Гоша Куценко: Хочешь жить - а тебе гипс на задницу!

Новый фильм фильм Василия Сигарева пока что видели только журналисты и критики. Широкому зрителю еще только предстоит познакомиться со «Страной 03» - премьера назначена на 3 декабря. К слову, профессионалы новую историю от кинокомпании «Белое зеркало» уже оценили: еще в июне фильм получил приз «Кинотавра» за лучший сценарий.

Само название новогодней комедии располагает к разночтениям: либо картина намекает на сказочное настроение по мотивам знаменитой американской книжки Фрэнка Баума, либо же «ОЗ» следует читать, как один из самых популярных телефонных номеров, используемых жителями «этой страны». Первые кадры, впрочем, как и последние, второй вариант подтверждают полностью, да и режиссер не стал лукавить: в интервью «МИР 24» Василий Сигарев признал, что номер «скорой» в названии имелся в виду.

Актерский состав «Страны 03» вполне себе звездный: тут и Яна Троянова, и Инна Чурикова, и Александр Баширов, и Евгений Цыганов, и Юлия Снегирь, и Владимир Симонов. В картине снялся даже мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман, причем согласился градоначальник на эпизодическую роль водителя-бомбилы. Который, впрочем, признается в кадре: «Я, так-то, мэр…», так что можно назвать амплуа Ройзмана в этом на редкость своеобразном фильме и профессиональным термином «камео».

Гоша Куценко в «Стране ОЗ» сыграл классического героя-любовника. С поправкой, и очень жирной, на особенности жанра этого фильма, который сам Куценко определяет как «романтическая комедия». В преддверии премьеры фильма, который обещает наделать шума не меньше, чем сам Новый год, исполнитель одной из главных ролей взялся ответить на любимый вопрос советских кинокритиков: «О чем этот фильм?».

ИЛЛЮСТРАТИВНОЕ КИНО ПРОТИВ «ПРАВДЫ ЖИЗНИ»

- Для какого зрителя этот фильм, как вы считаете?

- Это фильм для народа. Это фильм не для спецпотока молодежи, которая выросла на американском кино – эта аудитория, я думаю, разделится… Но и среди них есть люди реальные, которые видят жизнь, которой мы живем, откликнутся, чувство правды должно сработать.

Есть кино иллюстративное, иллюзорное, иллюзионное - я в нем тоже снимался и знаю, что это. И есть кино, имеющее больше отношения к жизненным реалиям, и в таком кино я тоже работал. И это кино из этого мира. И если бы какой-то федеральный канал взялся бы показать этот фильм вместо, допустим, передачи Андрея Малахова, я думаю, рейтинги у этого фильма были бы больше, чем у этой передачи. Это кино для людей, которые живут в этой стране.

- А как бы вы титровали это фильм? К какому жанру отнесли бы его?

- Безусловно, для меня это комедия! Хотите, назовите черной комедией, трагикомедией… Английско-уральский юмор, вот как можно назвать!

Это фильм про тонкую женскую душу девушки, которая живет своей жизнью. Очень непростой, она живет, неся в себе такое хрупкое созидание. Несмотря на то, что она грубовата и ее окружают ледяные горы в буквальном и переносном смысле, она ищет свою любовь. Она чутка, она нежна и песня, которую мой персонаж приносит ей в самом конце - «Светлый дым»…

Я писал ее для своего фильма, «Светлый дым». Я сидел в гримерке и в айфоне писал текст - музыку мы уже сочинили. Вася (режиссер Василий Сигарев – прим. ред.) заходит и говорит: «Я думал, ты сценарий читаешь, роль учишь, а ты смски пишешь!». Я объяснил, что пишу текст песни, начал читать ему. Он задумался. И я предложил наложить на жесткое изображение фильма, на эту «сермягу» - такую нежную музыку. Потому что эта музыка – это то, что звучит в ее душе, на самом деле.

Он услышал, мы попробовали, и получился такой странный эффект. Потом я дописал какие-то строчки именно уже под картину: «Ты ничего про жизнь не знала, но, наконец-то повезло/Как только дымкой стала – узнала всех, познала все».

Этот путь, эти все приключения, через которые она прошла, они открыли ей глаза на эту жизнь. Наверное, так они у нас всю жизнь и открываются.

- А ваш герой для нее, получается, как принц?

- Нет, не думаю. Вы думаете, я знаю, кто мой герой? Нет, это не тот способ существования. В нем загадка. Иногда встретишь человека и не поймешь – кто он? Бывает же наоборот: человек или «корочку» покажет, или удостоверение, или еще на нем что-то висит. А на этом человеке ничего не висит, есть только куртка «Сочи-2014»… Россиянин, он россиянин!

