Здоровье и болезнь: православное понимание

Принято считать, что здоровье является нормой человеческого существования, а болезнь нарушает эту норму. Православие по иному рассматривает проблему болезни и здоровья. Святые отцы полагали, что болезни и скорби могут послужить духовному возрастанию человека, помочь ему приблизиться к Богу.

Алексий Бабурин, Валентин Жохов

священники

Христианское отношение к болезням и врачеванию

С православной точки зрения, болезнь является нормой земной жизни, поскольку в грехопадении прародителей Адама и Евы человеческая плоть изменила свои качества – стала немощной, склонной к болезням и старости, смерти и тлению. Болезнь – закономерное явление еще и потому, что человек вольно или невольно впадает в грехи, которые также ведут к болезням.

«Причина болезни – грех, своя собственная воля, а не какая-либо необходимость», – утверждал преподобный Ефрем Сирин. «Неужели все болезни от грехов? – спрашивал святитель Иоанн Златоуст. – Не все, но большая часть. Некоторые бывают от беспечности. Чревоугодие, пьянство и бездействие также производят болезни». «Болезни вместо епитимий идут. Терпите благодушно: они будут, как мыло у прачек», – говорил святой Феофан Затворник. Преподобный Иоанн Лествичник писал, что «болезни посылаются для очищения согрешений, а иногда для того, чтобы смирить возношение».

Известно, что и святые имели болезни, часто неизлечимые. Апостол Павел, например, пишет: «… дано мне жало в плоть… удручать меня, чтобы я не превозносился» ( 2Кор. 12:7 ). Некоторые святые молили Бога, чтобы им была послана болезнь как испытание, дающее возможность совершения сугубого духовного подвига.

Таким образом, святые отцы не считали болезнь местью за грехи, а только средством исправления грехов.

В ХХ веке болезнь стала пониматься узко, обычно только как телесное страдание. Это является выражением общего неправильного отношения к человеку как к сгустку мыслящей материи, или к жизни как только к движению материи. Православное понимание болезни шире медицинского.

«Болезную, братие, вместе с вами, – говорит св. Киприан в Слове о падших. – Нисколько не утешает меня в болезнях моих то, что я сам здоров и невредим. Ибо пастырь уязвляется в язве своего стада…»(цит. по «На приходе», Т. С. Тихомиров, М.-1915 ). Не только грех, но и беременность, например, еще в прошлом веке называлась болезнью, а с другой стороны, деторождение для женщины спасительно так же, как для мужчины труд в поте лица. В Ветхом Завете часто рядом стоят «труд и болезнь» ( Пс. 89:10 ), а в величании святому апостолу и евангелисту Иоанну Богослову церковный народ поет: «…и чтим болезни и труды твоя, имиже трудился еси во благовестии Христове…» Значит и болезнью можно послужить проповеди Евангелия.

Особой болезнью, даже и с медицинской точки зрения, является старость как процесс постепенного физического одряхления человека с общим ослаблением всех телесных функций. Часто в этом состоянии выявляются особым образом свойства личности (души и духа человека), которые могут в противоположность физической дряхлости иметь необыкновенную силу, привлекательность и красоту: перед нами не старик, а старец, вызывающий благочестивое чувство. Таких христиан с иконописным ликом чаще всего можно встретить именно среди православных. Благообразие, однако, не приходит само собой, а является следствием их трудов и терпеливо понесенных болезней. Внешняя и внутренняя красота таких личностей заставляет думать о их святости и о истинности православных путей спасения души.

Мы веруем, что смерть христианина является переходом к новому существованию, новой реальности – вечной жизни человеческой души с Богом. Какое значение имеет телесное здоровье во временной, земной жизни человека с точки зрения его вечного предназначения?

С православной точки зрения, телесное здоровье является меньшей ценностью, чем здоровье духовное, ибо очевидно то, что при неразвитости христианского мировоззрения телесное здоровье может быть гибельным для души, так как некоторые заповеди Закона Божия легче нарушать, будучи здоровым, нежели немощным. Телесное здоровье, безусловно, благо, и мы призваны его сохранять. Ветхозаветный мудрец советует нам: «Прежде болезни заботься о себе…»( Сир. 18, 19 ). Но в православном понимании и болезнь является благом, ибо может послужить спасению души человека, совершив в нем нравственный переворот, обратив его к Богу. Для неправославных или неверующих во Христа Спасителя оценка «пользы или вреда» переносимых страданий находится за пределами человеческого разумения.

