государство в лице органов опеки и попечительства ответственно за сохранность жилого помещения, закреплённого за данной категорией детей; сделки с жильём, в котором проживают дети, даже временно отсутствующие, должны совершаться с разрешения органов опеки и попечительства [90, статья 67; 91, Статья 8 п. 2; iv, статья 3]. В Москве также требуется разрешение главы районной управы на совершение сделок, где одной из сторон является несовершеннолетний [v].

Центр постинтернатной адаптации воспитанников детских домов и школ-интернатов для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на основании положения, отмечает, среди молодых людей из числа сирот (москвичей) в период с 1991 по 1995 год остались без крыши над головой по следующим причинам:

задержка со стороны органов распределения жилой площади (утрата документов, ошибки чиновников,

волокита, коррупция) — 30.5% случаев;

нехватка жилой площади в округе, где прописан выпускник — 22%;

исчезновение или полное бездействие самого выпускника — 15.2%;

невыполнение образовательных учреждений своих обязанностей по получению жилья — 11.9%;

неполучение или потеря жилья в связи с пребыванием в местах лишения свободы — 10.2%;

отказы самих выпускников (обоснованные или завышенные притязания) — 5.1%;

невозможность совместного проживания с родственниками, потеря жилья по причине добровольной или

принудительной его продажи, а также самозахват посторонними людьми предоставленной выпускнику

жилплощади - 5.1% [53, с. 5].

Около 10% не работают по причине отсутствия жилья и прописки, из них 10% — несовершеннолетние. У 38% девушек отсутствует специальность. У юношей — возвращение из мест лишения свободы — 32.7% [53, с. 5].

На основании анализа интервью выпускников — сирот, мы определили основные ситуационные модели, связанные с жилищным вопросом.

1 Например, Закон от 10 апреля 1999 года, 16-ЗС «О предоставлении жилых помещений в Алтайском Крае», Постановление главы администрации Белгородской области от 3.07.95 «Об обеспечении жильем и трудоустройстве детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей».

6.1. Ограничения выбора места жительства, обучения и работы

Сироты, которые не имеют сведений о своих родных, оставленные в раннем детстве, а также

подкидыши, при окончании школы, в подавляющем большинстве случаев, могут выбрать только те учебные заведения, а затем только то место работы, где предоставляют жильё. Определяющим фактором при выборе учебного заведения также является наличие специальной группы для несовершеннолетних сирот и общежитие. В некоторых случаях, ребёнок может остаться жить в детском доме и обучаться в учебном заведении, в котором нет общежития, но эта практика достаточно редкая, поскольку не каждые детский дом или школа-интернат могут позволить себе оставить выпускника. Поэтому все детские учреждения нацелены, прежде всего, на учебные заведения, где есть общежитие.

В нашей практике были примеры, когда молодой человек сначала поступил в один вуз, но из-за отсутствия общежития должен был перевестись в другой. А также случаи, когда по той же причине молодые люди из вуза уходили в техникум или ПТУ.

Сироты, которые не общались с родителями во время пребывания в детском учреждении или ничего не знают о своих родителях, начинают наводить о них справки. Некоторые молодые люди это делают после окончания школы, но чаще всего, после ПТУ, другого учебного заведения, после службы в армии, когда приходится устраиваться на работу и заново решать проблему прописки и жилья.

Одни молодые люди могут узнать только о том, что родители были, но теперь их больше нет, другим удаётся получить сведения и о своей бывшей прописке или месте проживания, а значит — претендовать на жильё.

