ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ МЕЖЭТНИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ

Психология межэтнических отношений занимает особое место среди направлений современной этнопсихологии. Обусловлено это тем, что данное направление является составной частью социальной психологии, имеющей по сравнению с другими психологическими отраслями необходимый для анализа межэтнических отношений людей объяснительный потенциал. Кроме того, важно учитывать, что не существует особых, свойственных исключительно межэтническим отношениям психологических явлений и процессов: все они являются универсальными для любых межгруппо- вых отношений.

Современная мировая наука не располагает однозначностью и четкостью в обозначении рассматриваемой области, и вследствие этого термины «межгрупповые отношения», «межгрупповое поведение», «межгрупповое взаимодействие» и даже «межгрупповой конфликт» зачастую употребляются почти как равнозначные.

Межэтнические отношения - это не только отношения соперничества либо сотрудничества между группами. Они включают в себя и отношения к самим группам, которые проявляются в представлениях о них, - от позитивных характеристик до предрассудков. Важную роль в понимаемых таким образом межгрупповых отношениях играет информация, с легкостью распространяемая всевозможными средствами коммуникации и создающая своеобразную «иную реальность» в субъективном мире человека. К тому же отношения между группами могут возникать, существовать и даже развиваться и без непосредственного взаимодействия между ними, что часто можно наблюдать в реальной жизни.

Межгрупповые отношения - это отношения между группами, в том числе, этническими, т.е. это отношения, объектом и субъектом которых являются группы. Однако в социальной психологии существуют и иные взгляды на данную область. Под межгруппо- выми отношениями иногда понимают отношения не между группами, а между индивидами как представителями конкретных групп. При подобной постановке вопроса практически все отношения между людьми автоматически становятся межгрупповыми. Поскольку человек одновременно является членом многих социальных групп, то хотя бы одна из его групповых принадлежностей будет отличаться от групповой принадлежности людей, с которыми он непосредственно контактирует. Взаимодействовать могут люди одного возраста, пола, профессии, но если они идентифицируют себя с разными этносами, на их контакт большое влияние будут оказывать как особенности этих групп, так и взаимоотношения между ними. Любые отношения одного индивида как представителя группы к другому индивиду как представителю другой группы неизбежно приобретают личностную окраску, что и порождает такой предмет исследования, как межличностные отношения. Межличностные отношения, на которые не влияет принадлежность общающихся к каким- либо группам, можно представить лишь как полюс чисто теоретического континуума, другой полюс которого - межличностные отношения, максимально подвергающиеся влиянию межгрупповых отношений. В реальности большинство случаев взаимоотношений между людьми - это отношения, «находящиеся» между этими полюсами. Причем степень удаленности их от полюсов будет обусловлена конкретными обстоятельствами отношений. Так, одни и те же люди в одних обстоятельствах будут взаимодействовать с другими в большей степени как индивиды, в других - в большей степени как члены группы. Влияние межгрупповых отношений на отношения межличностные зависит от того, насколько задействованные в них люди воспринимают себя и других (и воспринимаются другими) прежде всего как членов какой-либо группы. Замечено, что представители этнических меньшинств считают, что отношение к ним окружающих основано на восприятии их групповой принадлежности, а не личностных характеристик.

Отсутствие единодушия при разграничении межгрупповых и межличностных отношений имеют определенные основания. Возможно, многие психологи рассматривают межгрупповые отношения не как реальные отношения между группами, а как отношения между их членами по той причине, что не желают утратить предмет исследования. И в этом есть определенный смысл: межгрупповые отношения детерминированы политическими, экономическими, культурными процессами, происходящими в обществе, и поэтому их изучение - это прерогатива не только социальной психологии, но и многих других наук - социологии, культурологии, политологии и т.п. Но только социальная психология, как ни одна другая область знания, может и должна решать задачу следующего порядка - изучение того, как отражаются реальные межгрупповые отношения в сознании людей. Именно социальная психология призвана анализировать содержание и механизмы межгруппового восприятия. Таким образом, межгрупповые (межэтнические) отношения целесообразно рассматривать как отношения между группами (в том числе, этническими), а межгрупповое восприятие - как взаимное восприятие групп, а не отдельных их членов, т.е. как групповое образование, обладающее собственными характеристиками, отличающими его от межличностного восприятия. Среди таких характеристик выделяются, во-первых, структурные характеристики:

1) согласованность - степень совпадения представлений членов какой-либо группы о ней самой или чужой группе;

2) унифицированность - степень переноса представлений о группе на ее отдельных членов;

во-вторых, динамическая характеристика - устойчивость (ригидность, консервативность) межгрупповых социально-перцептивных процессов по сравнению с аналогичными процессами межличностного порядка, в-третьих, содержательная характеристика - связь когнитивных и эмоциональных компонентов, в-четвертых, оце- ночность (отличная от оценочности, осуществляемой при межличностном восприятии). Так, согласованными, унифицированными, устойчивыми и эмоциональноокрашенными представлениями о группах являются многие механизмы межэтнического восприятия.