В рассказе «Живые мощи» («Записки охотника») И.С.Тургенев описал человека, которого неизлечимая болезнь постепенно привела к внутреннему обновлению. Крестьянка Лукерья, умница и первая красавица, оказалась прикованной к постели. Сначала, по ее собственному признанию, ей было «очень томно», затем она «привыкла, обтерпелась» и даже стала расценивать свое положение лучшим по сравнению с теми, у кого нет пристанища, кто слеп или глух. Она благодарит Бога за то, что видит, слышит, чувствует запахи цветов и трав, за то, что у нее есть всегда «припасенная ключевая вода». В своем убогом положении она приходит к выводу: Бог лучше знает, что ей нужно. «Послал Он мне крест – значит, Он меня любит…» – это убеждение позволяет ей сохранить внутренний мир и терпеть страдания Христа ради. «Рассказывали, – пишет И. С. Тургенев, – что в самый день кончины она все слышала колокольный звон… Впрочем, Лукерья говорила, что звон шел не от церкви, а «сверху». Вероятно, она не посмела сказать: с неба».

Болезнь может служить духовному росту человека, но только тогда, когда она становится вольным страданием – подвигом, в котором больной человек сознательно, в соответствии с Божественной волей соглашается переносить страдания. Тем самым человек обнаруживает добродетель терпения, смирения и послушания, которая не остается без награды: во– первых, Господь по молитвам болящего и его близких облегчает страдания больного вплоть до чуда исцеления; во– вторых, Господь посылает врача.

Стремление выздороветь должно включать духовный подвиг – молитву, пост (немало болезней, особенно в хирургии, лечатся ограничением тех или иных видов пищи или даже голодом), а также обращение болящего к Таинствам Исповеди, Елеосвящения, Причащения Тела и Крови Христовых.

Некоторые больные (обычно из монашествующих) этим и ограничивают свое желание поправить здоровье, отказываясь от врачебной помощи, полагаясь во всем на волю Божию. Такое решение, если оно принято без ведома духовника, является греховным, так как в отношении себя мы не всегда правильно понимаем волю Божию. Кроме того, существованием врачей и методов врачевания уже обозначена воля Божия: «Дай место врачу, ибо и его создал Господь, и да не удаляется от тебя, ибо он нужен.» ( Сир. 38:12 ). Итак лечиться необходимо, важно другое – как и у кого.

О методах врачевания и православном отношении к ним.

Еще недавно в нашей стране была одна система врачевания, которую мы называем научной. Она основана на научных открытиях в области биохимии, биофизики, микробиологии и других естественных наук. Медицина как наука о больном человеке не имеет, к сожалению, теории, раскрывающей сущность здоровья и болезни, остается пока на опытном уровне – уровне собирания фактов и их статистического анализа, выведения средних показателей норм здоровья и границ патологии с весьма вероятностными оценками прогноза болезни. Практическим целям удовлетворяет эмпирический уровень науки, современная техника позволяет достаточно глубоко провести анализ состояния пациента, но синтез и прогноз, слава Богу, все ещё обязанность врача. На сегодня научная медицина в целом не противоречит христианской нравственности, поэтому нет никаких оснований отказываться от возможностей науки.

Для врачевания болезней с успехом могут применяться методы и народной медицины. Опыт, накопленный разными народами по применению лекарственных трав, рациональному питанию, лечебные приемы физического воздействия на больного, в том числе и применяемые на Востоке (например, иглорефлексотерапия), можно использовать для врачевания, но этот ценный опыт компрометируется, если его начинают связывать с философскими и псевдонаучными представлениями, производными от различных восточных, языческих или нехристианских верований.

