Беседы с батюшкой. Ответы на вопросы

На вопросы телезрителей отвечает иерей Александр Асонов, заведующий канцелярией Гатчинской епархии. Передача из Санкт-Петербурга.

- Правда ли, что перед Причастием нельзя чистить зубы и почему?

- Очень хороший вопрос. Сразу хочется спросить, можно ли лицо мыть перед Причастием, можно ли душ принимать? Ведь вода тоже может в уста попасть, что-то может произойти неприятное. Отвечу просто: можно и даже нужно. В человеке должно быть все прекрасно, как сказал классик, и надо за собой следить. Поэтому нет никаких канонических препятствий к тому, чтобы перед Причастием следить за свое внешностью: чистить зубы, умывать лицо. Естественно, когда мы говорим о посте перед Причастием, мы предполагаем употребление пищи, а не чистку зубов. В конце концов, может когда-то в детстве мы все пробовали пасту покушать, но во взрослом возрасте мы этим не занимаемся, правда? Хотя не знаю, может быть, некоторые и кушают (смеется). Но врачи не рекомендуют этого делать, потому что это может быть вредно для организма. Конечно, это не прием пищи, и надо разделять эти вещи, смотреть реально на ситуацию, используя свой разум и мудрость, которую нам дает Господь.

- В постсоветской России, к сожалению, пропала традиция красиво одеваться, следить за собой, особенно по-праздничному собираться на Божественную литургию. Как с этим быть?

- Советовать людям возрождать эту традицию на семейном уровне, на своем жизненном личном опыте. Посещение храма – это действительно праздник, это встреча с Богом (хотя мы с Богом встречаемся каждый день в молитве, да и во сне, можно сказать, потому что Господь всегда среди нас, христиан). Посещение храма – это особое событие, потому что там мы встречаемся с Богом, становясь причастниками святой Евхаристии, мы принимаем истинные Тело и Кровь Христовы в хлебе и вине, и это праздник. Недаром по церковной традиции в воскресные дни пост не считается необходимым. Мы знаем, что в воскресные дни как в праздничные дни человек должен поститься только ради Евхаристии, а потом уже это праздник, и, конечно, мы должны это сознавать. Вообще посещение храма всегда особое событие. Там мы исповедуемся, получаем отпущение грехов, там мы становимся сопричастниками Тела Христова, мы получаем Божественное откровение во время слышания Слова Божия, чтения Апостолов, Святых Евангелий, во время проповеди. Поэтому это праздник, несомненно. Жалко, что эта традиция утрачена, потому что в советский период все прятались, боялись, и этих людей можно понять, действительно были страшные гонения на христиан. Но сейчас время-то благодатное, это можно и нужно возрождать. Надо храм воспринимать как особое место в жизни, избегая ощущения скорби. Евхаристия, Божественная литургия – это праздник, а не похороны; это не прощание, это встреча. Это встреча с Богом, встреча с жизнью, встреча в молитвах со своими усопшими родными и близкими. Если мы начнем это осознавать, будем об этом помнить, тогда мы будем и особо готовиться, празднично одеваться.

- Подготовка к Причастию вся сводится к вычитыванию правила…

- К сожалению, да, мы размышляем только о вычитывании специальных молитв, Последования к Причастию. Мы только думаем о том, можно ли пить воду, чистить зубы, а о самом главном иногда забываем – что состоится истинная встреча с Телом и Кровью Божиими, что мы станем Его сопричастниками. Это самое великое событие в истории всей Церкви, это пик литургии. Некоторые богословы считают, что у литургии 2 пика, 2 важных момента, и они равны между собой: это чтение Слова Божия или слышание Слова Божия (потому что само по себе Слово Божие тоже исцеляет и очень многое дает нам, Православной Церкви) и святая Евхаристия. Это 2 пика, которые не могут быть один выше другого, они на одном уровне находятся, потому что Слово естественно соединено с нашим Причастием в святой Евхаристии. И это 2 праздника.

