Родом из Полтавы

Я родом из Полтавы и актрисой мечтала стать с самого раннего детства. Родители были категорически против такой профессии, они-то видели во мне врача или юриста, но никак не актрису. Хотя моя мама играла в передвижном украинском театре, у нее был так называемый серебряный голос, она пела с Козловским в церкви. Мама хотела, чтобы я осталась в Полтаве, ведь я была единственной дочкой. Хоть я и была всегда тихим ребенком, вдруг с твердостью заявила, что уезжаю в Москву, чтобы стать актрисой. Поступила во ВГИК, жила в общежитии, в ужасных условиях. Потом нашлась какая-то знакомая родителей из Полтавы, которая жила в Москве, ей написали про меня, и она разрешила мне жить у нее в Сокольниках. У меня там был свой диван! Но ехать из ВГИКа в Сокольники в десять вечера было очень страшно и долго — трамвай, метро, затем снова трамвай, и через два часа я добиралась до дома, а утром снова два часа до ВГИКа. Помню, еду зимой в трамвае из ВГИКа, вижу, сидит мужик и пристально за мной наблюдает, уже все вышли из трамвая, и мы остались одни, меня обуял жуткий страх — зима, темно и пустынно, и этот жуткий тип. Я на ходу выскочила из трамвая, когда уже закрывались двери, а мужик не успел за мной. Хорошо, что угодила в сугроб снега и не повредила себе ничего, бежала до самого дома с неимоверной скоростью. Жить было очень сложно, но так интересно! Я была такая счастливая, что живу в Москве, что учусь у самого Герасимова, что буду актрисой. На протяжении всей моей жизни случалось много и плохого, и хорошего, но у меня выработалось одно правило, которое я неукоснительно выполняю: никогда не показывать, что тебе плохо. Чтобы никто не смог подойти и, «сочувственно» заглядывая в глаза, сказать: «Ну как, Клара, тяжело тебе?»

Если ко мне подходят с такими вопросами, то я всегда отвечаю: «У меня все очень хорошо!» Если на душе гадко и я чувствую, что не смогу на людях сказать «у меня все хорошо», то просто не выхожу из дома. Со всеми своими неприятностями стараюсь справляться сама. Именно по этой причине все говорят, что у меня все очень благополучно в жизни, ведь я никому не плачусь в жилетку, и никто не может сказать, что видел меня с несчастным лицом.

Его внук — мой «сын»

ВПЕРВЫЕ я испытала чувство к мальчику в школьном возрасте. Я была зажатой и инфантильной девочкой. Училась в украинской школе, а вечером в этом же здании работала русская школа. Однажды я забыла учебник в парте и вернулась, чтобы забрать его. Захожу в класс, а на моем месте сидит высокий блондин с синими глазами, на пару лет старше меня. Я остолбенела, смотрю на него и молчу. Он мне и говорит: «Ну, чего тебе?» Я говорю: «Да вот, учебник забыла». А он протягивает мне его и говорит: «На, забирай. Что же ты такая раззява?!» Я схватила учебник, попятилась от него, а потом и вовсе побежала со всех ног. В коридоре увидела подружку, говорю: «Ой, Женя! Какого я сейчас парня видела замечательного! Пойди, посмотри». Потом я за ним наблюдала и часто видела рядом с ним девочку старше себя, уже такую оформившуюся. Я уже не знала, как обратить его внимание на себя. Однажды увидела его с ребятами, они стояли и весело о чем-то разговаривали, а рядом находилась парашютная вышка. Решение созрело быстро: не испытывая никакого страха и до конца понимая, на что решилась, я полезла на эту вышку. Думаю, вот сейчас прыгну с вышки, и он поймет, какая я храбрая. И я прыгнула, конечно, с парашютом, с этой вышки. Главной целью такого поступка было огромное желание обратить на себя внимание этого парня. Он обратил, но не так, как мне хотелось! Слава, так звали его, взглянул на меня и продолжил разговор со своими товарищами. И все! Зато я благодаря такому поступку испытала огромное наслаждение от полета. Правда, увидев меня на следующий день в школе, Слава нарисовал рисунок — жираф с парашютом — и подписал: «Вышка прыгает с вышки». Вот такое своеобразное внимание оказал мне этот парень. Жирафой меня дразнили в школе, потому что я была выше всех в классе, у меня была такая длинная шея, все девчонки были мне по грудь. Я сутулилась, лишь бы быть хоть немного поменьше ростом. Тогда у нас так ничего и не вышло со Славой. Уже когда я училась в Москве, однажды совершенно случайно встретила его. Иду по улице, а он мне навстречу в военной форме, он, оказывается тоже учился в Москве, в военном училище. Он меня узнал и так пренебрежительно спросил: «Чего ты здесь делаешь?» Я растерянно ответила: «Учусь». Слава так же, без особого интереса, сказал: «Ну учись». И прошел мимо! Но это не стало нашим последним столкновением. Уже прошло много лет, я снималась в фильме «Карнавал» и мне подбирали ребенка на роль моего сына. Помню, прихожу в комнату, где сидят мамы-бабушки со своими чадами. Среди этих мам была одна женщина, которая показалась мне смутно знакомой, а она пристально так на меня смотрит. Пока я вспоминала, кто бы это мог быть, она подошла ко мне сама: «Вы меня не помните? Я Славина невеста, вот внука нашего на просмотр привела». И тут я вспомнила — это была та самая оформившаяся девушка, с которой встречался Слава, когда я прыгала для него с вышки. Я спросила у нее про Славу. Оказывается, они поженились, затем развелись, у них уже взрослые дети и даже внук, который волею судьбы все-таки получил роль в фильме «Карнавал» и сыграл моего сына. Так внук моей первой влюбленности стал мне сыном, правда, по фильму. А еще через несколько лет я повстречала самого Славу, о чем очень пожалела. Ехала я поездом в Киев, смотрю, сидит какой-то полный дядька и разговаривает с кем-то. Я проходила мимо, как вдруг этот толстый дядька мне говорит: «Здравствуйте, Клара Степановна». Я смотрю на него и не понимаю, кто бы это мог быть. А он тем временем объясняет своему другу: «Клара Степановна — моя землячка. Мой внук сыграл ее сына в фильме «Карнавал». И тут до меня дошло, что этот старый, обрюзгший мужчина и есть тот самый голубоглазый блондин Слава. Для меня это открытие было как холодный душ, мне стало так плохо. Помню, я тогда подумала: «Господи, лучше бы я этого не видела! Это же кошмар какой-то».