Олег (28 лет, Казань): «Возвращаюсь из армии и здесь, как говорится, приспичило. Нет одноклассников, нет родственников, есть одна знакомая. У неё на шее сидеть постоянно не будешь. Надо как-то, чё-то. С общаги меня тоже, как говорится, выгнал комендант. И я получился выброшенный на берег. Тут меня и посетила мысль, что родственников надо искать. Хотя знаю только место рождения — Нижний Тагил — место отсидки матери. У меня свидетельство о рождении было. Иду в архив. Выясняется, что я прибыл из Казани. Когда я родственников искал, я обнаружил в акте о смерти место проживания матери, дом, квартиру. Я до сих пор имею право на эту квартиру, т.к. я там был прописан вместе с матерью. И до сих пор я не считаюсь выписанным. А комнату отдали другой семье. В исполкоме началась игра в футбол. От одного кабинета к другому. Фонд (правозащитный) мне помог собрать документы для подачи на жилплощадь. Я подал туда документы. Зарегистрировали, приняли. Правда, с большой неохотой. Закон и право на моей стороне. Здесь вся проблема уходит в исполнительный комитет, который должен исполнять эти решения. Но, может быть, не было постановления о том, что комната за мной закрепляется. Когда я пришёл в исполком, они потребовали постановление о закреплении жилплощади. Я сказал, что не знаю. Вот, так, идите, узнайте, ищите. Если оно у Вас есть, то мы Вас обеспечим жильём. Я иду в РОНО. Документы были утеряны в связи с халатным ведением документации. Хотя сложно сказать, что значит утеряны. Это я так говорю, что если нет, значит, утеряны. В принципе, могло произойти что угодно. Их могли отдать кому-нибудь на руки. Или, может быть, их продали. Сама хозяйка этими делами занимается. Эта женщина не очень добросовестная. Работает, так сойдёт, никакой ответственности у неё не было, так я понял. Ну, нет и нет, что же теперь сделаешь?»

Жильё сиротам должен предоставлять тот район, из которого они родом. Однако в некоторых городах на несколько районов один роддом, который становится так называемой родиной отказных младенцев и подкидышей. Например, в Казани отказные дети, как правило, сосредоточены в детской больнице одного из районов. Жилье в этом случае за детьми не закреплено. Но они должны возвратиться именно в этот район по месту рождения. Сотрудники народного образования и районная администрация испытывают большие трудности в решении жилищной проблемы таких детей.

По закону сироты имеют право на внеочередное получение жилья. Кроме того, если их родителей лишали родительских прав, то за детьми должна сохраняться прописка, в соответствии с которой они имеют право проживать у родителей после обучения в школе-интернате. Это справедливо, но далеко не всегда возможно.

В Докладе о положении детей в Республике Татарстан за 1997 год отмечено, что в последние годы особое внимание уделяется защите социальных гарантий воспитанников интернатных учреждений. У 1028 человек закреплено право на жилье. Преимущественно выпускники школ-интернатов вернулись по месту жительства их родителей, где за ними сохраняются жилищные и имущественные права (39 человек, г. Казань). Однако большинство детей-сирот — социальные сироты, т.е. при живых родителях. Поэтому нередко такие дети попадают в детские дома из неблагоприятных жилищных условий, в некоторых случаях их родители вообще не имеют личного жилья.

Любопытство и необходимость заставляет детей искать родителей, с которыми они не общались, о которых они ничего практически не знают. Молодые люди, психологически неокрепшие, переживают подчас повторную травму. Первый раз это может быть тогда, когда они получают своё личное дело в школе-интернате, в детском доме или тогда, когда запрашивают справки в архиве. Иногда сиротам приходится проводить целое расследование, чтобы собрать необходимое документальное подтверждение того, где раньше жил, был

2 Государственный доклад о положении детей в Республике Татарстан. Казань. 1997.

прописан, где теперь находятся родители, живы ли они. А если умерли, то когда. Ребята собирают справку за справкой и комплектуют своё личное дело теперь уже в правозащитном фонде (Казань). В личных делах сирот хранятся копии свидетельств о смерти: туберкулёз, алкоголизм, колото-резаное ранение в грудь, повесилась и т.д. С этим информационным грузом сиротам придется жить.

2. Дети получают информацию о своих родителях, которые живы, но родители отказываются их признать. Иногда родители (не исключено, благополучно устроившие свою жизнь после отказа от ребёнка) отказываются от него повторно, когда ребёнок разыскивает их после окончания учебного заведения.