Наконец, в последние годы отмечается появление врачевателей, которые не обладают никакими знаниями и опытом, а только имеют необычные способности к врачеванию или диагностике. Обычно таких людей, называют экстрасенсами. Точность в определении свойств этих личностей мало кого интересует, да и они сами не возражают: маг или колдун звучит менее современно и менее благозвучно. Нередко врачеватели и целители этого рода действительно имеют способности влиять на больного человека, в основном через его личность. К сожалению, чаще всего сами целители не могут ничего вразумительного сказать о том, откуда берутся у них такие способности – речь идет обычно о биополях, связях с космическим разумом или с непонятным Абсолютом. Эти способности рекламируются с использованием научной терминологии через средства массовой информации. В ход идет все для того, чтобы придать наукообразие своей деятельности, повысить значимость своей персоны. Среди экстрасенсов есть просто душевнобольные люди, есть шарлатаны, есть люди, называющие себя христианами, есть даже такие, которые в качестве предварительного условия «лечения» могут потребовать совершить Таинство Крещения, поставить три свечи в трех храмах или причаститься Святых Христовых Таин.

Обращение к святыне не по вере и благочестию, а из суеверия приносит огромный духовный вред! Святитель Иоанн Златоуст в своем поучении «О лечащихся от болезней волхованием» строго предупреждает, что лучше умереть, чем идти к врагам Божиим. Тот, кто ходил к ним, «сам себя лишил помощи Божией, пренебрег ею и поставил себя вне промысла…» Такого рода псевдонаучное целительство – всегда обращение к духу лжи, то есть. противнику Бога, и является, таким образом, тяжелым преступлением заповеди, грехом и усугубляет болезнь. В результате возможно даже пленение души нечистым духом (бесом): частичное, с сохранением самосознания и возможностей нравственной оценки своих поступков, с потребностью противодействовать, но отсутствием сил для этого (бесоодержимость); либо пленение полное, при котором человек теряет всякое самосознание, подавляется его нравственное чувство и произволение на благое, возникает противление Богообщению (бесноватость).

Деятельность разного рода экстрасенсов, колдунов, магов и т. д. вредна, а в ряде случаев – преступна. В Москве практически любой врач– онколог имеет опыт лечения больных, которых длительно «врачевал» экстрасенс и в связи с этим хирургическое лечение опухоли было неуспешно.

Однако и методы научной медицины, особенно вновь внедряемые в практику, а также цели обращения к ним требуют внимания и нравственной оценки как со стороны медицинских работников, так и со стороны больных. Существует мода на различные новейшие методики, которым часто приписываются несуществующие достоинства или преувеличивается их эффективность. Человечество всегда мечтало о «панацее» – средстве от всех болезней, а лучше всего – и от старости, и от смерти.

Человеку, ищущему смысл жизни, история этих бесплодных, часто трагических поисков, говорит о неземном предназначении человека, земная жизнь которого есть подготовка к жизни вечной.

Во все времена предпринимались «героические усилия», с одной стороны, в отрицании бессмертия души, а с другой стороны, в изобретении средств и методов достижения вечной молодости. Приведу два примера из личной врачебной практики, не называя имен.

Около 20 лет тому назад в медицине начал использоваться метод лечения болезней газовыми смесями с повышенным содержанием кислорода под избыточным давлением в специальных барокамерах (гипербарическая оксигенация). Методу, особенно среди больных, приписывалось множество отсутствующих достоинств. Среди прочих – очищение крови и всего тела (не совсем ясно, от чего именно происходило очищение), омоложение и т. п. И вот известная эстрадная певица, имевшая творческий успех даже в пожилом возрасте, пытается сохранить не творческую активность и молодость духа, а эффектную внешность и моложавость тела. Дважды в год ей назначается по 10– 12 сеансов гипербарической оксигенации. Она действительно становится активнее и даже популярнее, но все кончается довольно плачевно – у больной через несколько лет на фоне общего хорошего физического состояния развивается слабоумие. Ее жизнь заканчивается в психиатрической больнице флегмоной желудка и попыткой «операции отчаяния», не имевшей шансов на успех. Можно, конечно, спорить о том, насколько полезна или вредна избыточная концентрация кислорода в крови для клеток мозга, но совершенно ясно то, что цель обращения к модной в то время методике, установка на телесное омоложение, была безнравственной, по– православному, – греховной.

Другой пример показателен в отношении нехристианского поведения в состоянии, которое в настоящее время болезнью не считается, но которое привело через медицинские манипуляции к болезни.

