Авторизация

Методологическая основа изучения субъектности, зало­женная в концепции человека С. Л. Рубинштейна впоследст­вии была разработана К. А. Абульхановой-Славской и

A. В. Брушлинским. В их трудах подчеркивается функцио­нально-онтологический статус субъектности и обозначен общеметодологический принцип ее изучения как раскрытие человека в его наиболее существенных связях и отношениях, а также определены условия и механизмы функционирова­ния субъектности. Авторами показано, что субъектность есть центральное образование человеческой реальности, возникающее на определенном уровне развития человека, а именно на личностном уровне.

Понятие субъектности представляет собой особого рода целостность. Эта целостность раскрывается в теории субъект­ности В. Э. Чудновского, представляющей поиск внутрен­ней структуры человека, которая объединяет и направляет его деятельность и поведение. Соотношение внутреннего и внешнего определяется автором как «ядро субъектной ак­тивности», становление которого «выражается в постепен­ном изменении соотношения между внешним и внутрен­ним: от преимущественной направленности “внешнее через внутреннее” к все большему доминированию тенденции “внутреннее через внешнее” [195. С. 9]. В исследованиях

B. Э. Чудновского просматривается важный подход к изуче­нию субъектности: выделяется ее динамический аспект, про­являющийся в организации внутренней активности субъек­та. Становится возможным вычленить из субъекта как ин­тегративной, целостной, системообразующей категории собственную специфику субъектности и описать ее свойст­ва. Субъектность предстает как содержательно-действенная характеристика активности, подчеркивающая интенциональ - ность субъекта [195].

Глубокий анализ категории субъектности представлен в работе А. К. Осницкого [134]. Субъектность понимается ав­тором как первопричина деятельности субъекта, некая внут­ренняя структура — толчок к проявлению собственной ак­тивности субъекта и поиску того, что представляет смысл его жизнедеятельности, с чем следует вступать во взаимодейст­вие и что следует преобразовать в собственных интересах (см. [134. С. 10]). Автор отмечает продуктивность использо­вания понятия «субъектность», т. к. «данная характеристика позволяет представить человека в психологическом исследо­вании не как беспристрастного исполнителя, а как пристра­стного сценариста своих действий (на высших уровнях раз­вития даже режиссера), которому присущи и определенные предпочтения, и мировоззренческая позиция, и целеустрем­ленность преобразования» [Там же. С. 6]. Определяя субъек­тность как форму активности человека, А. К. Осницкий от­мечает, что именно в этой форме человек выступает автором собственной активности. При этом авторство рассматрива­ется, в частности, через включение в опосредованные фор­мы опыта непосредственных переживаний, чувственных представлений, что способствует «превращению приобрета­емого «чужого» знания, знания для всех в знание собствен­ное — субъектное» [Там же. С. 17].

Субъектный опыт, накопленный человеком к определен­ному моменту развития, по мнению А. К. Осницкого, вклю­чает в себя ценностный опыт, который связан с формирова­нием интересов, нравственных норм, идеалов, убеждений — того, что ориентирует усилия человека; опыт рефлексии о себе и предмете, который связывает все компоненты опыта между собой; опыт активизации, который ориентирует чело­века в собственных возможностях; операциональный опыт, объединяющий конкретные средства преобразования ситуа­ции и своих возможностей, а также опыт сотрудничества. Пополнение субъективного опыта, как показывает автор, происходит через взаимообогащающее смыкание различных видов опыта — непосредственного, чувственного, оценивае­мого эмоционально, и опосредованного, оценка которого происходит на рациональном уровне [134].

Таким образом, в концепции А. К. Осницкого субъектное отношение к выполняемой деятельности реализуется в обра­щенности человека к своим внутренним резервам, возможности выбора средств осуществления деятельности. Оно определяет­ся сформированными умениями саморегуляции (регулятор­ными функциями целеполагания, программирования, оце­нивания результатов и т. п.) и компонентами субъектного опыта (целостным опытом, опытом рефлексии и т. п.). Ценной в данном подходе представляется обработка связи понятия субъектности с близкими понятиями и определение содержательных составляющих субъектности.

Развитие понятия субъектности как характеристики лич­ности, отражающей ее активность по отношению к обществу и самой себе, представлено в концепции В. А. Петровского: «Констатирующей характеристикой личности человека (и выявления соответствующих областей психологии лично­сти) является его субъекгность» [141. С. 11]. По мнению ав­тора, возможность быть субъектом для человека означает возможность утверждения себя в мире. «Субъектность чело­века проявляется в его деятельности — особой активности, посредством которой человек воспроизводит себя, свое собст­венное бытие в мире» [Там же. С. 8]. Человеку, чтобы быть личностью, недостаточно просто жить в предложенных обстоятельствах, отвечать требованиям среды, «. на каждом повороте жизненного пути ему нужно от чего-то освобожда­ться, что-то утверждать в себе, и все это нужно делать, а не только подвергаться влияниям среды» [108. Т. 2. С. 220]. На эту мысль А. Н. Леонтьева ссылается В. А. Петровский, утверждая, что субъектность формируется и утверждается в активности как таковой, понимаемой в противоположность реактивности. В ходе осуществления частных деятельно­стей, отмечает В. А. Петровский, субъект решает каждый раз частную задачу. Однако сам процесс активного преодоления препятствий, активного преобразования окружающей дей­ствительности и себя самого формирует в человеке новое ка­чество, состоящее в способности противостоять «каким бы то ни было» ограничениям, способности к инициированию деятельности. «Активность и есть выросшая из отдельных приспособительных деятельностей субъекта специальная деятельность по снятию наличных ограничений вообще. В активности происходит как бы двойное освобождение субъекта — от состояний ближайшей к нему среды и от его собственных простейших потребностей» [141. С. 300].

