Больше десяти лет назад Влад Сташевский исчез с экранов телевизоров. Разочаровавшись в правилах шоу-бизнеса, он больше не ищет способов напомнить о себе. И даже жениться на любимой девушке предпочел не в России, а в Америке. О том, как и чем они живут сегодня, Влад и его супруга Ирина рассказали Алле ЗАНИМОНЕЦ.

Влад Сташевский

Когда и где родился: 19 января 1974 года в Тирасполе

Знак зодиака: Козерог

Семья: жена — Ирина, психолог; сыновья — Даниил (12 лет), Тимофей (2 года)

Образование: окончил Московский торгово-экономический техникум и Московский государственный университет коммерции (ныне — Российский государственный торгово-экономический университет)

Карьера: петь на сцене начал в 1993 году. Выпустил сольные альбомы: «Любовь здесь больше не живет» (1994), «Не верь мне, милая» (1995), «Влад 21» (1996), «Вечерочки-вечерки» (1998), «Лабиринты» (2000). Лауреат музыкальных премий «Овация», «Золотой граммофон» и «100-пудовый хит»

Вкусы: еда — окрошка; напиток — хороший чай; хобби — конный спорт

Любовь с первого взгляда

Влад: Весна 2002 года… В тот вечер от нечего делать я составил компанию дяде, маминому брату, который собрался в гости к старым друзьям. И вот мы с ним заходим в комнату, а за столом сидит девушка. Такая, что меня будто громом поразило, даже челюсть отвисла. Стою, смотрю на нее — и глаз не могу оторвать. После неловкой паузы решил представиться: «Владислав». — «А я Ирина», — отвечает она. Потом оказалось: ей понравилось, что я назвал свое имя, хотя она его, конечно, знала.

Ирина: Конечно, я была наслышана о певце Владе Сташевском. Я ведь не в тундре живу… Тем более что мои родители и родная тетя еще с юности хорошо знакомы с дядей Влада. Отечественным поп-исполнителям я все-таки предпочитала западную музыку и фанаткой Влада точно не была. Но я его почему-то сразу безумно застеснялась. Смешно получилось: сидим, разговариваем, не помню, правда, о чем, а когда неожиданно остались наедине, я встала и сбежала за другими в соседнюю комнату.

Влад: У нас с Ириной была любовь с первого взгляда. А кстати, разве есть другая? Через несколько дней я понял, что ужасно хочу ее видеть. Позвонил раз, другой, третий… и мы начали встречаться, ходили по кафе да кино. Когда мужчина настроен серьезно, он не торопит события… Ира нравилась мне все больше — характером, добротой, душевностью, образованностью и, конечно же, красотой. В любви мы признались друг другу месяца через два. Мне тогда было 29 лет, а ей только исполнялось 19. По знаку зодиака Ира — Овен. Когда узнал об этом, подумал: «Овен. Видимо, девочка страшно упряма!» Но было поздно: я уже влюбился.

Ирина: Информация о том, что у Сташевского появилась новая лю­бовь, просочилась в газеты. Кто-то из журналистов нафантазировал, что он одновременно живет и с официальной женой. Но это неправда! В то время Влад с бывшей супругой уже два года как разошелся и все бумаги на развод были готовы. Я бы никогда не стала встречаться с мужчиной, у которого есть семья. Мои моральные принципы этого не позволяют.

Влад: С появлением Ирины у меня началась другая жизнь, словно я открыл для себя страницу новой книги — и вся она о любви. Вообще-то по складу своему я романтик и всегда ждал идеальной любви. Ею и стала Ирина. Я тогда совсем потерял голову, просто как мальчишка. Будто крылья выросли. В считаные дни завершил работу над диском «The Best. С вами рядом…», с которым до этого долго во­зился.

Айзеншпис не торопился меня показывать

Влад: Мне никогда не забыть лето 1993-го. Успешно сдан последний экзамен в институте коммерции, в зачетке гордо красуется фраза: «Переведен на второй курс». На радостях идем с однокурсниками в популярный в то время ночной клуб «Мастер». Сидим за столиками, выпиваем, веселимся. На сцене растянут баннер «Продюсерский центр Юрия Айзеншписа» представляет группу «Янг Ганз». Начинается концерт, публика затихает. Я во все глаза смотрю на музыкантов, отбиваю ногой такт, мне нравится то, что они делают. Мелькает мысль: «Айзеншпис умеет находить таланты. Ведь и моего любимого Цоя страна узнала благодаря ему». Концерт закончился, публика вновь зашумела. Направляюсь к старенькому пианино, спрятанному в кулисе, наигрываю что-то из Вилли Токарева, Михаила Шуфутинского, Владимира Высоцкого. Однокурсники сгрудились вокруг, слушают. И вдруг расступаются, смотрят мне за спину. Эффектно провожу по клавишам ладонью и оборачиваюсь. Ничего себе! Айзеншпис собственной персоной стоит в полуметре от меня. Спрашивает: «Музыкант?» — «Ну да». — А что и где заканчивал, где играешь?» — «Я учусь в торговом вузе. Но музыкальную школу окончил, играл в ансамбле техникума. А что?» Юрий Шмильевич просит: «А ну привстань-ка». Я поднимаюсь, нависая над ним, и от смущения улыбаюсь. Он кивает, протягивает визитку: «Позвони как-нибудь». Усмехаюсь про себя: «Как-нибудь? Зачем?!» — и вслух произношу: «Спасибо, но визитка ваша мне не нужна. Потому что «как-нибудь» может случиться через месяц или полгода. Допустим, я наберусь смелости и позвоню. Скажу: «Здравствуйте, это тот Владик, из клуба». Повиснет неловкая пауза, потому что вы и не вспомните, кто это. В общем, ерунда какая-то, не буду я вам звонить». Айзеншпис смотрит удивленно: «Ты идиот или прикидываешься? Десятки мальчиков и девочек со всей страны, которые хотят петь и быть звездами, обивают пороги моего дома. А тут я сам даю визитку, а ты не желаешь звонить?!» — «Нет». — «Ну тогда дай номер своего телефона». Тогда мобильников не было, продиктовал домашний. Он позвонил на следующее утро, в воскресенье: «Влад? Это Юрий Шмильевич. Записывай адрес и приезжай немедленно». Жил он на Новопесчаной, у «Сокола».