Тест: Какая ты королева?

Психология

10 правил исполнения желаний

За всю историю жители нашей планеты жили в мире всего 292 года. Это значит. что остальное время ( несколько тысяч лет!) кто-то с кем-то сражался. проливал кровь. убивал. Но боль испытывают не только те. кто отправляется на поле сражения. Видеть. как мирные люди превращаются в зверей. искать тела близких среди городских руин после бомбардировки. бросать свой дом. чтобы укрыться от жестокости и насилия, — этот тяжелый груз чаще всего ложится на женские плечи. И он становится в разы тяжелее. если « женщине» едва исполнилось 12 лет.

Душанбе. 1990 год

Тане Барановой было 12. когда в Душанбе. где она жила с родителями. начались военные столкновения. «В Таджикистане было много русских, — вспоминает девушка, — на развитие республики выделялись дотации. кипело строительство. во всем чувствовался прогресс. Таджики были очень дружелюбны. мы не ощущали себя чужими. Учились все вместе. общались. дружили. У дедушки был приятель таджик. живший в кишлаке. Он часто приглашал нас в гости. Мы ели плов. сидя на топчане. спали в его доме. построенном из кизяков. Эти поездки всегда были праздником.

Все изменилось резко и стремительно. Начались избиения русских парней. девушкам стало опасно ходить одним по городу. Первый крупный митинг был якобы против армян. Как-то я с родителями гуляла по зоопарку. а потом поехала к бабушке. Села в троллейбус. который шел через главную площадь. и там он въехал в толпу протестующих. которые начали раскачивать троллейбус. Какая-то русская женщина быстро схватила меня в охапку и потащила в укрытие — ближайшую подворотню. Потом мы перебежками. дворами. добрались до моей бабушки. До сих пор с благодарностью вспоминаю ту женщину.

Через какое-то время в городе появились боевики. Перестал ходить транспорт. постоянно где-то случались перестрелки и поджоги автомобилей. Наша семья скрывалась у соседей-узбеков. потому что пошли слухи. что боевики будут громить квартиры русских. Однажды. спрятавшись за занавеской. я разглядывала в окошко улицу. По дороге шел русский мужчина с сеткой яиц. и неожиданно на него набросились таджикские парни. начали избивать железными прутьями. Он закричал. попытался отбиться. потом упал под ударами. Помню. как отлетела в сторону его сумка. Дальше я не смогла смотреть. убежала вглубь комнаты и зарылась в подушки.

Зверство. агрессия проявлялись в мирных людях. Конечно. не все таджики поддерживали действия националистического толка. Но русским невозможно было больше оставаться в Душанбе. Нам пришлось бросить все и уехать в Россию. И. наверное. принять новую реальность оказалось даже тяжелее. чем столкнуться с войной. Первые 5 лет папа порывался вернуться. а тетя до сих пор уверена. что ее настоящая жизнь осталась в Таджикистане. Тем не менее иного выхода у нас все равно не было.

То. через что я прошла. сделало меня очень серьезной. Однако. с другой стороны. я теперь не пасую перед трудностями. По сравнению с теми событиями все остальное кажется пустяком».

Чечня. 1994 год

« Я не успела хорошо узнать своего старшего брата, — рассказывает 24-летняя Милана Джагиева из Чечни. — Помню. Альберт мастерил мне куколок из листочков и сочинял сказки. Ему было 14 лет. когда начались военные действия. Он был у нас главным мужчиной в семье: отец погиб в уличной стычке еще за год до этого. Однажды брат пошел за хлебом на другой конец Грозного. а буквально через час в городе началась бомбежка. Мама. услышав звуки взрывов. схватила меня и бросилась на улицу: нас учили. что надо прятаться в канавах. Мы пролежали там вплоть до наступления темноты. но. слава богу. в наш район самолеты не залетели. Альберт домой не вернулся. Утром мы с мамой пошли его искать: выходить ночью было слишком опасно. Обошли всех знакомых. у которых он мог укрыться. дошли до магазина — от него остались одни руины. Я тогда мало что понимала. ныла. что долго идем и что мне хочется есть. Но потом увидела. как после нескольких часов хождений по городу мама села на землю и отчаянно зарыдала. И вот тогда я осознала. что случилось что-то по‑настоящему страшное. Альберта мы так и не нашли.