- Откуда берутся новые души с рождением каждого нового младенца? Бесконечен ли этот процесс?

- Михаил, мне интересно, что Вы думаете по этому поводу? Я имею свою точку зрения, а как Вы?

- Я считаю, что это непрекращающийся акт творения, создание из ничего. Конечно, можно сказать о том, что в Логосе уже изначально существуют все души как предвечно замысленные. А если говорить о бытовой стороне, я думаю, что это творение.

- Это одна из точек зрения. Наверняка, существуют еще другие предположения по этому поводу. Лично я отношусь к этому так. Тайна сия велика, есть вещи, которые мы познаем только после того, как соединимся во всей полноте с Господом, уже оставив этот бренный мир. И поскольку эта тайна велика и никак не влияет на наше спасение, то, наверное, надо размышлять о вещах более важных – не о том, откуда берутся души, а о том, что они уже пришли в мир и о них надо заботиться, об этих людях, наших родных и близких. А кто тебе близкий, об этом хорошо описывается в притче о добром самаритянине. Это главное – заботиться о душах, которые пришли в этот мир; размышлять не о том, откуда они, а о том, что они здесь. Это моя точка зрения, она может быть кем-то не приемлема, может оспариваться.

- Часто в околоцерковной среде такой вопрос вызван популярностью представлений о перерождении. Т.е. люди околоцерковные совмещают то и другое.

- Реинкарнация. Да, понимаю, это интересный вопрос, и об этом много рассуждают, много было написано статей, даже некоторых богословских исследований. Опять же – тайна сия велика. Для нас, христиан, должно быть важно то, что влияет на наше спасение. Откуда приходят души, как это все происходит до того, как человек приходит в мир – это не связано с искупительной смертью Господа нашего Иисуса Христа, не связано с той благодатью, которую дарует нам Господь Бог в святой Церкви через «орудия» благодати, через святые Таинства. Этот вопрос, я бы сказал, в некоторой степени философский, на бытие Божие он не влияет. Мы можем философствовать хоть бесконечно, но опасность в том, что размышляя на эту тему, мы можем увлечься своим мудрствованием и углубиться в ту или иную ересь. Чтобы этого с нами не произошло, надо помнить о том, что главное в нашей жизни; что первично, а что вторично. Первично – это Слово о спасении, спасительная и искупительная смерть Господа нашего Иисуса Христа, весть о том, что Он сейчас посреди нас.

- Самое главное, что мы знаем, откуда Он и куда Он…

- Да, это уже очевидно, Он Сам говорит, что Он от Отца и к Отцу исходит. И то, что Он говорит «Придиите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы». Мы знаем, что теперь всякий может воззвать ко Господу и иметь спасение, радость общения с Богом, может быть иногда и через страдания и через испытания, но все равно радость. Благодать Божия настолько велика, что она даже страдание превращает в благословение. А для внешнего мира, как бы сказали апостолы, языческого, который находится вне рамок христианской веры, это посмешище, как об этом и говорил святой апостол Павел.

- Мои родители, бабушки, дедушки уже умерли, весь род некрещеный – все коммунисты, атеисты, войну прошли. В монастыре мне объяснили, что за некрещеных родителей я могу подавать милостыню, помогать малоимущим, деткам, что я и делаю. А знакомая принесла книгу, где написано, что за некрещеных ни в коем случае молиться и поминать вот так нельзя, потому что тому человеку будет плохо. Как быть?

