“Детская” тема в романе Достоевского «Братья Карамазовы»

Г орячая любовь к детям — важнейшая черта духовного облика Достоевского. Писатель умел тонко вникать в душевную жизнь детей, раскрывать всю глубину, разнообразие и оригинальность их характеров. Долгие годы мечтал он написать роман о детях. В «Дневнике писателя» Достоевский замечает: “Я и прежде смотрел на детей, но теперь присматриваюсь особенно. Я давно уже поставил себе идеалом написать роман о теперешних русских детях”. Этому замыслу не суждено было сбыться, но образы детей поразительной художественной правдивости и силы встречаются почти в каждом произведении писателя.

Известны слова Достоевского: “Человек — есть тайна”. И эту тайну ему помогает раскрывать ребёнок. Необычность обращения к этой теме у Достоевского в том, что она сопряжена с глобальными, “вечными” вопросами нравственного и философского уровня. Нет у писателя сколько-нибудь важной мысли, которая не соприкасалась бы так или иначе с темой детства. Нет в его творчестве ни единого образа ребёнка, который не прояснил бы нечто существенное.

Каждый роман Достоевского — произведение педагогическое. Многие исследователи полагают, что у писателя была своя “концепция детства”. Ребёнок для Достоевского — это воплощение лучших душевных качеств человека, “ангельской” чистоты, невинности, доброты, открытости, так отделяющих его от взрослого человека: “Дети, пока дети, страшно отстоят от людей. Совсем будто другое существо, другое природой” (2; 112).

Если говорить о взглядах Достоевского на воспитание и воспитателей, то одним из важнейших моментов в становлении личности является, по мысли писателя, “впечатление прекрасного”, которое остаётся на всю жизнь. “Без святого и драгоценного, унесённого в жизнь впечатления не может жить человек <….> Именно оно создаёт капитал для дальнейшей жизни” (3; 92). “Прекрасное, святое воспоминание, сохранившееся с детства, — может быть, лучшее воспитание и есть, если много таких воспоминаний набрать с собою в жизнь, то и спасён человек”, — утверждает Алёша Карамазов.

“Концепция детства” представлена во многих произведениях Достоевского: «Слабое сердце», «Мальчик у Христа на ёлке», «Ёлка и свадьба», «Подросток». Но с наибольшей полнотой она раскрыта в романе «Братья Карамазовы».

Ребёнок в творчестве Достоевского символизирует, по его словам, “капитальнейшие идеи: нравственное совершенство, высший суд, движение к гармонии, чистоту душевную” (2; 87). К тому же “детки — ведь это будущее, а любишь ведь только будущее, а об настоящем-то кто ж будет беспокоиться?” (3; 114).

Многие положения “концепции” детства отражены в словах старца Зосимы. Он говорит о детях так: “Деток любите особенно, ибо они безгрешны, яко Ангелы, и живут для умиления нашего, для очищения сердец наших. Младенцы пред Престолом Божьим дерзновенны. Даже и нет никого дерзновеннее в Царствии Небесном”.

Есть в мире Достоевского и такое понятие как “детскость”, обозначающее особое состояние души взрослого человека, не растерявшего в жизни свою душевную чистоту, целомудрие, доброту, открытость. Именно наличием “детских” свойств определяется “положительно прекрасное” в героях Достоевского. Детскость для него — мерило нравственного совершенства, оружие против фальши. Вопрос об идеальном человеке для Достоевского неразрывно связан с этим понятием: “Лучшие люди познаются не умом и образованностью, а наличием духовного света в душе, благоустроенностью сердца” (2; 91). Писатель искал таких людей и в жизни, и в творчестве и, быть может, нашёл в образе Алёши Карамазова.

В контексте всего творчества Достоевского Алёше отведена важнейшая роль именно потому, что он единственный его герой, которому позволено обрести состояние внутренней гармонии осознанно, в расцвете жизненных сил. Значение этого образа подчёркнуто отведённым ему местом в романе. Именем Алёши роман начинается, этим же именем завершается. Более того, роман «Братья Карамазовы», как сообщает повествователь, “есть почти даже и не роман, а лишь один момент из первой юности моего героя” (1; 14).

В предисловии «От автора» Достоевский обращает внимание читателя на то, что Алёша является главным героем, а сам роман — его “жизнеописанием”. При этом мы знаем, что Алёша в самой интриге романа, в событиях принимает скромное участие. Тогда в чём смысл такого обособления героя?

Очевидно, в особой значимости образа Алёши, в той интенсивности переживаний, которая выпадает на душу юноши. События, происходящие в его душе, активны и значительны. Присутствие Алёши одних поднимает из смуты обыденности, других — облагораживает, очищает. Он незримо входит в жизнь каждого из неустроенных героев романа: помогает возродиться Грушеньке, жалея её; поддерживает Дмитрия; насаждает семена добра и любви в сердцах мальчиков. Даже на своего отца, духовно гибнущего человека, сумел повлиять Алёша: “Приезд Алёши как бы подействовал на него с нравственной стороны. Как бы что-то проснулось в этом безвременном старике из того, что давно заглохло в душе его” (1; 16). Сердечный труд Алёши является “духовным фондом” всего романа.