Виктор (29 лет, Казань): «Приехал к матери, показываю ей документы. А она меня не признаёт. Я немного постоял, да уехал». У матери Виктора дом в деревне, большой участок земли. Виктор сказал, что с удовольствием перебрался бы в деревню, начал бы выращивать картошку и ещё что-нибудь. Потому, что в городе нет средств к существованию, ужасные условия в общежитии. Но не знает, что ему следует предпринять, денег нет, чтобы обратиться за консультацией к адвокату.

Наташа (28 лет, Казань): «Стою я напротив женщины, как отражение её в зеркале. Ну, так на неё похожа, просто удивительно. А она говорит, что не было никогда у меня дочери».

Мать Наташи бросила её в роддоме, лишение родительских прав не оформляли. Государство никогда ничего с неё не требовало, хотя в деле Наташи все документы о матери имелись. Сейчас Наташина мама занимает высокий пост, у неё прекрасная семья, муж, два сына, квартира.

Один из педагогов, у которого мы брали интервью, говорил о своих воспитанниках: «. не найти свой дом, не подойти к родителям не могут. Увидели свою маму в первый раз, конечно, в шоке. Мама не ездила к ним в детдом. Даже не умеют с матерью вести разговор, так, чтобы мать к ним расположилась, чтоб согласилась прописать, согласилась помощь оказать. Они в жуткий конфликт с родителями вступают. Потом социальный педагог едет, разговаривает с этими родителями, уговаривает, убеждает их прописать, если официальных документов нет на закрепление жилплощади. И вот много удовольствия, грубо говоря, воткнуть этих детей, но сами они даже это делать не умеют. Ни общаться, ни жить, не могут ни пойти куда, ни спросить, как следует. Их никто просто не понимает. Ни паспорт получить не могут, ни в магазине что-то купить. Вот такие дети. Как они жить будут, — не знаю. В принципе, без социального педагога мы никуда: ни встать на учет в военкомат, ни сходить в больницу, ни получить документы. Особая проблема с теми детьми, которые усыновлялись. А это вообще ужасная история, когда берут детей лет в 5-6-7, а потом видят недостатки. Их назад возвращают в детдом. Есть дети, которых по два раза возвращали от родителей».

Неудивительно, что подростки не могут общаться со своими родителями и тем более расположить их к себе. Иногда такие встречи ребёнок ждёт всю жизнь, в его душе борются разные чувства, иногда любовь к неизвестным родителям, иногда ненависть, иногда и то и другое. На протяжении ряда лет, пока респонденты находились в государственных учреждениях, они мысленно винили и оправдывали своих родителей за поступок отказа. Поэтому первая встреча, как к ней не готовься, будет построена на эмоциях и при любом исходе будет стрессом для подростка. Выпускников, которые не знали своих родителей, не общались с ними, никто не готовит к встрече с ними. Ситуация осложняется тем, что молодые люди не знают своих прав, не могут или боятся ими воспользоваться. Поэтому право на жильё, или другую частную собственность остаётся невостребованным.

3. Дети-сироты, которые имеют возможность навести справки о своих родителях, наладить или продолжать поддерживать с ними связь, могут сохранить прописку или получить возможность прописаться у своих родных. Однако и в этом случае, как показывает практика, молодые люди, прописавшись, не всегда соглашаются проживать со своими родителями и остаются без жилья.

3.1. Дети и родители соглашаются жить вместе и ведут более или менее сносное существование. Ребёнок получает прописку, постоянное жильё и возможность учиться или работать. Именно этот вариант может быть залогом относительного выбора в жизни сироты, что случается достаточно редко.