- Это очень интересный вопрос и многие им задаются, когда речь идет о родственниках, которые были не крещены и отошли в мир иной. Действительно, в нашей христианской традиции канонически мы как бы не совершаем специальных молитв о таких усопших, т.е. на проскомидии не поминаем их имена, не вынимаем частички. Во время чтения Ектении они не поминаются, потому что речь идет только о верных чадах Христовых, т.е. тех, кто уже отошел в мир иной, будучи крещеным. Но в своей частной молитве вы все-таки можете их вспоминать и просить у Господа умилостивления по отношению к ним, потому что Суд Божий совершается там. Не надо забывать, что один из Символов Веры (а их самых известных три, мы читаем Никео-Цареградский, а есть еще самый короткий, который считается древней крещальной формой, это Апостольский) подчеркивается, что Христос сошел во ад, а потом воскрес и вознесся на небеса. Господь поработил ад, Он победил смерть смертью. Зачем Он сошел во ад? Естественно, чтобы совершить Свой Суд и наверняка вывести тех, кто там пленен. Об этом не стоит забывать. Естественно, это совершается вне времени человеческого, и в своих частных молитвах вы должны вспоминать своих родных и близких усопших, потому что все-таки это ваши родные и близкие.

- Мне тоже как-то странно слышать о запрете…

- Господь нас призывает молиться за наших врагов, которые не являются крещеными христианами и гонят нас. Они тоже являются творениями Божиими и могут однажды стать нашими друзьями. Кольми паче мы должны молиться за наших родных и близких, которые нас родили, воспитывали, вкладывали в нас силы. Очень важно в любом случае вспоминать о них, посвящать им молитвы и просить у Господа, чтобы Он совершил Свой праведный суд так же в отношении этих людей.

- И конечно, дела милосердия оставлять тоже не следует.

- Память о наших родных и близких – это тоже дело милосердия, потому что, к сожалению, очень часто мы предаем забвению тех, кто ушел. Это неправильно. Понимаю, иногда это происходит вследствие каких-то обстоятельств, жизненной суеты, отдаленности. Но если нет возможности посетить могилки, давайте хотя бы будем вспоминать их в наших молитвах ко Господу.

А то, что у некоторых людей такой антагонизм (как у вашей знакомой) – это, я считаю, не по-христиански. Она могла сказать «Извини, на литургиях у нас не принято поминать, но тем не менее мы все-таки должны о них помнить». Т.е. как-то можно было все это с братолюбием сказать. Мне бы было морально тяжело, если бы кто-то ко мне так же отнесся. В этом нет христианской любви.

- Почему храм считается местом особого присутствия Божьего, ведь все говорят, что Господь везде один и Тот же?

- Несомненно, мы все хорошо понимаем, что в жизни человеческой и жизни любого социума существуют определенные традиции. Когда мы рассуждаем о театре, естественно мы имеем в виду игру актеров, пьесы, но так же мы предполагаем и строение, в котором совершается это действие. Когда мы рассуждаем об институте, мы предполагаем процесс преподавания, профессуру, абитуриентов, студентов, канцелярию, но так же и институтские здания. Так устроен этот мир. И когда мы рассуждаем о том месте, где совершаются особые действия среди верующих христиан, мы предполагаем, естественно, какое-то здание, которое мы называем церковью, храмом, часовней, кафедральным собором, где совершаются особые действия. Эти особые действия и придают очень важный характер этому месту. Традиционно литургия совершается среди народа и для народа. Вообще в древности, когда не было людей, священник и не должен был служить, потому что литургия в переводе с греческого – это «дело народа» (литос» - народ, «эрго» - дело), общее дело. И когда верные Христовы собирались, совершалась литургия, богослужение, служба, во время которой слушали Слово Божие, совершалась Евхаристия, т.е. благодарение Богу (в переводе с греческого, евхаристия – благодарение Богу), где люди получали истинные Тело и Кровь Христову. И эта Евхаристия, это событие Причастия и придает любому месту особое значение.

И, конечно, не стоит забывать, что места обладают не только определенной социальной, но и энергетической значимостью. Это всем хорошо известно, не раз подтверждалось физиками, что любое пространство наполняется энергией, которая ниоткуда не появляется и никуда не исчезает. И мы называем место, где совершается литургия, намоленным (во время евхаристического канона совершаются специальные молитвы о призвании Святого духа, чтобы Он благословил Евхаристические дары, благословил весь народ). Естественно, когда все верные чада Христовы молятся, естественно, это место начинает обладать особым значением.