Мне нравилась такая тайна в нем, мне нравилось, что такой романтический узелок между ними завязался, без единственного слова о любви, без единого хода. Он встретил ее, пригласил ее к себе домой. Он реально пригласил ее помыться, ему стало ее жалко. Она отказывается, он снова зовет, теперь уже покурить на балконе.

И вдруг он решил заговорить с ней о любви: «что ты такая дура, что тебе надо в жизни?». Он начал говорить с ней по душам и тут она получила пулю в голову! Мне кажется, в жизни так все и бывает. И вы говорите, что это кино не похоже на жизнь? Это и есть наша жизнь!

СТЕРИЛИЗАЦИЯ ИСКУССТВА И УВЕЛИЧИТЕЛЬНОЕ СТЕКЛО ЖИЗНИ

Есть кино, которое несет в себе другую задачу. Есть кино-иллюзия, как «Агент 007» - иллюзия! А это кино – правда жизни. В нем мы попали под запрет мата. Я считаю, что это ошибка, которая будет исправлена временем. Это приняли люди, которые, что называется, «чиновники». Творчество, искусство, это не та вещь, которая подходит под какой-то пункт в ЖКХ. Творчество нельзя подчинить, человек не может нервничать ровно настолько, насколько надо.

Притом, кино – это же контролируемая территория, это кинозал. Вот идет фильм, повесьте объявление, не пускайте сюда детей! Это же легко сделать. Вы же пускали, почему-то, детей на «Самый лучший фильм» - а там была пошлость. А здесь пошлости то нет. Есть нецензурные выражения. Повесьте объявление и все! Кинотеатр – контейнер: одни люди вышли, зашли другие.

Лучше бы ужасы убрали, я за это. А вдруг от страха умрет кто-то в зале. Давайте по-честному тогда все делать. А то, что делают чиновники – это тупая стерилизация! К тому же, необдуманная, эмоциональная. Я считаю, что это недоразумение.

- Вы бы показали это кино своим детям?

- По достижению возраста определенного паспортного – конечно, почему бы и нет? Кино – такая вещь, вы поймите… Мама моя мне говорила: «Сынок, на сцене и в кино делай все, что хочешь, главное в жизни этого не делай».

Поэтому сцена – это увеличительное стекло жизни. Артисты делают разные вещи, а зрителю выбирать – хочет он так жить или нет.

Мир разный и заслуга этого кино в том, что оно находится на пересечении всего. Это нейтральная территория, оно честное. Посмотри, выскажи свое мнение, но я уверяю – если ты начнешь смотреть, ты вряд ли встанешь и уйдешь. Потому что оно честное. Да, ты можешь посмотреть и сказать: «нет, это неправильно» и высказаться по этому поводу. Но это гораздо лучше, чем когда ты смотришь кино, и тебя душит неправда.

- Когда вам режиссер предложил эту роль, вы сразу согласились?

- Сразу. Мой агент, которая со мной уже много лет, сказала, что прочла. «Это прикольно, но ты не будешь играть в таком кино, ты в таком уже отыграл». Она имела в виду «Мама не горюй!»

- А это фильмы одного порядка?

-Я думаю, что да, это моя «Мама не горюй-2». Кстати, первая версия «Мама не горюй» была матерной. Я вам скажу, что я ничего смешнее в жизни не читал! Она есть в интернете. И когда герои говорили матом, в этом была такая сила! Костя Мурзенко смог найти поэтику в этой нецензурщине, он за счет тектоники речи того времени создал такую блатную элегантность.

И у Васи тоже здесь есть поэтика - абсолютная такая, аккуратная. Она заключена больше в героине: она же не ругается ни разу, наоборот, бережет культуру! Она жертва обстоятельств, причем Яна (Троянова – прим.) исполнила эту роль блестяще.

Для меня такая роль определяется тем, что человек ничего не играет, он правильно существует. Правильное существование – это правильный мыслительный процесс, это самое главное, что есть в роли. Это кино - не кривляние… У него интуиция на уровне животного, у Сигарева.

ДАР ЧЕСТНОСТИ И «ТЕМНОЕ» КИНО

- Для вас было важно, что именно Сигарев снимал?

- Ну, конечно!

- Вы можете вспомнить весь съемочный процесс и описать его тремя словами?

- Можно и одним словом описать, но оно матерное. Здорово это было! А так, если расшифровать, это было холодно, потому что на улице мы снимали. Это было очень прикольно, потому что мы все время что-то придумывали, а Вася нас тормозил. Мы придумывали, и это было ноу хау, и я чувствовал себя соавтором. Там текст был его, и я не придумывал никаких текстов, потому что текст был идеально выверен.