Как правило, такая ситуация характерна для детей и родителей, которые имели возможность поддерживать отношения и поддерживали отношения на протяжении всего времени пребывания ребёнка в государственном учреждении; когда родные просто способны найти общий язык. Нередко это бывает в случае, когда ребёнок или мать имеют психические заболевания, т.е. когда их разлучили по состоянию здоровья или тогда, когда родители попадают в тюрьму. Но достаточно редко родители становятся на путь истинный к моменту возвращения детей, ради воссоединения с ребёнком.

3.2. Дети-сироты отказываются от проживания со своими родителями даже в том случае, когда родители соглашаются на совместное проживание, потому, что не позволяют условия: маленький метраж, антисанитария, родители-пьяницы, в доме притон. Подросток может стать жертвой насилия.

Завуч одного из детских домов в Алтайском крае говорит, что при выпуске детский дом должен ребёнка одеть, обуть, дать шифоньер, шторы, постельное бельё: «Два года назад мы две машины загрузили, для двух наших выпускников брата и сестры, которые возвращались жить к матери. Где это всё? Всё пропито и продано».

Надежда (Москва): после детского дома «жила еще с родителями и воевала потихонечку, бегала по инстанциям. Помогали неправительственные организации. Бегала в муниципалитет, милицию, собирала справки, документы. Мне долго отказывали, хотя начала я собирать их с 16 лет, а комнату получила только тогда, когда родился ребенок. Начала бегать еще до беременности, а во время беременности уже основательно стала бегать, потому что боялась, что папа меня просто прибьет когда-нибудь».

Очень много случаев, когда родители по возвращении детей в дом, продолжают асоциальный образ жизни: пьянствуют, не работают и живут паразитами на содержании у своих детей.

3.3. Дети боятся даже делать попытку сблизиться с родителями или начать совместное проживание, например, когда родители выходят из мест лишения свободы или когда с совместным проживанием до детского дома связаны болезненные воспоминания. Например, молодой человек прописан в трёхкомнатной квартире, но попросился жить в общежитие университета, потому что домой вернулся отец, отбывавший срок в местах лишения свободы.

Тем не менее на нашей практике встречались случаи, когда дети воссоединялись с отцом, который убил жену у них на глазах.

3.4. Родители и дети соглашаются жить вместе (либо потому, что считают это естественным, либо потому, что безвыходная ситуация), но дети начинают вести такой же асоциальный образ жизни, как и их родители: пить, гулять, не учиться и не работать, совершать противоправные поступки. Все усилия педагогов сходят на нет. Повторная реабилитация таких детей практически невозможна.

Завуч детского дома в Барнауле говорит о том, что к ним приходят дети и после окончания школы, просят, чтобы их покормили, и их принимают, хотя бы на две недели, на месяц, чтобы дать окрепнуть и отдохнуть от ненормальной домашней обстановки.

Молодые люди испытывают стрессы в поисках родителей, в момент знакомства и затем, когда решают жить вместе.

Лена (28 лет, Москва): «Когда я уже училась, мне посоветовал социальный педагог найти мать, может быть, у неё есть квартирка, где можно переночевать, поспать, поближе на работу устроиться. Чтобы можно было прописаться. Я позвала свою сестрёнку искать мать. Я подумала, что всё смогу вспомнить. Сосредоточусь. Помню визуально все пивнушки, где с отцом ходила, все магазины, булочные. Я чувствовала, что найду эту квартиру, этот дом. Так оно и вышло. Постучались, там сидел мамин дед, беззубый, пьяный. Мы спросили, где мама? Он спросил, зачем. Ну, мы её дети. Дед нас даже не узнал и ухом не повёл.

Мы нашли магазин, в котором работает мама. Нам указали на женщину за прилавком. У меня нервы не выдержали, я расплакалась и убежала из магазина. Потом мама нас привела в подсобку, накормила, напоила, дала нам торт. Мы с матерью поговорили, а она говорит, да, пожалуйста, мол, живи. Без всяких проблем. Я в общежитие перестала ходить, конечно. И переехала к ней. Переехала и первым делом всё у неё обставила дома, уборку сделала, обстирала всё. Обои наклеила.