Но не стоит также забывать, что вне храма наша жизнь христианская не заканчивается. Действительно, в жизни каждого из нас пребывает Господь, потому что мы суть сосуды Духа Святаго. В жизни каждого верного чада Христова происходит так называемое преображение, «обо́жение». Об этом много богословы рассуждают, в западной богословской традиции называют это понятием «санктификация», т.е. освящение; мы называем это греческим термином «теозис», т.е. обо́жение. В жизни верующего христианина происходит реальное изменение – изменение его душевного состояния, изменение его жизненных обстоятельств, его духовного внутреннего мира, и это видят окружающие. Даже сам человек может этого не видеть, но это происходит по причине того, что наша жизнь христианская за стенами храма не заканчивается.

- Вы говорили, что два главных момента во время Литургии – это Причастие и чтение Слова Божия. Но часто бывает так, что Слово Божие просто непонятно, не слышно по разным причинам. Почему чтение происходит спиной к народу?

- Литургия делится на несколько частей – Проскомидия, Литургия оглашенных… И вот во время Литургии оглашенных, до Литургии верных как раз Писание читается. Действительно есть традиция чтения Священного Писания спиной к народу. Т.е. выходит дьякон (если он есть) на амвон, перед ним стоит аналой, и он, обратясь к востоку, к алтарному престолу, в Царские врата, читает Святое Евангелие. Чтец может так же спиной к народу читать Апостолов, но обычно чтец выходит на середину храма, поэтому его слышно. Обращаются на восток, т.к. мы все служим Господу, обратясь в одном направлении. Но это не принципиально. Евангелие может читаться и лицом к людям. Конечно, очень многое зависит от личных данных чтеца, ничего не поделаешь – какая у человека артикуляция, голос, с какой интонацией и скоростью читает он Евангелие. Недавно я был в Греции, имел там возможность служить в нескольких храмах, служил Божественную литургию, и там читали Евангелие лицом к народу. Т.е. когда я вышел на амвон читать Евангелие, передо мной так поставили аналой, что я лицом к народу, обратясь к людям, читал Святое Евангелие.

- В некоторых храмах Петербурга такая же практика.

- Да. Исторически после чтений Евангелия должна быть проповедь (у нас ее постепенно отодвинули в конец Литургии, но в некоторых храмах пытаются возродить традицию). Иногда священник по-русски еще раз вычитывает текст из Синодального перевода. Конечно, все зависит от батюшки, от людей, это все вопросы более частного характера. Общей практики не существует.

- На Пасху все храмы придерживаются чтения Евангелия лицом к народу.

- Да, это один из ярких примеров.

- Вопрос о практике «Сны Богородицы». Некоторые женщины передают друг другу сны Богородицы, считая их оберегающими молитвами. Смысл там такой: жила-была Богородица, спала-проснулась, пошла из ворот в ворота… Женщины, считая это молитвой-оберегом, читают это ежедневно с другими молитвами. Считается ли это ворожбой и колдовством, если женщины чистосердечно считают это молитвой?

- Первый раз об этом слышу. Давайте попытаемся вместе порассуждать на эту тему, что я один постоянно говорю! Вы как думаете, можно это считать ворожбой?

- Я придерживаюсь той точки зрения, что ворожба и колдовство – исключительно вымысел.

- А как же магические действия, приводящие к плачевным последствиям?

- Я как студент психфака считаю, что это плацебо. В случае с такими «молитвами» меня удивляет несознательность, т.е. люди настолько привыкли вычитывать что-либо.

- Бывают ситуации, когда человек просто не задумывается, делает что-то по инерции и немного далек от христианского вероисповедания. Не потому, что он плохой человек, а потому, что он еще не понял, что такое христианство, до конца. Т.е. он знает, что есть Церковь, приблизительно представляет, что это такое, но на самом деле с христианством мало знаком. Такая проблематика существует.