Молодая женщина, имевшая любящего мужа и все потребное для жизни в довольстве, была бесплодна. Это состояние обычно переживается женщиной как ущербное и часто является поводом для расторжения брака. В прежние века бесплодие врачевалось прежде всего духовно, а именно молитвой, пожертвованиями и вкладами в монастыри и храмы, совершением паломничеств к святым местам. В настоящее время медицина предлагает нам много различных методов диагностики и лечения этого состояния, исходя прежде всего из его социальной значимости, но применение этих методов находится на совести врачей и больного. В данном случае были использованы практически все имеющиеся в арсенале врачей методики, причем за большинство из них пациентка платила деньги, некоторые из методов применялись явно с целью наживы, например, массивная гормонотерапия. До наимоднейших методик типа экстракорпорального оплодотворения (Русская Православная Церковь расценивает этот метод как греховный, противоречащий христианским нормам) дело, слава Богу, не дошло. Но все кончилось плохо – у пациентки из– за неконтролируемого применения гормонов развились опухоли обеих молочных желез, диагноз поставлен поздно, но время для покаяния пока есть.

Протоиерей Фома Хопко в «Основах Православия» пишет: «Если мы несем свои немощи праведно, мужественно и терпеливо, с верой, надеждой и даже радостью, то становимся величайшими свиделелями Божьего спасения в этом мире. Ничто не может сравниться с таким терпением, ибо прославление Бога в страдании и немощи есть наибольшее из всех приношений, которое только человек может сотворить из своей жизни на земле».

Помяни Господи, всех неразумных раб Твоих во Царствии Твоем. Аминь!

Попечение о душе больного

Телесная болезнь и страдания болящего, без сомнений, находятся в тесной взаимосвязи с состоянием его духа и души. Архиепископ ЛУКА (Войно– Ясенецкий) в книге «Дух, душа, тело» пишет: «Общеизвестно могущественное влияние психики больного на течение болезни. Состояние духа больного, его доверие или недоверие врачу, глубина его веры и надежды на исцеление или, наоборот, психическая депрессия, вызванная неосторожными разговорами врачей в присутствии больного о серьезности его болезни, глубоко определяет исход болезни. Психотерапия, состоящая в словесном, вернее, духовном(разрядка моя – В.Ж.), воздействии врача на больного – общепризнанный, часто дающий прекрасные результаты метод лечения многих болезней.»

Нет двух людей, страдающих одинаково, поэтому каждый больной – единственный в своем роде больной. В прошлом веке основатель русской терапевтической школы профессор Московского университета М. Я. Мудров говорил, что необходимо лечить не болезнь, а больного. Эти слова, как заклинание, повторяются современными врачами, но первоначальный смысл их утрачен – и врач, и больной все упование возлагают на таблетку, назначаемую шаблонно по 1х3 раза в день, а до души при этом дело не доходит. Для современного здравоохранения характерно отчуждение врача от больного: кроме барьера бумажек, существующего давно, воздвигается еще один барьер – всевозможной аппаратуры, которая пока что притупляет интуицию врача, а врачебное искусство превращает в ремесло.

Больной, призванный к подвигу терпения и смирения, почти не получает духовной поддержки. Слово как лечебный фактор постепенно исчезает из арсенала медицинского работника, у которого обычно «нет времени» разговаривать с больным, а ведь до ХХ века вся медицина стояла на трех китах, которыми были Слово, Трава и Нож. И если говорить о том, что слово было лечебным фактором, то кроме человеческих слов соболезнования, утешения и надежды, в лечебный процесс входило и Воплощенное Слово Божие – Иисус Христос, преподаваемый болящему в Таинствах Церкви, призываемый на помощь самим больным, его родными и даже лечащим врачом! Известно, например, что офтальмолог В. П. Филатов, хирург В. Ф. Войно– Ясенецкий (впоследствии архиепископ ЛУКА) молились перед операцией.

Констатируя факт духовной деградации современной медицины, происходящей на фоне технологического прогресса, не следует впадать в отчаяние и уныние либо в бесполезные и даже вредные пересуды о том, кто виноват и что делать. Православие учит в любой тяжелой духовной ситуации начинать с себя, понять, в какой степени я виноват и что мне делать. Это есть основа для покаяния – перемены ума (мышления) и образа действий, условие для правильной активности, способной бездуховное приобщить Царству Святого Духа.

