Подготовка ребенка к устройству в замещающую семью как необходимое условие эффективного преодоления социального сиротства 140

На сегодняшний день в нашей стране накоплен значительный опыт семейного жизнеустройства детей, оставшихся без попечения родителей. Этот опыт зафиксирован на двух уровнях:

уровень теоретических исследований, на котором описаны основные закономерности развития замещающих семей различного типа, восприятие ребенком ситуации помещения в приемную семью;

уровень практики, на котором аккумулируются все наиболее значимые достижения специалистов, работающих с детьми-сиротами и замещающими семьями.

Несмотря на широкую представленность проблем сиротства и замещающей семейной заботы в психологических исследованиях, определение жизнеустройства детей долгое время рассматривалось специалистами в контексте подбора семьи, отвечающей необходимым требованиям, и подготовки членов семьи к приему ребенка. Исследователями и специалистами-практиками зачастую не учитывался тот факт, что помимо объективно представленной трудной жизненной ситуации ребенка существует и ее субъективная составляющая – внутренняя позиция детей, отражающая их отношение к этой ситуации. Важнейшим компонентом картины мира детей, оставшихся без попечения родителей, опосредующим их отношение к ситуации семейного жизнеустройства, является образ семьи. Особенности образа семьи, сложившиеся у детей, оставшихся без попечения родителей, в результате опыта ранней депривации и эмоционального неблагополучия, оказывают влияние на возможность дальнейшей адаптации в замещающей семье, а также обусловливают специфику процесса постинтернатной адаптации, включая возможность создания собственной семьи.

Этот образ семьи впоследствии как бы «встает» между ребенком и приемной семьей, осложняя процесс адаптации. Одной из отличительных характеристик образа семьи детей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, является его содержательная узость и недостаточная целостность.

Так, И.В. Дубровина и А.Г. Рузская указывают на то, что положительные эталоны семьи у детей-сирот являются расплывчатыми, не наполненными бытовыми деталями [И.В. Дубровина, А.Г. Рузская, 1990]. Г.В. Семья описала смутное представление подростков-сирот о своей будущей половой роли в семье, отсутствие знаний о различиях полов, затрудненное формирование полоролевых нормативных ориентаций [Г.В. Семья, 2004]. В исследовании Н.Б. Костенко показано, что представления делинквентных подростков о будущей семье, супружестве, родительстве являются упрощенными и огрубленными, стереотипизированными, им трудно представить обязанности, стоящие за семейными ролями [Н.Б. Костенко, 2006].

В качестве причин несформированности представлений образа семьи авторы указывают на малое количество или полное отсутствие мужского персонала в сиротских учреждениях [Г.В. Семья, 2004], неразвитость ролевой игры у детей-сирот в дошкольном возрасте, что не дает им возможности осваивать гендерные роли и соответствующие модели поведения [А.М. Прихожан, Н.Н. Толстых, 2007]. Т.И. Пухова в исследовании режиссерской игры показала несформированность семейных сюжетов в играх детей-сирот, которые содержание игр в семью сводят к организации досуга детей, подменяют функции родителей обязанностями воспитателя интернатного учреждения. Если же опыт жизни в семье у ребенка был достаточно длителен, то представления о семейных ролях и функциях оказываются существенно искаженными [Т.И. Пухова, 1999].

Другой важной характеристикой образа семьи детей, оказавшихся в трудной жизненно ситуации, является его идеализированность и нереалистичность. Авторы отмечают идеализацию в представлениях о семье и родительстве, создание ребенком фантомных, лишенных человеческих слабостей образов матери и отца, что является следствием фрустрированной потребности в родительской любви [Т.И. Пухова, 1999].

М.А. Басин выявил особенности отношения делинквентных подростков к своим родителям и показал, что в большинстве случаев отношение к матери является положительным необъективным, в то время как в четверти случаев отец характеризуется отрицательно с указанием объективных негативных форм поведения. Отношение к семье в целом почти у половины подростков определено автором как положительное необъективное [М.А. Басин, 2006]. Эти данные подтверждаются в исследованиях Р.А. Юнусовой, которая указывает положительную окрашенность и необъективность образа отца у мальчиков-сирот [Р.А. Юнусова, 2008].