Например, у меня однажды был случай. Однажды я был в храме, куда привезли ковчег с мощами одного из святых. Была специальная служба, молебен, было очень много народу, этот ковчег поставили на специальное возвышение, все подходили, прикладывались. Рядом сердобольные служители храма поставили красивую софринскую кружку, на которой было написано «Пожертвования на перенесение мощей». Некоторые люди, не понимая где что, целовали и ковчег, и кружку.

Так же и здесь – надо услышать Слово Божие, войти в общение с Церковью и тогда все встанет на свои места, не будет этих странных вариаций.

- Осуждение священника – грех. А если о священнике говорят в шутливой форме, является ли это грехом?

- Я считаю, что с осуждением священника надо разобраться. Во-первых, как Вы понимаете слово «осуждение»? Любой человек обладает правом, которым его наделил Господь, – делать свои умозаключения. Я бы даже больше сказал – Господь призывает нас использовать разум и делать умозаключения.

- Да, в Евангелии немного искажен смысл при переводе: когда Господь сказал о фарисеях, что они «…оставили суд и милость…» (Мф. 23:23), на самом деле «рассуждение и милость».

- Да, Вы сейчас очень хорошо подметили. Господь нас призывает рассуждать. А в русской речи рассуждение и осуждение где-то очень рядом. Т.е. когда мы осуждаем, мы где-то рассуждаем, мы делаем свои какие-то умозаключения, к каким-то выводам приходим по отношению к тому или иному человеку.

Если мы строим козни – это грех, если мы наговариваем – это грех, и причем неважно, на кого мы наговариваем или кому строим козни – священнику или не священнику. Это одинаково плохо. Но у нас есть полное право иметь свою точку зрения в отношении поступков, действий тех или иных людей. Что касается осуждения священников – я бы не сказал, что мы совершаем грех, если мы делаем выводы по поводу тех людей, которые обречены священным саном. Не надо забывать: люди, пришедшие в клир, ставшие священнослужителями – это живые люди из мира. Когда-то были такими же прихожанами, как и все остальные, соответственно принесли с собою свою субкультуру, свои привычки, свои традиции, ведут себя в соответствии с ними. Мы должны помнить, что это люди, и мы имеем полное право иметь свою точку зрения о том, каковы они. Мы можем, конечно, ошибаться, а можем быть и совершенно правы, поэтому я бы не сказал, что это грех. Нам нужно рассуждать и делать свои выводы.

Вопрос насмешек – это вопрос культурного воспитания. Если добрая шутка без язвительности, то в этом нет ничего плохого. А если с язвительностью, с ехидством – то, конечно, это плохо. Опять же это вопрос чисто моральный. Это касается не только того, что мы говорим о священнослужителях, но и что мы говорим вообще о людях, окружающих нас. Конечно, человек воспитанный, благородный такого себе позволять просто так не будет, а если и будет, то, скорее всего, в сердцах. Я уверен, потом он раскается, ему будет неприятно, и не потому, что он будет бояться кары и наказания, а потому что ему сам факт неприятен, что он кому-то делает что-то плохое. А говорить с язвительностью, как говорит молодежь, «подкалывать» кого-то, естественно неприлично. Есть в этом что-то недостойное человеческого достоинства.