«Возврат к корням», выход из тяжелого духовного кризиса, в котором находится современная медицина, безусловно, может произойти, но не на основе общих призывов и пропаганды, а в результате личных усилий каждого человека. «Перемена ума» и изменение образа действий необходимо прежде всего медицинским работникам, работа которых (особенно у постели больного) должна быть служением, своего рода священнодействием, потому что служение больному Господом Иисусом Христом приравнено к служению Богу: «Я был болен, и вы посетили Меня… так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне»,– скажет Он в день Суда ( Мф. 25, 36; 40 ). Возвысить духовно и нравственно труд медработника – это и будет возвратом к корням, то есть к утраченным христианским традициям русской медицины.

Душепопечение о больном – область весьма ответственной духовно– душевной работы, которой должны заниматься профессионалы, лучше всего – священнослужители, но условия современной жизни таковы, что этот идеал не может быть реализован, поэтому некоторую предварительную работу могут и должны проводить родные и близкие больного. Цель этой работы – подготовить больного к встрече со священником. Весьма эффективно такой работой с больным человеком могут заниматься и верующие медицинские работники.

Можно говорить о разных формах духовной помощи болящему в зависимости от условий. Наиболее простой (и самый редкий сейчас) вариант, при котором больной – церковный человек и родственники его – православные. Они приглашают батюшку, который чаще всего давно знает больного и врачует духовно согласно канонам Церкви. Другие ситуации являются проблемными и встречаются гораздо чаще: болящий был крещен, но фактически отпал от Православия и сам не знает, во что и как верит, а родные – православные христиане – горят желанием духовно помочь ему. Или – все вроде бы верующие, но в храме бывают только раз в год, на пасхальном крестном ходе. Здесь очень велика опасность суеверного отношения к святыням.

Невозможно по каждому конкретному случаю предусмотреть точные рекомендации, но опыт Церкви показывает, что Господь вразумляет человека, посылает ему «мысль благу» и даже встречи с нужными людьми, если только находящийся в скорби раб Божий обращается молитвенно к Богу с осознанием своего несовершенства, с воплем о помощи. Поэтому МОЛИТВА – вот начало душепопечения о болящем. Святой праведный Иоанн Кронштадский в книге «Моя жизнь во Христе» пишет: «Не пропускай случая молиться за какого-либо человека по его прошению или по прошению о нем его родственников или друзей. Господь с благоволением призирает на молитву любви нашей и на дерзновение наше перед Ним. Кроме того, молитва за другого весьма полезна и самому молящемуся за других: она очищает сердце, утверждает веру и надежду на Бога и возгревает любовь к Богу и ближнему». Разумеется, сам верующий больной должен молиться за себя, но, как замечает св. Иоанн Кронштадский: «В болезни, и вообще в немощи телесной, равно и в скорби, человек не может поначалу гореть к Богу верой и любовию, потому что в скорби и в болезни сердце болит, а вера и любовь требуют здравого, спокойного сердца». Следовательно, на родных и близких больного ложится сугубый подвиг молитвы.

Как молиться? Домашняя молитва православного христианина состоит из определенного «правила» – последования молитв, читаемых утром, в продолжение дня и вечером. Такое правило имеется в православном молитвослове. Духовником это правило может быть изменено: увеличено, например, за счет дополнения правила чтением канонов и акафистов, Псалтири или уменьшено в связи с обстоятельствами. Из этого следует, что любой человек, имеющий желание молиться за больного родственника, должен пойти в храм к священнику, лучше всего на исповедь, чтобы после исповеди получить у священника благословение на особое молитвенное правило, например, чтение канона за болящего либо канона Божией Матери, акафиста. Молитва за других требует определенного духовного состояния, поэтому если духовник благословит, то следует приобщиться после исповеди Святых Христовых Таин. В молитве следует быть настойчивым, упорным и требовательным к себе, неотступно делать то, на что решился по своей свободной воле, молиться «втай», то есть не напоказ, смиренно, молитву прошения за ближнего и за себя соединяя с молитвой благодарения Богу за все Его благодеяния.