Проблема идеализированного образа родителей как фактора девиантного поведения подростков, воспитывающегося вне семьи, рассмотрена Ю.Б. Евдокимовой. Автор отмечает, что такие подростки наделяют своих родителей положительными качествами – добротой, справедливостью, трудолюбием. Негативный характер такой переоценки заключается в том, что в своем поведении подростки начинают ориентироваться на ценности и нормы поведения, которые транслируют их родители, хотя для успешной адаптации во взрослой жизни им могут быть необходимы те качества, которые не присутствовали у родителей [Ю.Б. Евдокимова, 2004].

Исследования В.Н. Ослон показали, что идеализация и мифологизация отношений в кровной семье является для детей мощным механизмом защиты, продолжающим действовать и в период приема в замещающую семью. Также автор отмечает, что в зависимости от эффективности замещающей заботы представления детей об идеальной семье подвергаются существенным изменениям. Одной из важнейших задач работы специалистов на данном этапе В.Н. Ослон считает формирование совместного нового идеального образа семьи [Ослон, 2006].

Следующей характеристикой образа семьи детей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, является его негативная прогностическая направленность. В исследовании Е.Б. Агафоновой показано, что для подростков с разведенными родителями, а также потерявших отца, одним из наиболее выраженных страхов оказывается страх стать плохим родителем [Е.Б. Агафонова, 2004]. Эти подростки значимо реже представляют свою семью как счастливую, дружную, заботливую, понимающую, а также чаще подростков, воспитывающихся в семье, считают маловероятным наличие собственной семьи вообще.

С другой стороны, в значительной части исследований, напротив, отмечается компенсаторный потенциал образа семьи детей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. Выявлено, что при часто выраженном негативном отношении к кровной семье, у всех детей выражено желание иметь свою семью в будущем, что свидетельствует о важности данного смыслового компонента образа будущего [Т.И. Шульга, 2003; Г.В. Семья, 2004]. Большая часть подростков представляют семью как основную ценность в отдаленной временной перспективе, семейная жизнь в системе ценностей детей-сирот занимает второе место после здоровья [Г.В. Семья, 2004].

С.А. Терехина, исследуя образы родительской и будущей семьи у девочек с делинквентным поведением, делает вывод о том, что осознаваемое желание иметь семью и ребенка может носить у них компенсаторный характер, как возможность удовлетворить собственные неосознаваемые потребности, ребенок рассматривается как источник безусловной любви. Собственная будущая семья выступает для девочек в качестве способа решения проблем и избавляет их от ответственности за свою дальнейшую судьбу [С.А. Терехина, 2006].

Данные наших исследований позволяют сделать вывод о доминирующем месте образа семьи в картине мира детей, оставшихся без попечения родителей, его определяющей роли в содержании и структуре перспективы будущего. Семья выступает наиболее значимым образованием картины мира, связанным с возможностью реализации собственных ресурсов, собственной активности в ситуации семейного жизнеустройства при выраженной пассивной позиции по отношению к большей части других жизненных задач и перспектив. Отношение к настоящей и будущей семье идеализированно, что обусловлено действием защитных механизмов в ситуации объективного семейного неблагополучия. Обнаружена фрагментарность и ригидность образа обычной семьи и при этом большая целостность и гибкость образа идеальной семьи. Образ обычной семьи обладает большей степенью реалистичности, в его содержании преобладает социальная направленность, демонстрируемое положительное отношение к настоящей семье у детей-сирот сочетается с избеганием упоминания семейных ролей в структуре самоидентификации в настоящем. Образ идеальной семьи обладает меньшей степенью реалистичности, его содержание включает социальные и психологические характеристики, абсолютно позитивное отношение проявляется к идеальной, будущей семье и будущим супружеским и родительским ролям. Представления об обычной семье соотносятся с дифференцированными связями, признанием иерархии и макродинамики, в то время как представления об идеальной семье включают в себя симбиотические связи, отрицание иерархии и макродинамики семьи [А.С. Шубина, 2009].

Указанные выше характеристики образа семьи являются следствием социальной ситуации развития детей, оставшихся без попечения родителей, в том числе они определяются опытом жизни ребенка в интернатном учреждении. Подготовка ребенка к устройству в приемную семью стала одним из направлений деятельности Волгоградского центра психолого-медико-социального сопровождения (далее – ППМС-центр). Освоение данного направления происходило поэтапно.

