Школа жизни детей суровых военных лет

Тем, кто родился в конце тридцатых, начале сороковых годов прошлого века, сегодня уже за семьдесят. Это люди с душевными ранами, своими болячками, разными судьбами. Но у них было одно общее детство, детство, опалённое войной. Какое оно – сытое или голодное? С игрушками или без? Детские годы – часть их жизни – большой и трудной. Сегодня наш рассказ о Зое Петровне Перминовой, которая во время Великой Отечественной войны была обычной маленькой девочкой.

Осталось лишь 62 письма

Семья Перминовых переехала в Балезино из Глазова в 1940 году. Мама Анна Фёдоровна была неграмотной, а отец Тимофеевич – агарном, старшая дочь Нина родилась в 1937 году, Зоя – в 1939, младшая Люда – в 1942 (после того, как отец приезжал на побывку после госпиталя). Отца взяли на фронт практически сразу после начала войны в 1941-ом. Его Зоя Петровна совсем не помнит, но по рассказам мамы он был добрым, вежливым, культурным, добросовестно относился к работе. У Петра Тимофеевича была волнистая темно-каштановая шевелюра, которая его очень красила. Он погиб 16 марта 1945 года, похоронен в Восточной Пруссии. В шестидесятых годах состоялось перезахоронение в Калининград, где сейчас и покоятся его останки. Память об отце – это 62 письма с фронта, бережно хранимые Зоей Петровной.

Что такое труд с четырёх лет

Жила семья Перминовых в микрорайоне МТС (сейчас это микрорайон РОС). Разнокалиберной малышни от мала до велика набиралось там человек сорок. И все старались помогать родителям. Даже маленькая Зоя с сестрёнкой бегали мыть контору (сейчас в том месте находятся магазин и кулинария). Младшие мочили половицы, а старшие – вытирали. На пятом году познала Зоенька, что такое труд. В памяти накрепко засели запахи конского пота и навоза. Дети помогали чистить конюшню, лошадей в МТС держали для разных нужд. Да ещё хлопоты по дому – прибрать, убрать, помочь маме. Выручал в голодные годы огород, особенно любимая картошка. Копали вручную. Зое тогда казалось, что черенок лопаты уходит в небо. Настолько была велика лопата, и настолько мала копальщица. Но было понимание, что если этого не сделать, то семье грозит голод.

Лишь бы дети были сыты

Папа писал: «Обязательно садите картошку», называл фамилии знакомых, где можно взять семенной картофель. Он понимал, что главное – выдюжить, выжить. Держали двух коз, чьё молоко тоже стало большим подспорьем. И опять строчки из отцовского письма: «Держите двух козочек, если сможете. Обменяйте мой костюм или пальто на сено, на  зерно. Лишь бы дети были сыты». Пётр Тимофеевич на фронте служил сержантом и посылал денежное довольствие семье. Мама тратила деньги на еду и на одежду. Одеты девочки были хоть и бедненько, но опрятно. Весной и летом ели много травы – крапиву, пестики, пиканы, сныть. Мукой сдобряли похлёбку и опять какая-никакая сытость.

Добрый Пал Палыч

В школе №1 открылся госпиталь, и ходячие раненые приходили к тем, кто держал корову или козу и уносили немного молока и картошки. Люди делились последним, а взамен больные приносили хлеб, сахар или сахарин. Мама разбивала сахар в ладошке ножом и давала дочкам кусочки размером чуть побольше ноготочка. С этой заветной сладостью пили чай. Приходили за молоком разные раненые, но запомнился Пал Палыч. Он, видимо, долго выздоравливал. Заглядывал к Перминовым, садился около порога, брал на руки девочек. А им так не хватало отцовского внимания. Хороший был дядечка, смастерил почти из ничего скамеечку для дойки коз, полочку для  —. табуреты. Девчонки даже успели к нему привыкнуть.

Тётеньки и дяденьки из… глины

Хоть и тревожное и суровое было время, а детство брало верх. Играли, бегали, затевали разные затеи. Порой так шалили, что забывали все мамины наказы. Подвижные игры – «12 палочек», «Сыщики-разбойники»,  «Чикало-бегало». Ребятня пряталась в пещерах из паровозного шлака. Зимой там было много нищих бездомных. Порой они погибали от угарного газа, когда грелись, или обжигались. Дети были предоставлены сами себе, но ничего страшного, слава Богу, не случалось, так как старшие ребята находились рядом. Летом купались до посинения, научились плавать на наволочках. Куклы мастерили сами из тряпок, а ещё лепили игрушечных людей из глины. На берегу Чепцы этого материала для лепки – хоть отбавляй. Тётенек и дяденек, девочек и мальчиков налепят, высушат на солнышке, потом ходили с ними  «в гости», «в домики». Если разобьются – не беда, новых лепили. Сюжеты для игр придумывали на ходу. Когда с бумагой стало получше, бумажных кукол вырезали.

«Победа! Война кончилась!»

Как получила мама похоронку на отца, Зоя запомнила плохо. А известие о Победе – как наяву и сейчас. Знакомая девушка прибежала во двор и закричала: «Тётя Нюра! Тётя Маруся! Победа! Война кончилась!» Все стали плакать, особенно мама Зои, ведь отца уже тогда не было в живых. Анна Фёдоровна тяжело переживала смерть мужа. Выходила по ночам из дому, на берег Чепцы, а маленькая Зоя караулила, думала, как бы мама с собой чего не сделала.

В 1946 году Зоя пошла в школу. И после войны было тяжело и с едой, и с одеждой. Один учебник выдавали на четверых-пятерых школьников. Хоть и получали девочки пенсию за отца, но ещё долго хлебали лиха.

Пробежали годы, за плечами Зои Петровны Перминовой почти 45 лет педагогического стажа, два института, звания – «Ветеран труда» и «Почётный работник народного образования РФ». Она – человек с активной гражданской позицией, интересная собеседница и правдолюбка. Я думаю, что далеко не последнюю роль в формировании её боевого характера сыграло детство, ставшее настоящей жизненной школой.

Н.ОСТРОВСКАЯ

Фото М.Наговицына и из семейного альбома