Алёша многим кажется ребёнком, чудаком, и “каждый, чуть узнавший его, уверен, что Алёша непременно из таких юношей, вроде как бы юродивых”. Для писателя это представляет форму выражения “главного ума”. “Ибо бывает так, что он-то и носит в себе иной раз сердцевину целого, а остальные люди его эпохи — все каким-либо наплывным ветром оторвались от него” (2; 74).

Алёше присуща целостность характера. Показательна в этом смысле аналитическая характеристика героя: “Алёше казалось даже странным и невозможным жить по-прежнему”. Сказано: “Раздай всё и иди за Мной, если хочешь быть совершен”. Алёша и сказал себе: “Не могу я отдать вместо «всего» два рубля, а вместо «иди за Мной» ходить лишь к обедне” (1; 17). Отсутствие в его чистом сердце меркантильных установок позволяет ему полнее понимать и сердечнее любить людей.

Детскости присуща открытость и искренность. Алёша в полной мере имеет эти качества. Он, как и чистый сердцем ребёнок, не лжёт, исполняя завет своего старца: “Главное — избегайте лжи, лжи в себе самом особенно”, “всяк возле сердца своего ходи, всяк себе исповедуйся неустанно” (1; 53). Алёша абсолютно искренен в своих чувствах и мыслях, именно это притягивает к нему окружающих.

Он является воплощённым примером воздействия детских впечатлений на жизнь человека. В памяти Алёши навсегда запечатлелся образ матери, плачущей и молящейся о нём, прижимающей его к своей груди и подносящей к иконе Божией Матери. Может быть, это воспоминание во многом повлияло на выбор Алёшей своего пути. И даже сам этот выбор — монашество — говорит о цельности и чистоте героя.

По словам Святых Отцов Церкви, задача и цель жизни монаха, инока — приобрести ангельскую чистоту на земле, отсекая свои страсти, работая над своей душой. Ребёнок уже имеет этот “духовный статус”, он ангелоподобен от рождения. “Дети безгрешны, яко Ангелы, и живут для очищения сердец наших”, — говорит старец Зосима. Алёша с чистой детской душой выбирает путь ещё большего совершенства — монашество. По словам Феофана Затворника, русского святого, замечательного мыслителя, “иноки — это жертва Богу от мира, который, предавая их Богу, из них составляет себе ограду” (4; 32).

Именно как к духовному “защитнику” обращаются к нему все уставшие от суеты герои. Неспроста и таким именем наделил его автор: Алексей — “защитник людей” (греч. ). С ним рядом тепло и светло всем, потому что его детское чистое сердце умеет сострадать людям, жалеть их, “ходить за ними, как за малыми детьми”. Возникает и перекличка с именем одного из любимых русских святых — Алексия, человека Божия.

Качества, которыми Достоевский наделяет своего героя, такие как душевная чистота, целомудрие, чистое сердце, незлобие, ведут человека к святости, к особому состоянию духа, достичь которого можно, сохранив в себе детское сердце. Эта мысль писателя восходит к Евангелию: “Истинно, истинно говорю вам, если не будете как дети, не войдёте в Царствие Небесное”.

Видят и чувствуют этот свет и все персонажи романа, называя Алёшу “ангелом земным”, “херувимом”. “Ты — Ангел на земле, ты выслушаешь, рассудишь, простишь. А мне того и надо, чтобы меня кто-то Высший простил”, — говорит Дмитрий Карамазов. Исцеляющую силу в брате прозревает и Иван Карамазов. Над всем и всеми зло иронизирующий, при встрече с Алёшей он раскрывается с “радостной”, “детской стороны”: «Братишка ты мой, не тебя я хочу развратить, я, может быть, себя хотел бы исцелить тобой», — улыбнулся вдруг Иван, как маленький, кроткий мальчик”.

Такие свойства души, как свобода от корыстных житейских нужд, искренняя весёлость, простодушие, находят своё отражение в отношении Алёши с детьми (гл. «Мальчики»). Дружба с детьми преображает и облик, и поведение Алёши; он сам, общаясь с детьми, становится ближе душой к их состоянию. “Через детей душа лечится”, — говорит старец Зосима. И сам Алёша влияет на душу ребят. Уважая их, разговаривая с ними на равных, любя их, он располагает детей к себе, помогая избавиться от зла их душам. В последней книге романа Алёша выступает в новой для себя роли — роли воспитателя.

Достоевский считал, что эта роль очень важна. “Ты же для будущего работаешь, для грядущего делаешь”, — говорит старец Зосима. “Берущий на себя такую роль, с первого прикосновения к ребёнку должен учитывать его чуткое сердце. И если человек не желает вырастить зло в маленьком существе, должен уничтожить зло в себе” (2; 86).

“Дети делают нас лучше одним только соприкосновением с нами, они очеловечивают нашу душу своим присутствием” — эта педагогическая мысль Достоевского художественно убедительно доказана в его произведениях.

Литература

  1. Достоевский Ф.М. Братья Карамазовы. М. 2003.
  2. Достоевский Ф.М. Дневник писателя (1878—1879). М. 1989.
  3. Достоевский Ф.М. Полн. собр. соч. В 30 т. Т. 22 (письма).
  4. Феофан Затворник. О монашестве. М. Православное слово, 1992.