Потом начали, конечно, вещи пропадать. Мама перестала работать. Я приходила из ПТУ в седьмом часу. Дома постоянно встречала бригаду алкоголиков. Пока их раскидаешь, милицию вызовешь. Но мне же спать тоже надо, в шесть часов вставать. Из-за этого и бросила ПТУ.

Потом мать, конечно, перекинула меня на свою сторону на счёт выпивки. Тоже начала я баловаться этим делом. Потом эти пьянки, эти продажи вещей. Всё продала без меня: куртку, пальто, сапоги. Она не работала и я не работала».

У Лены не было достаточно моральных сил, чтобы противостоять среде, в которую она попала. Она не смогла «вытянуть» мать и опустилась сама. Вернуться к нормальной жизни Лену заставила тяжёлая болезнь. Кроме того, Лену постоянно опекала социальный педагог.

Москвичи, у которых шансы на получение жилья гораздо выше, чем по России, чаще остальных сожалеют о практике возвращения выпускников к родителям, о закреплении жилплощади и прописке: «Мне по выходу не дали площадь, потому что когда нас забирали, бабушка не позволила выписать нас из квартиры, чтобы быть уверенной, что жильё за нами сохранится. Но это был плохой вариант. Из-за того, что мы были прописаны у родителей, по выходу из школы меня пинком отправили в эту антисанитарию, грязь, пьянку. Там были три комнаты, «хрущевка-распашонка», но маленькая. Папа был один в комнате, мы: Дима, я, Наташа, Лена, мама - в другой. А большая у нас смежная была, т.е. проходная. Пять человек в одной, папа в другой. Всех нас воспитывал, гонял» (Надя, 27 лет, Москва).

Когда сироты становятся взрослыми, они могут давать оценку тем практикам, которые существуют в отношении жилья и прописки. Как эксперты они утверждают, что возвращать детей к таким родителям нельзя.

3.5. Родители могут быть категорически против совместного проживания с детьми, даже в том случае, если ребёнку дают возможность прописаться на основании решения суда. В условиях взаимной ненависти нормальное сосуществование просто невозможно.

Из заявления Резеды (1976 г.р.) главе администрации одного из районов Казани (1996): «В 1986 году была выпущена домой из Буинской школы-интерната. В доме были постоянные ссоры, драки. Вещи мои разворовывались и распродавались неоднократно. Меня избивали мать и брат, и я была вынуждена идти жить в общежитие от СПТУ. Сейчас я работаю на заводе и нелегально живу у подруг, так как жить с матерью и семьёй брата, состоящей из 4 человек, невозможно. Брат имеет двух малолетних детей, считает себя хозяином квартиры и не пускает меня домой. Более того, и мать меня выживает, дело у них доходит до кровавых разборок».

Оля (22 г. Казань): «Мама не жалела о том, что нас отобрали, она до сих пор пьёт. Я ещё как-то до сих пор ходила к ней, мамой её называю, но у неё нет чувств, чтобы это. А брат ненавидит её. Когда брат пришёл из армии, мы пошли к ней. Он подарок ей привёз. Сказал, мама, может быть, начнём новую жизнь, мы теперь втроём, зачем тебе пить. А она сказала: нет. Вы мне не нужны. Брату было 21 год, а мне 13 лет.

Потом я вернулась туда, откуда нас забирали, к матери. Они были с отчимом в розыске за кражу. Потом я стала там жить, ремонт там сделала. Потом мама вернулась на эту квартиру, мы стали в плохих отношениях. Она сотрясение мне сделала, молотком ударила по голове. И мне пришлось уйти туда, где я живу, там пустовала квартира. Дом под снос весь уже выселили».

Могут быть и другие варианты, например, когда подросток начинает издеваться над своими родителями, может продать жильё своих родителей, выгнать их. Теперь уже родители могут стать бомжами или уйти жить к сожителям-собутыльникам.