После этого момента в памяти все слилось в одну черную полосу. я не могу вспомнить какие-то детали. Мама заболела. ее мучили постоянные приступы панических атак. Для лечения нужны были деньги. а их у нас не хватало даже на еду. Я. сколько себя помню. постоянно где-то подрабатывала. Например. на рынке помогала выкладывать продукты: получала копейки. зато в конце дня можно было взять несколько залежалых фруктов. Из-за работы приходилось пропускать школу. Я мечтала поступить в университет. но кто бы тогда нас кормил? Сейчас на лишние деньги я покупаю учебники. Надеюсь. все же удастся наверстать школьную программу и стать студенткой».

Южная Осетия. 1990 — 1992 год

На войне убивают. Не только людей. но и мечты. а вместе с ними и будущее. которое могло бы быть совсем другим. «Я хотела стать танцовщицей. мечтала о мировой славе, — вспоминает Мария Плион. журналист и правозащитник из Южной Осетии. — Мама водила меня в хореографическую школу. даже когда на улице было очень холодно и многие родители оставляли детей дома. Я думаю. мне повезло. что я так любила танцы. Я занималась ими 17 лет! Именно они спасли меня от депрессии. в которой до сих пор пребывают многие мои сверстники. Еще я всегда улыбаюсь. когда вспоминаю лето. потому что в это время появлялись фрукты. Мы лазили по деревьям и с наслаждением ели кислые зеленые яблоки. Это было очень вкусно! А больше никаких светлых воспоминаний о детстве у меня. пожалуй. и нет. Мне непросто о нем вспоминать и. как это ни странно звучит. тяжело смотреть на играющих беззаботных детей. Для меня тот период стал школой выживания. и я не понимаю. как может быть иначе.

В 6 лет я принимала участие в политических протестах. В 1990 году в Цхинвале постоянно проходили шествия и митинги. и моя мама всегда на них ходила. Нас с сестрой не на кого было оставить. поэтому она брала нас с собой. Правда. мы тогда мало что понимали.

Когда мне было 8 лет. нас отправили на каникулы к дяде. бабушке и дедушке. В это время там начались этнические чистки — людей по этническому признаку выгоняли из домов. без денег. без вещей. запрещали возвращаться под страхом смерти. За три дня вооруженные группировки опустошили почти 12 сел. В дом дяди пришли почти сразу. так как. по их данным. наши с сестрой родители были боевиками. На самом деле мама работала в библиотеке. а папа — на заводе. Если бы нас не предупредили. вряд ли я сейчас рассказывала вам эту историю. К одной нашей родственнице. старушке 80 лет. ворвались в дом и убили только из-за того. что ее сын служил в южноосетинской милиции. К счастью. дядя успел отвезти меня и сестру в ближайший поселок. там мы сели на первый же автобус до Северной Осетии. Я знаю. что дядя тогда очень пострадал: его избили до полусмерти. С тех пор он практически не выходит из больниц. Тогда калечили почти всех мужчин. Женщин мучили или насиловали.

Нам с родителями пришлось покинуть свой дом. Мы часто переезжали с места на место. потом некоторое время находились в лагере для беженцев. Его организовали в бывшем санатории с маленькими комнатами. в которых жили целые семьи. Но нас хорошо кормили. и это уже было счастьем.