Особого внимания заслуживает довольно специфический механизм межгруппового восприятия - внутригрупповой фаворитизм, заключающийся в тенденции благоприятствовать собственной группе и ее членам при сравнении с другими сопоставляемыми с ней группами.

Одним из примеров внутригруппового фаворитизма является этноцентризм как присущее людям свойство «воспринимать и оценивать жизненные явления сквозь призму традиций и ценностей собственной этнической группы, выступающей в качестве некоего эталона или оптимума» [3].

М. Бруэр и Д. Кэмпбелл выделили основные показатели этноцентризма:

- восприятие элементов своей культуры как «естественных» и «правильных», а элементов других культур как «неестественных» и «неправильных»;

- рассмотрение обычаев своей группы в качестве универсальных;

- оценка норм, ролей и ценностей своей группы как неоспоримо правильных;

- представление о том, что для человека естественно сотрудничать с членами своей группы, оказывать им помощь, предпочитать свою группу, гордиться ею и не доверять и даже враждовать с членами других групп [20].

Среди исследователей нет единодушия в отношении к этноцентризму как этнопсихологическому механизму межэтнического восприятия и как явлению. В советские времена ученые полагали, что этноцентризм - это негативное социальное явление, равнозначное нацизму и расизму. Но, как и любое иное социально-психологическое явление, этноцентризм не может рассматриваться как нечто только положительное или только отрицательное, а ценностное суждение о нем абсолютно не приемлемо. Действительно, этноцентризм часто оказывается своеобразным препятствием для позитивного межгруппового взаимодействия, но одновременно он выполняет и полезную для группы функцию поддержания идентичности и даже сохранения целостности и специфичности группы. Кроме того, этноцентризм далеко не всегда несет в себе враждебное отношение к другим группам и вполне может сочетаться с терпимым отношением к межэтническим различиям. Ярким тому примером могут служить результаты исследований М. Бруэра и Д. Кэмпбелла, проведенных ими в 30 этнических общностях (в 3 странах Африки), в которых был выявлен этноцентризм. Как показали результаты, к своей группе представители всех народов относились с большой симпатией, более позитивно оценивали ее моральные добродетели и достижения. Но степень выраженности этноцентризма варьировалась. При оценке групповых достижений фаворитизм был значительно более слабым, чем при оценке других аспектов. Члены трети общностей оценивали достижения как минимум одной из чужих групп выше, чем собственные достижения [13]. Таким образом, имеет место и этноцентризм, при котором некритичное отношение не распространяется на все свойства и сферы жизнедеятельности своей группы и делаются попытки понять и объективно оценить другую культуру. Такой вид этноцентризма ученые обозначили как благожелательный, или гибкий.

Действительно, этноцентризм может проявляться по-разному, что во многом обусловлено особенностями самих культур. Имеются данные, что представители коллективистических культур значительно более этноцентричны, чем члены индивидуалистических культур. Дело в том, что при анализе этноцентризма как любого другого социально-психологического явления необходимо учитывать социальные факторы. Так, на степень выраженности этноцентризма более значительное влияние могут оказывать не особенности культуры, а система социальных отношений общества, объективный характер межэтнических отношений. Например, при наличии конфликта между этническими общностями или других неблагоприятных социальных условий этноцентризм может проявляться в очень конкретных формах и перерастать в дисфункциональный конфликт для индивида и группы. При таком этноцентризме, обозначенном в этнической психологии как воинственный, люди не только озабочены чужими ценностями, исходя из собственных, но и навязывают собственные ценности другим группам. Именно воинственный этноцентризм выражается в ненависти, недоверии, страхе и обвинении других этнических групп в собственных проблемах. Такой этноцентризм вреден и для личностного роста: ведь на его основе воспитываются многие ценнейшие социальные качества и чувства личности. Такой этноцентризм используется в реакционных доктринах, санкционирующих противостояние и даже подчинение себе других территорий и людей, их населяющих. Воинствующий этноцентризм в крайней степени проявления выражается в форме делегитимизации - «категоризации группы или групп в супернегативные социальные категории, исключаемые из реальности приемлемых норм и ценностей» [18, с. 65]. Делегитимизация максимально увеличивает межгрупповые различия и включает в себя осознание подавляющего превосходства своей группы. Делегитимизация может быть несколько ослаблена за счет значительных различий во внешности, языке, религии, нормах и других аспектов культуры. Основной ее целью является полная дифференциация своей и чужой групп, вплоть до исключения последней из рода человеческого.

Таким образом, для групп характерна разная степень выраженности этноцентризма. Внутригрупповой и внешнегрупповой фаворитизм можно представить в виде двух полюсов, и каждый конкретный случай межэтнического восприятия может быть расположен в той или иной степени близости к одному из них. Полюса соответственно символизируют, с одной стороны, дифференциацию в форме противопоставления, что предполагает предвзятость по отношению к другим группам. С другой стороны континуума - дифференциация в форме сопоставления - полюс, характеризующий миролюбивую нетождественность. В этом случае своя группа может предпочитаться в одних сферах жизнедеятельности, а чужая - в других, и при этом не исключается критичность по отношению к деятельности и качествам обеих групп.