Родителей Рамиля (77 г.р.) лишили родительских прав, когда ему было два года. Во время пребывания Рамиля в детских учреждениях у родителей рождаются девочка и два мальчика, старшего сына они выписывают из квартиры. Наступает день, когда Рамиль поступает в техникум и решает воспользоваться правом на жильё. Рамиль обращается в суд, чтобы суд обязал отца — ответственного квартиросъемщика прописать сына.

Из кассационной жалобы в суд от родителей Рамиля. «Сын с одного года и семи месяцев был воспитан в детском доме. Мы оба инвалиды, сейчас у нас 18 квадратных метров комната. Сыну 20 лет, заявился, хочет к нам прописаться. Мы бы прописали, но он избил дочь. Жить с хулиганом мы не можем. У нас его отобрали (тогда было модно). Он воспитался зверем, приходит и говорит: «Работать нигде не буду, буду у Вас жить, будете меня кормить. Надо, наконец, быть хитрым, буду Вам вредить».

Суд вынес решение — признать право на жильё и прописать. Всё по закону, но проблема не решена, более того, она вышла на новый круг. Парень получил прописку, может устроиться на работу, встать в очередь на жильё. Но жить с родителями не сможет.

Из заявления Рамиля в техникум. «. Прошу предоставить мне комнату в общежитии на летние месяцы, в связи с тем, что в данный момент жить негде. До этого жил в подъездах, спал на холодном полу, жил где придётся».

Президент правозащитного фонда сирот, Казань: «Сироты с родителями не уживаются никогда. И никогда не уживутся со своими сестрами и братьями, с которыми не было близких отношений. Это уже чужие люди, пятнадцать лет отдельно жили, и теперь их закон насильно заставляет жить вместе с родителями».

3.6. Одна из причин, по которой ребёнка определяют в детский дом, — это психическое состояние родителей. Из-за болезни мать не может воспитывать детей, дети не могут проживать с такой матерью. Но после окончания учёбы молодой человек может возвратиться к матери, на её жилплощадь. Во-первых, при такой болезни уже должна быть дополнительная жилплощадь, во-вторых, проживание с больным человеком, подчас уже чужим, — невозможно.

В правозащитном фонде хранятся документы Гузели, 71 г.р. Казань. Из заявления бабушки Гузели: «Мать Гузели болеет шизофренией. Неоднократно находилась на лечении в психбольнице, лечение бывает в течение полгода и полтора. Гузель с 5 месяцев была сдана в детский дом, но я её потом забрала. Сейчас я болею, все родственники работают, воспитанием девочки заниматься не можем. Я очень прошу определить мою внучку в детский дом. Мать жестоко издевается надо мной и девочкой, избивает. Мы часто не ночуем дома». И затем, через несколько лет: Из ходатайства правозащитного фонда к главе администрации района: Просим предоставить жильё Гузели. Так как в квартире матери, где она прописана, проживают шесть человек. Среди них сожитель матери, который относится к Гузели крайне агрессивно.

Из справки главного врача психиатрической больницы: «. проживание Гузели с матерью и братом невозможно».

В нашей практике есть случаи, когда ребёнок поддерживает постоянные отношения с матерью, продолжает её любить, а затем, по окончании учебного заведения ухаживать за ней, опекать её.

Например, Юра (18 лет, г. Курск) рассказывает о том, что мама его навещала на протяжении всех лет, пока он воспитывался в детском доме. Юра её очень любит, хотя общаться с больным человеком, конечно же, трудно. Как только Юре исполнилось 18 лет, он оформил опеку над матерью, начал делать ремонт в квартире, собирается поступить в институт и после института жить вместе с матерью. Мать и сын смогли сохранить такие отношения ещё и потому, что детский дом находился недалеко от места проживания матери. Сын не осуждает мать за то, что её лишили возможности его воспитывать, поскольку у матери есть серьёзное оправдание болезнью.

4. В очень редких случаях (за исключением Москвы, где получают жильё более 80% выпускников) подросток получает жильё в личную собственность и имеет возможность проживать там один. Но случаи, действительно настолько редкие, что совместить их с возможностью ребёнка выбрать обучение по душе, возможностью умело распорядиться этим жильём, а не потерять, просто невозможно.