Без войны я себя не помню. Я стала убежденным пацифистом из-за ее постоянной близости. Во время боевых действий женщины Цхинвала каждый день делали макияж. красиво одевались и ходили на шпильках назло разрухе. ужасным бытовым условиям. Это помогало сохранять бодрость духа. причем не только девушкам. но и мужчинам. Это было неким моральным противостоянием войне. Тогда. наверное. я для себя и решила. что войну можно остановить. можно с ней бороться. Полтора года назад я занималась пропагандой мира в Северной Осетии. где мы с коллегами организовали осетино-ингушский круглый стол для блогеров и журналистов с обеих сторон. Сейчас работаю над проектом. цель которого — наладить грузино-осетинский диалог. Конечно. это лишь маленькие шаги. но и они очень важны. Когда пушки перестают стрелять. тишина должна быть заполнена нормальным разговором. а не криками и проклятиями. И. безусловно. нужно помнить. что самая жестокая война идет на идеологическом поле. Наверное. это было одной из причин. почему я стала журналистом. Надо давать людям больше объективной информации. потому что искажение фактов. как правило. приводит к новому витку конфликта.

Сейчас у нас снаряды не рвутся. но война может в любой момент снова перейти в горячую фазу. Вот это самое тяжелое — когда стрельба прекращается. а все равно ничего не решено. Тот вопрос. из-за которого все началось. так и остался открытым. А людям. с их горем. проблемами. нужно это понимать и жить дальше. Только вот как?»

P.S.

Я помню. как в фильме « Пятый элемент» главная героиня. инопланетянка Лилу. находит в энциклопедии слово « война», читает и ужасается людской жестокости. И когда приходит время защитить наш мир. Лилу просто отказывается это делать: «Зачем спасать такую планету? Если не кто-то извне. тогда она сама себя убьет». И еще я помню. что ответил ей главный герой: «Зато на Земле есть любовь. И это то. что стоит спасения». Звучит. конечно. очень по‑голливудски. зато верно. Войне. с ее болью и разрушением. должно быть что-то противопоставлено. Причем не в критический момент. когда уже летят самолеты и надо провожать любимых на фронт. а всегда. Надо бороться не против войны в России. Сомали или Сирии. а во всем мире. Потому что мы не знаем. когда она может начаться и кого способна затронуть. Думать о мире должны не только те. кто уже столкнулся с ужасами войны. но и те. кто не хочет их в будущем.

5 фактов о войне:

  1. Суммарный военный бюджет всех стран — 1,53 трлн долларов. При этом ежегодно от недоедания в мире умирают 2,6 млн детей. от излечимых болезней — более 5 млн. Скольких можно было бы спасти на эти деньги?
  • В XVII веке в войнах погибли 3,3 млн человек. Во Второй мировой войне — свыше 50 млн.
  • В США более 40 антивоенных организаций национального масштаба. В России — одна.
  • Япония — единственная страна. в Конституции которой провозглашен отказ от любых военных действий: «Японский народ на вечные времена отказывается от войны как суверенного права нации. а также от угрозы или применения вооруженной силы как средства разрешения международных споров».
  • Первые пацифистские организации возникли на Западе после наполеоновских войн. К концу XIX века движение было широко распространено. Благодаря ему во многих странах появилась возможность заменить воинскую обязательную службу на альтернативную гражданскую.
  • 6 великих о войне

    • А. Франс: «Война — преступление. которое не искупается победой».
  • Ж. Руссо: «Легче завоевывать. чем управлять. С помощью соответствующего рычага можно одним пальцем поколебать мир; но. чтобы поддерживать его. необходимы плечи Геракла».
  • Махатма Ганди: «Если желаешь. чтобы мир изменился. сам стань этим изме­нением».
  • Л. Толстой: «Война есть убийство. И сколько бы людей ни собралось вместе. чтобы совершить убийство. и как бы они себя ни называли. убийство все равно самый худший грех в мире».
  • У. Теккерей: «Война в одинаковой мере облагает данью и мужчин. и женщин. но с одних взимает кровь. а с других — слезы».
  • С. Цвейг: «Хочешь мира — готовь его. готовь. не щадя своих сил. Каждый день твоей жизни. Каждый час твоих дней».