Анализ концепции В. А. Петровского показывает, что субъектность предстает в ней как ведущий категориальный признак личности, т. е. как ее активность. Возможность уви­деть, выделить себе качества, детерминированные принад­лежностью к социальной среде, как-то отнестись к этим ка­чествам позволяет занять позицию вне этого влияния, не сливаясь с социальной ролью. Осуществление этого — одна из форм проявления субъектности. Особую глубину анализируемая категория приобретает в концепции отра­женной субъектности В. А. Петровского.

Концепция отраженной субъектности представляет со­бой особое значение для данного исследования, поскольку она позволяет установить концептуальную связь в изучении активности субъекта деятельности (самодеятельности) и субъекта общения. Действительно, представляя собой одну из «предельных категорий» анализа субъективной реально­сти человека, субъектность отражает ценностно-смысловое отношение к собственной психике, направляет и организует ее развитие. Но в то же время достижение человеком уровня субъектности предполагает овладение некоторой человече­ской общностью. Внутри общности появляются многооб­разные способности человека, позволяющие ему приобща­ться к существующим формам культуры и самому творить новые формы, т. е. быть самобытным [172]. Как указывает Д. А. Леонтьев, далеко не во всех актах общения и взаимо­действия развивается ценностно-смысловое отношение к собственной психике. «Свойственная в той или иной мере всем людям инерционная тенденция к поддержанию целост­ности своей личности, к сохранению сложившейся СМЫСЛО­вой структуры выступает в роли мощного предохранитель­ного механизма, оценивающего открытость личности к глу­бинному диалогу, затрагивающему основы осмысления его действительности. В большинстве случаев поэтому реальное общение носит монологический характер. Открытость глу­бинному диалогу с конкретным другим, допускающим воз­можность изменения меня в ходе этого диалога, обусловлена значимостью этого другого для меня, а само наличие реаль­ных изменений может служить критерием этой значимости» [112. С. 264—265]. В связи с этим путь конкретного анализа механизмов указанного взаимодействия открывает концеп­ция отраженной субъектности В. А. Петровского [140; 141;]. «Отраженная субъектность определяется “как бытие кого - либо в другом и для другого”. Смысл выражения “человек отражен во мне как субъект” означает, что я более или менее отчетливо переживаю его присутствие в значимой для меня ситуации. Отражаясь во мне, он выступает как активное де­ятельностное начало, заменяющее мой взгляд на вещи, фор­мирующее новые побуждения, ставящее передо мной новые цели; основания и последствия его активности не оставляют меня равнодушным, значимы для меня, или, иначе говоря, имеют для меня тот или иной личностный смысл» [140. С. 18].

В. А. Петровский выделяет три основные генетически преемственные формы проявления отраженной субъект­ности. Первая форма — запечатленность субъекта в эф­фектах межиндивидуальных влияний — психологически проявляется в переживании индивидом того влияния, ко­торое непроизвольно оказывает на него данный индивид. Вторая форма — представленность субъекта как идеально значимого Другого — проявляется в переживании присут­ствия «внутри» себя второй, альтернативной смысловой перспективы, принадлежащей Другому во мне. «При ос­мыслении жизненных ситуаций во мне обнаруживается два смысловых фокуса, находящихся в отношении диалога друг с другом. Подобное присутствие Другого во мне в виде альтернативной перспективы осмысления действите­льности не зависит от фактического его присутствия в си­туации» [140. С. 18—20]. Третьей формой отраженной субъектности выступает претворенный субъект. Здесь происходит уже полное слияние и взаимопроникновение смысловой перспективы «Я» и Другого (и соответственно перестройка смысловой структуры «Я»). «Присутствие •Другого во мне уже невозможно обнаружить рефлексив­ным путем; это присутствие нашло свое завершенное выражение в изменении моей личности» [Там же. С. 21].

В. А. Петровский отмечает, что феноменами отраженной субъектности становятся вовсе не любые воздействия Дру­гого на меня, а лишь те изменения, которые существенны для моего «Я», выявляют свою значимость для моего само­определения, для постановки и определения моих собст­венных проблем и задач. С позиции принципа отраженной субъектности автор считает необходимым дополнить тео­рию деятельности фактом опосредованности ее выполне­ния другим человеком. Деятельность, первоначально направленная на объект, в ходе своего движения всегда опосредуется общением с другими субъектами и преобра­зуется в трансляцию другим людям приобретений собст­венного опыта. «Являясь реализацией субъект-объектного отношения, она (деятельность) выполняется на основе ре­ального или идеального взаимодействия (общения) с дру­гим человеком, т. е. по существу реализует субъект-субъ- ект-объектное отношение (термин предложен Петров­ским А. В.)» [141. С. 70].

Разработанная В. А. Петровским концепция отраженной субъектности глубоко развивает взгляды на человека как субъекта общения, воспроизводящего общность с другими людьми. Эта концепция позволяет устанавливать класс фе­номенов «трансляции» человеком своих субъектных черт людям.