Такие вопросы касаются даже не христианства, а обычных человеческих взаимоотношений, естественной благообразной культуры, которую мы пытаемся сохранить и передать нашим детям. Это не «высота полета» христианства, это элементарные вещи. Для того, чтобы это понять, не надо быть христианином, достаточно просто быть воспитанным, хорошим, я бы даже сказал «советским» человеком. Ведь был же период благообразного советского воспитания, когда неприлично было ругаться на людях, при женщинах, используя тяжелые матерные выражения, было неприлично плохо относиться к пожилым людям, было неприлично хамить кому-то на улице и уж тем более на кого-то руку поднимать. И ведь эти люди не претендовали на звание христиан, они просто претендовали на звание воспитанных людей, «советских». Я с удовольствием смотрю советские фильмы, особенно меня интересует кинематограф времен «оттепели». Ведь сколько было снято красивых картин! Мы не все их увидели сразу, но их сейчас показывают, черно-белые – они же прекрасны, какой удивительной культурой наполнены те персонажи, которых вы там видите! Ведь они рассуждают, в принципе, о вечных вещах – о любви, о верности, о преданности, которые естественно связаны с христианством, но они говорят об этом с позиции светских людей. Тем более это дорого, жалко, что мы сейчас это утратили, это трагедия нашего общества.

Понятно, что у нас сейчас культурный кризис, так давайте молиться друг за друга и хотя бы с себя начинать. Если каждый начнет хоть что-то делать без озлобленности, общество начнет меняться.

Помните «Место встречи изменить нельзя», в оригинале произведение называется «Эра милосердия». Там есть ключевой момент, когда персонажи Шарапова и Жеглова попивают водочку (у них недавно убили друга-сослуживца) и рассуждают о том, как они будут рубить эти «драконовы головы»: зло, предательство, зависть (это и есть, кстати, самые страшные «головы дракона»). А герой Гердта говорит: «Наша страна только что пережила самую страшную войну, и если говорить о добром будущем для нашего общества, то надо говорить не о тех карательных методах, которые вы сейчас вспоминаете, а о том, что является вечным – милосердие, сострадание, любовь к ближнему. Это поможет нам снова стать живым человеческим обществом, которое имеет культурное наследие, и, может быть, тогда наступит Эра милосердия».

Естественно, я перефразировал этот диалог, не процитировал его детально, а передал основную мысль. Культура человеческая связана не с карательными мерами. Невозможно сделать человека благородным «из-под палки», это надо делать личным примером духа. Чтобы кого-то воспитать, надо самому быть обладателем какой-то культуры; невозможно передать какую-то культуру, если ты ее сам не имеешь. Это, кстати, согласуется и с христианским учением – если у тебя нет чего-то, ты не сможешь это передать. Ты можешь много об этом говорить, рассуждать, но не передашь.

Вот у нас в обществе сейчас используют много так называемых законодательно-карательных мер, чтобы общество сделать лучше – это не поможет. Много раз это уже делалось, ни к чему позитивному не приводило. Наоборот, будет противодействие. Заставить человека не плеваться на улице карательной мерой невозможно, он все равно будет это делать, когда никто не будет его видеть. Должен быть внутренний императив, внутренний стимул, а его передать могут лишь милосердные методы и меры. Давайте начинать с себя.

Вот сейчас запретили курение в общественных местах…

- Я тоже рад. Но дело в том, что курить не перестают, и это выглядит, на мой взгляд, по-ханжески. Зачем уподобляться этому, извините за выражение, фарисейству? Это общество не улучшает, это превращает общество в лицемеров. А запретный плод более сладок. Почему-то в советских временах как-то сохранялась культура, притом, что они не задумывались о вопросах, хорошо курить или плохо. А мы смещаем акценты, иногда намеренно. У нас есть реальные моральные проблемы в обществе, и никто не пытается акцентировать на них внимание, в отличие от вопросов, которые в принципе не имеют отношения к морали. Ведь курение не имеет отношения к морали. Вы хороший человек вне зависимости от того, курите или нет. Неважно какого цвета и из какого материала на Вас рубашка, материал может быть неполезен для вашего тела и для меня, т.к. я вдыхаю пары, это можно с помощью химии доказать, но вы не становитесь от этого ни плохим, ни хорошим. Ваше внутреннее духовное состояние от рубашки не зависит, оно зависит от образа мышления. Вот о чем надо говорить. А мы рассуждаем о карательных мерах, при этом становясь ханжами и других в нашем обществе пытаясь так же сделать ханжами. И общество смеется над этим, и мы смеемся, т.е. мы сами над собой начинаем издеваться. Курение – не единственный пример, много других.