За болящих сугубо молятся в храме, по слову Иисуса Христа: «…если двое согласятся на земле просить о всяком деле, то чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего Небесного». ( Мф. 18:19 ). Образец молитвенного подвига дает нам святитель Феофан Затворник: «Бог внимает молитве, когда молятся болящею о чем-либо душой… Но сами вы бываете ли на молебнах? Если нет, то и вера ваша безмолвна… Вы заказали, но, дав деньги, чтобы другие молились, сами сбросили с плеч свои заботы… Болеющего о больной никого и нет… Бывайте на молебнах сами и болите душой о болящей… В церкви на литургии болите во время проскомидии. А особенно когда после «Тебе поем…» Богородичную песнь поют «Достойно есть…» Тут поминаются за новосовершенною жертвою живые и умершие…» Следовательно, молясь за болящего дома, мы не должны оставлять и храмовой молитвы за воскресной литургией, необходимо подавать записочки с именами больных на проскомидию, на молебны, а антидор или просфору и святую воду с благоговением давать болящему.

История Православия знает огромное число чудесных исцелений, совершившихся по молитве к Богу, Божией Матери, святым угодникам Божиим. Но вот свидетельство зарубежного врача, лауреата Нобелевской премии Алексиса Карреля: «Результаты молитвы могут быть установлены с несомненностью только в тех случаях, когда всякая терапия совершенно неприменима или оказывается недейственной. Медицинский центр в Лурде (город на юге Франции, один из известных в мире центров поклонения Божией Матери, место неоднократного Ее явления, имеет источник, вода которого признана чудодейственной – прим. автора) оказал существенную услугу науке, доказав, что такие исцеления действительно бывают. Иногда действие молитвы принимает, если можно так выразиться «взрывчатый» характер… Мы знали больных, которые были почти молниеносно излечены от тяжелых заболеваний. В несколько секунд или несколько часов симптомы болезни исчезают, а анатомические повреждения исправляются. Чудо характеризуется чрезвычайным ускорением процессов нормального выздоровления» (цит. по Наст. книге священнослужителя, т. 8, с. 297).

К сожалению, современные отчественные ученые медики с волнующим общественность интересом исследуют «способности» экстрасенсов, весьма скептически относясь к целительному действию молитвы и благодатным дарам церковных святынь.

Общая молитва в храме за литургией, на молебнах предполагает ЖЕРТВУ и ЖЕРТВЕННОСТЬ как особое духовное состояние, вместе с молитвой как бы на двух крыльях возносящее ум и сердце к Богу и производящее то необходимое «возгревание любви к ближнему», в ответ на которое Господь врачует и душу, и тело. Записочка на проскомидию – это жертва; милостыня, пусть скромная, но от сердца – жертва; труд, пусть самый простой, но на благо церковной общины или ближнего – жертва! Что полезнее: убраться в палате, умыть больного, поменять постельное белье или сидеть у его кровати и ругать правительство за отсутствие санитарок в больнице? Ради Христа делаемое добро обращает к доброделанию других людей, меняет общее настроение, возвышает человека. Пересуды и пустословие вредят миру в душе, теряется покой, человек становится слаб и уязвим для духа злобы.

Конечно, сейчас мы в материальном отношении просто бедны. Но вспомним, что бедная вдова, положившая в церковную кружку две лепты, больше всех положила, как сказал Сам Господь, потому что положила все, что имела, все пропитание свое. Обратимся к примеру христиан первых веков. «Те, кто не могли давать от своих заработков, подвергали себя лишениям, чтобы иметь возможность подавать в качестве милостыни то, что они сберегли посредством ПОСТА (выделено мной – В.Ж.). Уже в «Пастыре Ермы» пастырь поучает Ерму, как он должен поститься. Он должен воздерживаться от питья и пищи, и затем сосчитать по расходам других дней, что он сберег, все это он должен отложить и отдать в пользу вдов, сирот и бедных. Такой пост будет приятным приношением Богу. В «Апостольских Постановлениях» дается подобное же наставление: «Если кто ничего не имеет дать, тот пусть постится, и предназначенное на день отдаст святым», причем в данном месте разумеются осужденные на каторжные работы христиане». (Цит. по «Христианская благотворительность в Древней Церкви», Г.Ульгорн, Спб, 1899, с. 144)

Очень важно заботиться о возрастании больного в БЛАГОЧЕСТИИ, которое «на все полезно» ( 1Тим. 4:8 ). Под благочестием обычно понимается целый комплекс качеств христианской личности, которые постепенно воспитываются, если человек живет внутренней церковной жизнью. В данном случае речь вначале может идти о двух-трех качествах. Это вера в Бога, пусть даже неопределенная, на уровне чувства, что в мире есть что-то святое; страх Божий как осознание более или менее выраженной ответственности перед Богом и, наконец, признание бессмертия своей души. Благочестие несовместимо с суеверным отношением к Богу и является одним из условий для действительного участия христианина в Таинствах, совершающихся в Церкви.