Можно было, конечно, попробовать говорить с уральским акцентом. Но все бы увидели, что это Гоша Куценко, говорящий по-уральски, все бы поняли, что я имитирую. Мне нужно было минимально играть что-либо, существовать в таком киношном формате и играть процесс. Играть ситуацию: порой таинственную, порой непонятную.

Что в душе у этого человека? Что вообще может быть в душе у человека, который один на Новый год гуляет с собакой? Да этим все сказано!

-Если вы чувствовали себя соавтором, значит, готовы этот фильм защищать?

- А его не надо защищать. Зачем?

- Нападать будут.

- Так Слава Богу! Как можно защищать правду? Вот для меня это правда. Я знаю, что защищать нужно слабых, а эта картина не слабая – она сильнее всех, кто на нее бросается, уверяю вас! Она спокойная, уверенная, как Яна Троянова. Этой картине могут прострелить голову – она полежит в больнице и рана эта заживет. Эту картину могут сбросить с третьего этажа – она зацепится на втором и выживет.

Защищать нужно слабеньких. У меня всегда так бывало: я снимусь в какой-то картине, смотрю – слабая. Я ищу в ней хорошее. Здесь – крутое, сильное, хорошее кино.

- То есть, вам не кажется, что кино это злое?

- Нет, вы что! Для меня это комедия. И позиционировать нужно как романтическую комедию, где слово «романтическая» подчеркивает слово «комедия». Одна сцена, в которой бард соблазняет главную героиню. Вы хотите сказать, что она не честна и не правдива? Да вы что! Я хочу сказать, что это самая правдивая сцена года!

Я бы для кинокритиков сделал бы рубрику «честное кино». И потом попробовал бы разделить картины, которые у нас выходят, на «честные» и «нечестные». Что стояло у истоков идеи автора: честность или желание чего-то другого? Или просто желание? Ведь честность – это отсутствие желания.

Если я что-то делаю, потому что мне хочется, самое примитивное, славы, денег, доказать, убедить, повествовать… А здесь оно честное. У Васи есть такой дар, которого нет у многих других. Есть деньги, идеи, сценарии - нет дара честности. И человек не может понять, правда, или нет.

А романтическая комедия, потому что любая женщина (тем более, такая милая) в кадре, она ищет романтического приключения. И она ищет ответ на вопрос, почему она одинока. Мой герой и спрашивает ее: «Почему ты одна до сих пор в этой жизни?» Она отвечает: «Я не умею жить в такой жизни». Потому что только захочешь жить – сразу тебе накладывают гипс на ж***пу! Вот сестра ее захотела жить, пошла по наитию своих физиологических потребностей, полюбила человека и получила на задницу гипс.

Здесь Вася философ, абсолютно народный, он рассказывает это народным языком.

Этот фильм нужно смотреть по-умному. Не смотреть как сериал канала НТВ – это другое зрелище. Хотя показывает тоже жесткие вещи, как и там. Но они разные – тут философия, сказка. Это новогодняя сказка, назовите это так.

- Тот же самый «Мама, не горюй!» стал культовым фильмом. У «Страны ОЗ» есть шанс стать, хотя бы, хитом?

- Через год… да какой там через год! Вот картина сейчас выйдет, пройдет три месяца, и вы увидите, как ее оценит народ, как ее оценят люди. Сейчас это маленький грибок и вы увидите, что он вырастет в тополь прекрасный. Думаю, что люди полюбят эту картину на уровне фольклора.

Это кино, возможно, не для 18-летних. Но люди, у которых есть чувство юмора – это их картина. Люди, знающие, что такое нищета и алкоголизм – это их картина. А в нашей стране есть еще кто-то, кто-то третий? Это народное российское кино.

- Почему же вы так Россию не любите?

- Почему не люблю? Это же не «Левиафан». Человек пришел в конце, песню ей написал, о любви. Пришел, пел, с двумя телефонами о любви. И они ржут. Мы понимаем, что они случайно познакомились и они теперь вместе. И это и есть лучик в конце, светлейший. И для меня это светлейшее кино! Реально, светлое кино.

А темное, самое темное кино это то, которое учит, как должно быть, но такого никогда не будет. Неправдивое кино. А это кино о том, что и из сложных ситуаций есть выходы.

На самом деле, кино говорит о том, что любовь есть. Не «любовь спасет мир» - мир уже спасен тем, что любовь есть. Потому что, если была бы только любовь, был бы рай. Поэтому, любви только половинка.

Беседовали Степан Черепенников и Татьяна Поддубская