Эволюционная психология

Элиезер Юдковский

От переводчика: существующему в англоязычном интернете явлению любительской эволюционной психологии соответствует существующее на русском языке явление любительской этологии. Несмотря на разные названия, комплекс идей, в значительной мере ошибочных, они выражают одинаковый

Выражение «орган размножения» — это тавтология, точно такая же как и «чат IRC » или «протокол TCP / IP ». Все органы — это органы размножения. Откуда у птиц крылья? Фея эволюции птиц (English) подумала, что полёт — это очень изящно? Крылья есть только потому что они помогли предкам птиц размножаться. Равно как и лёгкие, и сердце, и гениталии. Максимум может быть целесообразно разделять органы, непосредственно или косвенно участвующие в размножении.

Это наблюдение также верно и для мозга, наиболее сложной из известных биологии систем органов. Некоторые органы мозга непосредственно участвуют в размножении — например, сексуальное желание — а некоторые косвенно, такие как злость.

Почему у людей есть такая эмоция как злость? Фея эволюции человека подумала, что злость — это полезная функция? Отвечающая за злость нейронная сеть является таким же органом размножения, как и печень. Homo sapiens может испытывать злость, потому что у испытывавших её предков было больше детей. Нет никакого иного пути, который бы привёл к возникновению злости .

Исторический факт о происхождении злости сбивает многих с толку. Они говорят: «Минуточку, вы говорите, что когда я злюсь, я подсознательно стремлюсь завести детей? Это не то, о чём я думаю, если меня кто-то ударил в нос».

Об отдельных организмах стоит думать как об исполняющих адаптации, а не максимизирующих приспособленность (English). Причина адаптации, форма адаптации и результат адаптации — это разные вещи. Если вы сконструируете тостер, то он не будет менять свою форму при попытке затолкать в него целый батон хлеба; да, вы сконструировали тостер, предназначенный для того, чтобы жарить хлеб, но это факт о вас, а не о тостере. У тостера нет никакого чувства собственного предназначения.

Но тостер не является объектом вообще имеющим намерения. У него нет разума, поэтому мы не испытываем соблазн приписывать ему цели. То, что мы знаем предназначение тостера, не значит, что его знает тостер — он вообще ничего не знает.

Это похоже на старый тест, в котором просят назвать цвет букв в слове «синий», когда сами буквы окрашены в красный. Это занимает много времени, поскольку мозгу нужно расцепить значение букв и цвет букв. У вас не будет такой проблемы с задачей назвать цвет букв в слове «ветер».

Однако человеческий мозг, помимо того, что он был создан эволюцией, способен иметь собственные стремления, намерения, желания, цели и планы. И человек, и пчела являются проектами, но только человек — проектировщиком. Пчела — это «ветер», а человек — «синий».

Сознательные цели онтологически отличаются от эволюционных целей. Они сделаны из другого материала. Сознательные цели состоят из нейронов, а эволюционные — из предков.

Самые очевидные сознательные цели — это волевые решения, такие как план пойти в магазин или поджарить хлеб. Но эмоции тоже физически существуют в мозге, в виде последовательности нервных импульсов или облака распространяющихся гормонов. Также и инстинкты, зрительные образы, спешно подавленные мысли — имея возможность сканировать мозг и понимать код, мы бы могли видеть их.

Даже подсознательная деятельность физически существует в мозге. Как сказал лорд Актон: «Власть развращает». Сталин вполне мог считать себя альтруистом, работающим ради великого блага для большего количества людей. Однако кажется весьма вероятным, что где-то в его мозге были сети, которые подкрепляли использование власти удовольствием, и сети, которые предсказывали укрепление и ослабление власти. Если бы в мозге Сталина не было ничего, что бы коррелировало со властью — никакой лампочки, которая загоралась при командовании и тухла при политической слабости — тогда как бы власть его развратила?

Давление эволюционного отбора онтологически отличается от биологических артефактов, которые оно создаёт. Эволюционная причина существования крыльев у птиц — это миллионы предков-птиц, которые по статистике размножались чаще, чем остальные предки-птицы, благодаря тому, что они обладали всё сильнее улучшающимися крыльями, по сравнению со своими конкурентами. Мы сжимаем этот колоссальный историко-статистический факт в короткую фразу: «Это сделала эволюция».