4.1. Сироты часто становятся жертвой нечистоплотных чиновников и маклеров. В судебной практике нередки случаи обращения сирот в суд, когда они понимают, что в результате обмена или продажи жилья остались без крыши над головой и без денег. Когда сделка совершается относительно честно: неравноценный обмен, продажа жилья по низкой цене, молодой человек также через некоторое время начинает считать себя обманутым, и может обратиться в суд. Однако такое прозрение бывает запоздалым и сделку отменить нельзя.

Юра (24 года, Москва): «. Мне дали комнату. Её с таким трудом выбивали. Потом подбили меня на обмен, без доплаты. В итоге я получил дом в деревне, гнилой который оказался. Потому что смотрели быстро, и не понятно было. А теперь оказалось, что в БТИ дом числился как нежилой. Получилось так, что люди купили

дом как на дрова, сделали размен. Я там жил первое время. Соседи помогли, дали кровать, стол, кто бельё принёс, кто вещи. Деревня есть деревня. Хочешь, не хочешь, но надо жить. Они сами ко мне приходили. Сами предлагали свою помощь, с продуктами помогали. Они прекрасно понимали, что меня обманули, узнали обо мне по всей деревне. Обо мне и в милиции был разговор. Моим обменом занималась не фирма, а частники. Мне это скитание надоело, поперёк горла стоит. Сейчас у тётки знакомой живу на даче, до четверга. В четверг уже не знаю».

Девочка из Казани обменяла квартиру в новом доме на «хрущовку», только потому, что у неё не было денег на мебель, и квартира была совершенно пустая, а в старой квартире в качестве доплаты оставили мебель, кстати, также старую.

Были убийства сирот с целью завладения их жилплощадью. По данным Хамовнической прокуратуры Москвы, директором одной из школ-интернатов г. Москвы с 1994 года становится гражданка М. которая меняет весь педагогический коллектив на своих земляков (мигрантов из Чечни). В качестве попечителей сирот-выпускников директор назначала своих земляков. Одну из воспитанниц, Олю, даже заставила выйти замуж за сына бухгалтера школы-интерната. Через некоторое время Олю выписали в Смоленскую область, но в дальнейшем милиция там её не нашла. По факту исчезновения девушки было возбуждено уголовное дело и было установлено, что девушки нет в живых. В дальнейшем проверки показали, что на жилплощади, полученной сиротами, проживают только опекуны, сами сироты бесследно исчезли.

Безусловно, подобное встречается и среди других категорий населения: одиноких престарелых граждан, психически больных, умственно отсталых, не знающих своих прав, алкоголиков и т.д. Сироты иногда входят в данную категорию, а иногда сочетают в себе несколько факторов, один из которых, как правило, одиночество.

4.2. Сироты не могут вовремя (до 23 лет) получить жильё или теряют жильё, если попадают в места лишения свободы. Здесь надо отметить, что появилась практика обращения заключённых в неправительственные организации, которые предпринимают меры по сохранению жилья осуждённых (например, г. Курск).

4.3. Родители с согласия государственных органов, нечистоплотных чиновников продают жильё. В случае, когда ребёнок лишается жилья с согласия администрации района, а значит, по её вине, администрация должна исправить свою ошибку и предоставить за счёт территориального жилья другую жилплощадь. Сироту могут поставить в льготную очередь на жильё. В этой очереди можно стоять годами, слышать ответ, что нет строительства и нет жилищного резерва. Администрация также может предложить жилплощадь гораздо хуже той, которая была закреплена за ребёнком. Практически молодым людям предлагали жильё барачного типа, с туалетом на улице. Но если молодой человек согласится, то у него будут очень маленькие шансы улучшить свои жилищные условия. Льготы на получение жилья действуют только один раз и до 23 лет.