На первом этапе были проанализированы результаты исследований по проблемам готовности детей, оставшихся без попечения родителей, к жизни в семье, а также существующие программы подготовки. Итогом данного этапа стало определение концепции будущей программы.

Теоретической основой программы стала модель, предложенная В.Н. Ослон, согласно которой подготовку воспитанника детского дома к жизни в семье можно представить в виде пирамиды, основанием которой является восстановление у ребенка способности к привязанности на сенсорном уровне, а вершиной – готовность к исполнению семейных ролей на уровне социальном. Структурно программа состоит из четырех блоков, последовательно отражающих уровни формирования и компенсации депривационных нарушений в развитии у детей (Й. Лангмейер, З. Матейчик): сенсорный, когнитивный, эмоциональный, социальный [В.Н. Ослон, 2006].

Подготовка ребенка к жизни в семье требует изменений на каждом из перечисленных уровней.

Сенсорный блок – связан с восстановлением глубинных, наиболее ранних нарушений в развитии ребенка, которые затрудняют его взаимодействие с окружающими и первыми проявляются в приемной семье, вызывая серьезные конфликты и отторжение. В рамках первого блока психолого-педагогическое воздействие направлено на выработку ребенком осознания собственных границ и границ другого человека, на повышение общего энергетического потенциала, вследствие чего идет повышение уровня базового доверия к себе и другим, уровня первичной мотивации деятельности, формирование более адекватных реакций на стресс и способов его преодоления.

Когнитивный блок связан с особенностями интеллектуальной обработки информации ребенком. При подготовке воспитанников детского дома к жизни в семье мишенями психолого-педагогического воздействия на когнитивном уровне становятся неверные, травмирующие развитие ребенка представления о себе. Во-первых, как о беспомощном маленьком неудачнике, инициатива которого может иметь негативный результат для всех, представления о других как о беспощадной и враждебной силе, управляющей его жизнью. Преодолевается его склонность к выстраиванию катастрофических моделей жизни, когда будущее представляется неопределенным и потому угрожающим. Мишенью, куда направляется психологическая помощь, также являются знания ребенка о семье, ее функциях, правилах, семейных ролях и т.д.

Эмоциональный блок. Воспитанник детского дома живет в своеобразном эмоциональном мире. Пережив раннее отделение от матери, ребенок испытывает трудности при вступлении с другим человеком в близкие эмоциональные отношения. В процессе подготовки к жизни в семье психолого-педагогическое воздействие на уровне данного блока должно быть направлено на формирование адекватной социальной перцепции у детей, на развитие у них эмоциональной эмпатии. Крайне важной является работа над составлением толкового словаря чувств, в котором приводится интерпретация значения слов, обозначающих эти чувства.

Социальный блок отражает проблемы социального уровня депривационных нарушений у детей-сирот. Ребенок, воспитывающийся в депривационных условиях, особенно в сиротском учреждении, с трудом осознает свою идентичность. Ему необходимо хотя бы в игровой форме пережить опыт идентификации (отождествления) с семьей [В.Н. Ослон, 2006].

Настоящая программа разработана с использованием опыта семейного устройства в Смоленской, Томской областях, в Пермском крае и Республике Башкортостан, материалов методических пособий, подготовленных Детским фондом «Виктория».

Программа является общей для подготовки ребенка к устройству в семью независимо от ее формы, что обусловлено сходными проблемами адаптации в принимающих семьях разных типов.

Программа может быть использована как в работе с детьми, имеющими конкретные перспективы быть принятыми в семью, так и с остальными воспитанниками государственных учреждений. Во втором случае программа в большей степени ориентирована на формирование позитивных представлений о семейной жизни, готовности к созданию семьи в будущем.

На втором этапе работы над программой был сформирован тематический план занятий, а также побраны конкретные техники и методические процедуры, позволяющие решить поставленные задачи в работе с детьми разных возрастов (дошкольниками, младшими школьниками, подростками).

Сенсорный блок программы включает следующие темы занятий:

Отреагирование травматичного опыта жизни в семье (индивидуально)

Проектирование позитивных представлений о прошлом (индивидуально)

Формирование чувства защищенности