- Недавно было ужесточение правил для водителей.

- Опять же – стали ли безопаснее ездить? Получается замкнутый круг.

- Лично я в определенных запретах вижу и пользу, ведь как Апостол пишет «Закон не для свободного», т.е. закон нужен тому, кто порабощен страстями, иначе он начинает «беспредельничать».

- Согласен. Но опять же, если бы в это не втягивали понятие морали. Лично я считаю (подчеркиваю, это мое мнение, а не церковного священноначалия), что не карательными мерами, а через доброе культурное наследие можно изменить в обществе. Каждый должен начинать с себя, и вокруг другие преобразятся. «Спасись ты, и вокруг тебя тысячи спасутся». Надо молиться за наше общество, чтобы это культурное наследие возрождалось, чтобы было приятно смотреть на нашу молодежь, на себя вне зависимости от возраста (бывает, и старики ведут себя не совсем прилично).

- Почему, когда человек умирает, первые дни до похорон нельзя открывать окна? И почему занавешивают зеркала, и в них ни в коем случае нельзя смотреть?

- Есть разные точки зрения по этому поводу. Я вот слышал, что не открывают окна потому, что усопший дух может попасть обратно. Это языческие традиции, не хочется в это углубляться. По поводу зеркала это тоже отдельная языческая история. Это не касается христианских традиций, это всенародная традиция, которая существует здесь и сейчас. Я как священник Русской Православной Церкви не могу рассуждать об этих вещах в полной мере, потому что они никак не связаны с тем, что для меня дорого – с верой христианской, с богословием христианским, с учением апостольским.

- Т.е. можно с уверенностью сказать, что если открыть окна, ничего не случится, и если посмотреть в зеркало, тоже ничего не случится.

- Да, для христиан это не опасно. Но есть традиции, которые и не плохие и не хорошие. Они существуют, не повреждая нашей вере, давайте их уважать. Принято так – ну что же, от этого не обеднеем. Корни у этой традиции языческие, ничего общего с апостольским учением не имеют…

- Апостол говорит «Для чистого все чисто».

- Да. Могу привести сейчас множество библейских цитат, сослаться на апостольские послания, но мы все хорошо понимаем, что когда посреди нас Господь – нам уже нечего бояться. Я уже сегодня говорил, что мы суть сосуды Духа Святаго, в нас пребывает тот, кто сильнее того, кто в мире, нам бояться-то нечего. Нам только одного надо бояться – зло делать, то зло, о котором говорится в молитве «Отче наш»: «Но избави нас от лукаваго». Нам надо бояться стать злыми. А зло, естественно, не в том, о чем мы сегодня в начале рассуждали – зубы почистили или не почистили. Зло не в том, открыли мы или закрыли окна, когда кто-то умер, смотримся ли в зеркала. Зло состоит в том, когда мы желаем чего-то плохого ближнему. Это элементарные вещи, это вопросы морали. Об этом вся наша христианская вера, об этом говорил постоянно Спаситель – самое главное в жизни человека это его моральное внутреннее становление. Ты можешь не есть мясо, но при этом поедом поедать своего ближнего. Мы вспоминали во время поста высказывания Отцов Церкви о том, что главное во время поста – неупотребление определенной пищи или любовь к ближнему? Любовь к ближнему, это однозначно! Все остальное – это вторичный «продукт» нашей духовной жизни, но никак не первичный. То же самое касается всех этих обстоятельств. Есть традиция – из уважения к культуре надо ее сохранять, почему нет. Здесь в России будет так, приедете в другую страну – там будет иначе, и это никак не повлияет на вашу христианскую мораль. Из уважения к людям проявляйте терпение и думайте о главном – о своем духовном возрастании.

Гость программы: иерей Александр Асонов

Ведущий: Михаил Кудрявцев

Расшифровка: Екатерина Федотенко