Проснуться знаменитой

С «КУБАНСКИХ казаков» началась моя большая жизнь в кино. Мне повезло, что Иван Александрович Пырьев пригласил на роль молодой героини. Когда картина вышла на экраны, я даже не предполагала, что произойдет со мной. По радио ежедневно передавали песни «Ой, цветет калина…» и «Каким ты был, таким остался…». А потом пошли письма. Мне писали тысячи зрителей, они смотрели фильм много раз и все песни знали наизусть. На меня обрушился шквал писем от женихов. Писали со всей страны, предлагали руку и сердце. В фильме «Кубанские казаки» я играла роль Даши Шелест, а Сергей Владимирович Лукьянов — главную роль Гордея Ворона. После выхода картины на экран мы поженились. Вскоре у нас родилась дочь Оксана. К сожалению, в самом расцвете таланта Сергей ушел из жизни. Это был великий русский актер, его хоронила вся Москва.

Мой внук — мой товарищ!

У МЕНЯ очень теплые, товарищеские отношения с моим внуком Сашей. Он меня называет исключительно по имени — Клара. Ему было два года, когда пришел кто-то в гости и сказал, указывая на меня: «А вот твоя бабушка…» Но внук не дал договорить, твердо заявив: «Это не бабушка, это Клара». Все удивились, а он показал на мою маму и сказал: «Вот бабушка, а Клара, она красивая». Когда он пошел в школу, мы, делая с ним уроки, так спорили, что дело доходило до драк! Я ему: «Надо сделать так». А Саша мне: «Клара, ты не права! Это делается вот так». У нас никогда не было отношений внук — бабушка, мы всегда на равных. У нас нет тайн, мы можем обсудить с ним любую тему.

МЫ С МУЖЕМ — Дмитрием Федоровичем — решаем все проблемы совместно. Я считаю, что к жизни надо относиться проще. Никаких звездных болезней у меня нет. Конечно, приятно, когда люди на улице говорят мне теплые слова, но это не повод задирать нос. Надо понимать, что все знаки внимания — это сопутствующий элемент нашей профессии. Люди склонны придавать излишнее значение славе и деньгам. Все это лишь отягощает жизнь. К примеру, когда в нашей стране случился дефолт, я на себе этого никак не ощутила, даже не поняла сначала, что все это означает и почему это такая трагедия. У меня нет сбережений, при этом я не могу назвать нас с мужем ни бедными, ни богатыми людьми. Мы живем нормально. Вроде на все хватает, а островов нам не надо. Деньги — это не главный для нас вопрос. На протяжении всей жизни мне присуждали огромное количество титулов и регалий. И «женщина тысячелетия», и «женщина Америки», «женщина Индии», но я всегда смеюсь, получая эти награды. Это же нельзя воспринимать всерьез. Если я стала женщиной тысячелетия, то что же, во всем тысячелетии больше нет достойных женщин? Конечно, это просто условности, и относиться к ним надо соответствующе. Помню, был какой-то праздник, и один артист с серьезным видом заявил: «Но я же человек столетия!» На что я ему заявила: «Отодвинься от меня, ты не достоин быть рядом, потому что я женщина тысячелетия». Все расхохотались, а мужчина немного расстроился, но больше не петушился. Надо быть совсем несостоятельным, чтобы воспринимать все это серьезно. И потом, в нашей стране нет звезд среди артистов. Разве у нас есть миллионы долларов, замки, слуги? У нас ничего этого нет. Вот российский шоу-бизнес, там да, они ближе к так называемой звездности. У них есть деньги, имущество, они бесплатно даже чихнуть откажутся. Помню, меня пригласили во Кремлевский дворец на выступление. Но я не могу спросить: «А сколько вы мне заплатите?» Приехала я туда, выступила, и мне ничего так и не заплатили, видимо, решив, что раз я не прошу, то и не надо.

Ленивая гимнастика

ЧАСТО слышу, что хорошо выгляжу. Может, это и так, но никаких подтяжек лица и прочих операций я никогда не делала. Я очень ленивый человек, еще в детстве все уроки учила в кровати. Вот и зарядку тоже делаю в кровати. Я сама придумала эту гимнастику на растяжение всех мышц, делаю ее каждое утро, как только просыпаюсь. Фактически — это просто потягивания рук, ног, шеи и других частей тела в разные стороны, вот и все. У меня до сих пор стройные ноги, хорошая осанка, и сама я не расползлась в разные стороны.