Естественный отбор онтологически отличается от существ; эволюция — это не мохнатое чудовище, блуждающее в неизведанном лесу. Эволюция — это причинная и статистическая закономерность в репродуктивной истории предков.

И эта логика также применима к мозгу. Эволюция сделала крылья, которыми можно махать, но она не понимает концепции махательности. Она сделала ноги, на которых можно ходить, но она не знает про ходительность. Эволюция сделала кости из ионов кальция, но сами кости ничего не знают про прочность, не говоря уж об эволюционной приспособленности. Эволюция спроектировала мозг, который сам по себе способен к проектированию, но этот мозг понимает эволюцию не лучше, чем птицы — аэродинамику. До XX века ни один человеческий мозг не представлял себе комплексную абстрактную концепцию инклюзивной приспособленности (English).

Когда нам говорят «Эволюционная цель злости — увеличивать генетическую приспособленность», мы часто сползаем через «Цель злости — это размножение» на «Сознательная цель злости — это размножение». Нет! В мозге нет статистической закономерности размножения предков, даже подсознательно — её там нет так же, как и тостер не содержит цель жарить хлеб, поставленную перед собой инженером.

Думать, что ваши встроенные нейронные сети злости воплощают желание размножаться — это как думать, что рука воплощает желание подбирать предметы.

Рука не полностью отрезана от сознательных желаний. В конкретных обстоятельствах вы можете контролировать сгибание пальцев волевым актом. Если вы наклонитесь и подберёте монету, тогда это будет волевым актом, но не воля заставила руку вырасти.

Нужно также различать единовременные явления злости (злость -1. злость -2. злость -3 ) и соответствующую им нейронную сеть, отвечающую за злость вообще. Злость-событие — это сознательная мотивация, и у неё могут быть сознательные причины, но у вас не было сознательного желания создать нейронную сеть злости.

Итак, нужно различать злость-событие, нейронную сеть злости, описывающий её комплекс генов и статистику размножения предков, которая привела к возникновению этого комплекса.

Если и есть наука, которая по своей сути требует экстремальной аккуратности (English), то это эволюционная психология.

Узрите же, о мои читатели, это низкую и радостную историю: мужчина и женщина встречаются в баре. Мужчину привлекают её светлый тон лица и упругая грудь, которые в доисторические времена были бы признаками фертильности, но в данном случае являются результатом наличия макияжа и бюстгальтера. Мужчину это не беспокоит; ему просто нравится, как женщина выглядит. Его нейронные сети, отвечающие за распознавание светлого тона лица понятия не имеют о том, что их предназначение — оценивать фертильность, точно так же, как на атомах его руки нет XML -тега «≺цель≻поднимать предметы ≺/цель≻». Женщину привлекают его уверенная улыбка и твёрдые манеры, которые в доисторические времена были бы признаками способности обеспечить пропитание детям. Она собирается воспользоваться контрацепцией, но её нейронные сети, регистрирующие уверенные улыбки, об этом знают ничуть не лучше чем тостер знает о том, что его создатель спроектировал его для жарки хлеба. Её не беспокоит философское значение этого бунта, поскольку её мозг — креационист, неистово отрицающий существование эволюции. Он надевает презерватив, поскольку не хочет детей, а только лишь дофаминово-норадреналиновую бурю секса, которая надёжно производила потомство 50 тысяч лет назад, когда отсутствие презервативов было неотъемлемым свойством окружающей среды. Они занимаются сексом, принимают душ и расходятся. Основной объективный результат всего этого — прибыль бара, отеля и производителя презервативов, что никак не было ни сознательной целью в умах мужчины и женщины, ни имело что-либо общее с закономерностью размножения их предков 50 тысяч лет назад, которая объясняет, откуда у них взялись гены, создавшие такие мозги, осуществившие такое поведение.

Чтобы правильно рассуждать об эволюционной психологии, нужно одновременно держать в голове много сложных абстрактных фактов, которые тесно связаны, но при этом критически различны, и ни разу при этом не подменить понятия.