События

25 апрель 1883 рождение ребёнка: ♂ Семён Михайлович Будённый [Будённые ] р. 25 апрель 1883 ум. 23 октябрь 1973

Заметки

Буденный Михаил Иванович. Крестьянин. Иногородний батрак, выходец из Воронежской губернии. Жена ЕМЧЕНКО МЕЛАНЬЯ НИКИТИЧНА, крестьянка из бывших крепостных слободы Большой Орловки. Брат Григорий Иванович расстрелян в 1937. Дети: Семен 1883-1973 и Татьяна.

Родители Буденного были не казаками, а иногородними, то есть осевшими на Дону выходцами из русских и украинских губерний. Дед будущего командарма покинул свою родину, слободу Харьковскую Бирючинского уезда Воронежской губернии, вскоре после отмены крепостного права из-за того, что не мог выплачивать подати за полученную им землю. Судя по фамилии, он происходил из слободских украинцев – переселившихся еще в XVII веке в Россию выходцев из польской Украины. В поисках лучшей доли Иван Буденный вместе с женой и тремя малолетними детьми отправился в область Войска Донского. Иногородние на Дону были людьми второго сорта по сравнению с казаками, наделенными сословными привилегиями, главной из которых было право владеть благодатной донской землей. Иногородние же приобретать землю не могли, поэтому Буденным пришлось батрачить на богатых казаков. Вскоре, однако, отец будущего командарма выбился в мелкие торговцы, которых называли коробейниками.

В мае 1875 года Михаил Иванович Буденный женился на Маланье Никитичне Емченко, также происходившей из бывших крепостных и, судя по фамилии, тоже украинке. Хотя украинского языка, замечу, ни один из супругов не знал. Это и не удивительно – в ту пору в Российской империи официально не существовало не только такого языка, но и слова «Украина» – употреблялось только название «Малороссия». Молодые поселились на хуторе Козюрин неподалеку от станицы Платовской. В семье Михаила Ивановича, кроме Семена, было еще семеро детей – четверо братьев и три сестры, из которых он был вторым по старшинству. Сначала родился Григорий, потом Семен, а дальше пошли Федора, Емельян, Татьяна, Анастасия, Денис и Леонид. В дальнейшем Емельян, Денис и Леонид командовали в Конармии эскадронами. А вот с Григорием вышла незадача. Но об этом – чуть позже.

В 1890 году Буденные попробовали перебраться на Ставрополыцину, но там не задержались, а обосновались на хуторе Литвиновка в 40 километрах к западу от станицы Платовской, на берегу реки Маныч. Поднакопив немного средств торговлей, Михаил Иванович смог арендовать землю, хотя и на кабальных условиях испольщины – землевладельцу-казаку приходилось отдавать половину урожая. В 1892-м Семен начал работать мальчиком на побегушках у купца первой гильдии Яцкина, а до этого он уже помогал отцу пахать землю. У Яцкина он оставался несколько лет – привозил товары в лавку, бегал с поручениями, прибирался в купеческом доме. После Яцкина юному Буденному довелось работать помощником кузнеца. Его отец пользовался уважением среди односельчан – он был выборным старостой иногородних, заступался за них перед местным казачьим атаманом. Это, кстати сказать, доказывает, что совсем уж захудалыми бедняками Буденные не были. Скорее – из более или менее крепких середняков. Кулаки на общественные должности обычно не шли, – все их время отнимало хозяйство, – но и бесштанную голытьбу на них тоже никогда не выбирали. Раз свое хозяйство не смог поставить, где уж ему представлять общественные интересы!

"Ока Иванович привез также горькую весть о гибели моего отца Михаила Ивановича. Из рассказа Городовикова, которому это поведала моя мать Меланья Никитична, я узнал следующее.

Мои родители вместе со всеми беженцами Сальского округа под охраной 1-й Донской стрелковой дивизии ушли из Платовской на восток, к Волге. В пути отец заболел возвратным тифом. Мать привезла его тяжело больным в приволжское село Светлый Яр. Там собралось много беженцев. Они считали себя здесь в безопасности, так как фронт проходил еще далеко от Волги. Но фронт в то время был не сплошной, белоказаки часто проникали в промежутки между нашими частями, и однажды ночью они ворвались в Светлый Яр. Среди беженцев началась паника. Услышав, что среди ворвавшихся в село казаков есть его земляки из Сальского округа, отец, несмотря на то, что он был еще болен, решил уходить за Волгу. Мать не пускала, но он поднялся, надел шубу, взял палку и пошел по волжскому льду. Тяжело было идти больному, ослабевшему старику — ноги подкашивались, дрожали, но он шел: остановится, отдышится, утрет рукавом взмокший лоб — и дальше. Когда силы совсем покидали его, он садился на лед и, отдохнув, снова шагал.

Мучила жажда, но, напившись холодной воды из полыньи, он почувствовал себя еще хуже, понял, что ему не добраться до левого берега и повернул обратно к Светлому Яру.

Вскоре его догнали заволжские кулаки, ехавшие на санях навстречу к белогвардейцам. Отец не знал, что это за люди, попросил их подвезти его и рассказал, почему он хотел уйти за Волгу. Вместо помощи кулаки зверски избили его. Несколько часов он без сознания лежал у дороги через Волгу. Его волосы, пропитанные потом и кровью, примерзли ко льду. Не появись у места, где лежал отец, заволжские крестьяне-бедняки, он, больной и избитый, скончался бы на льду реки.

Его привезли к матери в Светлый Яр едва живого. От холодной воды, которой он напился из полыньи, и от того, что долго пролежал на льду, к тифу добавилось воспаление легких. Отец не выдюжил. Через десять дней — 19 января 1919 года — он скончался. Отца похоронили в селе Покровка, Капустино-Яровского района, Астраханской области."

Ближайшие предки и потомки