Очень много случаев утраты жилья сирот, случаев, которые не всегда можно предвидеть или в отношении которых ещё не появилась практика принятия решения, сохраняющая интересы детей. Например, женщина с Алтайского края усыновила двоих детей из Новокузнецка и привезла детей к себе на родину. В Новокузнецке органы опеки и попечительства не препятствовали ей в продаже квартиры детей. Затем дети попали в детский дом уже в Алтайском крае и без закреплённого за ними жилья3. Это произошло в период действия закона о закреплении жилья.

В квартиру, где когда-то был прописан определённый в детский дом ребёнок, может въехать ничего не подозревающий человек, за счёт которого потом могут решить проблему сироты. В Казани был случай, когда женщина купила квартиру, а через некоторое время оказалось, что в ней прописан сирота, который более десяти лет назад был помещён в детский дом. В документах, подготовленных ЖЭУ, сведений о сироте не значилось. Суд вынес решение — передать квартиру молодому человеку. Женщина осталась без жилья и без денег, в результате — инфаркт и смерть. Справедливость была восстановлена за счёт невиновного человека4.

4.4. Сотрудники детских домов и школ-интернатов отмечают, что, с одной стороны, неблагополучные родители могут продать, обменять жильё пока ребёнок находится в государственном учреждении, а с другой - неблагополучных родителей государство выселяет из квартир, если они не могут их содержать в надлежащем виде и вовремя оплачивать коммунальные услуги. Детей помещают в детский дом, а через некоторое время родителей выселяют. По закону это так и положено. Многодетные семьи, из которых дети попадают в госучреждения, иногда успевают получить большие квартиры с учётом детей. Однако эти большие квартиры зачастую и становятся лакомым кусочком нечистоплотных граждан и чиновников. Квартира у родителей выкупается, и детям некуда вернуться. На то, что сохранность жилья не отслеживается, указывают эксперты во всех регионах России, говорят об этом сотрудники детских домов и интернатов, сотрудники ПТУ, правозащитных организаций.

Также все эксперты отмечают, что если документы у ребёнка оформлены правильно: родителей лишили родительских прав и за детьми закрепили жильё, то вопрос о предоставлении жилой площади решается

3 Из интервью с заместителем председателя комитета по образованию Администрации Алтайского края Галиной Михайловной Самодуровой, сентябрь 1999.

4 Из интервью с председателем Казанского правозащитного фонда сирот Сергеем Николаевичем Лихачевым. Фонд выступал общественным защитником сироты в этом судебном разбирательстве.

намного проще. Если возникают проблемы, то можно обратиться в суд, в прокуратуру и восстановить справедливость. Но, к сожалению, вынесение решения очень далеко стоит от его исполнения.

Родителей сегодняшних выпускников лишали родительских прав 17 лет назад. Тогда была другая страна, другие чиновники. Не во всех ЖЭУ, не во всех судах, не во всех РОНО следовали правилу о закреплении жилой площади и о ее сохранении за ребёнком. Это одна из ситуаций, которая служит отправным моментом многолетних ожиданий получения жилья.

Результаты количественного исследования показывают — 96.4% детей знают, что у них есть какие-либо родственники: у 58.0% — мать, у 38.3% - отец (табл. 13). Большинство респондентов (88.9%) поддерживают отношения с некоторыми из своих родственников, 91.6% хотели бы воссоединиться с кем-либо из родственников, после того как покинут государственное учреждение. Однако только 63.6% ответивших считают, что такое воссоединение реально.

Полученные результаты подтверждают феномен социального сиротства: родственники у детей есть, но дети воспитываются в государственном учреждении. Родственники детей не навещают или навещают крайне редко. Чаще всего дети хотят жить с матерью — 50.2%. Респонденты обычно называли несколько родственников, с которыми хотели бы воссоединиться (хотя бы с кем-то из них). Звучали ответы: «со всеми родственниками», «с крестной мамой», а также «с учителем» или «другом/подругой».

Наличие родственников и общение с ними, %