Дать конкретный совет о том, каким образом обратить к благочестию человека, – невозможно. По молитве Господь влагает в разум пекущегося о ближнем необходимое слово, тем более что в болезни человека чаще посещает мысль о смерти и он становится более чутким, менее жестокосердым. Будьте внимательны! Если больной заговорит о смерти, то ни в коем случае не следует менять тему разговора, убеждать его в том, что такие мысли надо гнать от себя. Напротив, нужно поддержать разговор, но мыслям о смерти и словам о ней надо противопоставить слова и размышления о бессмертии души, а потом и о воскресении мертвых. Подобные разговоры должны возникать естественно, не следует их затевать специально, если вы не уверены, что больной готов или хочет обсуждать эту тему. Далее естественным будет начать чтение Евангелия, лучше выборочно – об исцелениях, Нагорную проповедь, притчи. Затем необходимо возбудить у болящего мысли о своих грехах и вызвать потребность исповедать их. Возрастание в благочестии может происходить и иным образом, главное – добиться осознания больным своей греховности, и подвести его мысли к Таинству Исповеди (в случае, если больной не крещен, – к Таинству Крещения), то есть к встрече со священником. Обычно личное переживание в Таинстве Исповеди действия благодати Божией усугубляет благочестие и естественно подводит болящего к Таинствам Елеосвящения и Приобщения Тела и Крови Христовых.

Как вести себя у постели умирающего человека? В моей деревне об агонирующем человеке говорили, что он «трудится», и создавали вокруг умирающего особенную обстановку: категорически воспрещался шум, разговоры велись вполголоса, яркий свет экранировался, запрещалось тормошить умирающего человека, звать его или вообще громко произносить его имя. Перед иконами возжигалась лампада, заходившие соседи кратко молились и молча проводили некоторое время у постели больного. Особое впечатление оказывала эта обстановка на детей: шумные становились тихими, непослушные – смиренными. Умирающего человека ни в коем случае не оставляли одного.

Этот народный опыт показывает, что когда-то у нас было благочестивое отношение к смерти. В настоящее время большинство смертей случается в больнице, то есть не дома, не в кругу родных и близких, причем агонирующего больного обычно вывозят в отдельную палату, о которой по всей больнице идет дурная слава. В этой палате с голыми стенами, почему– то всегда холодной и с явно нежилым духом и происходит таинство перехода от жизни временной к жизни вечной. И, как правило, некому поддержать в эти трудные часы и минуты трудящегося последним земным трудом человека…

Казалось бы, зачем сидеть рядом с больным, если он находится без сознания, не может говорить или даже выпить воды? Бессознательное состояние, однако, не всегда означает, что человек выпадает из связи с чувственным миром. Описаны случаи, когда умирающий человек выздоравливал и точно передавал то, что происходило вокруг него, и часто окружающим было стыдно за свое поведение.

Смертельно больного надо как можно меньше оставлять одного, агонирующего – не оставлять вовсе. Необходимо молиться вместе с больным, а если он неверующий, то можно сказать ему примерно следующее: «Ты не веришь в Бога, я в Него верю. Мне сейчас необходимо помолиться. Пожалуйста, потерпи некоторое время, невозможно ведь молиться в больничном коридоре…» Вряд ли после таких слов больной выразит протест. Благоговейная молитва или чтение Псалтири, канона Божией Матери непременно найдет отклик в сердце больного, который может вырасти в настоящее религиозное чувство.

К умирающим надо приводить детей. Это духовно полезно больным, а еще больше детям, которые должны знать о смерти не только теоретически по фильмам ужасов, но иметь свой личный опыт общения с умирающим человеком в подобающей и достойной людей обстановке. Надо быть готовым ответить на их вопросы, которых будет множество. Мнение о том, что общение с умирающим человеком может быть психотравмирующим фактором для ребенка, является ложным, такой опыт необходим детям для их будущей жизни.

Сей скромный труд посвящаем 

хирургу, лауреату Государственной премии профессору ГЛЕБУ Покровскому, его супруге МАРФЕ, Владимиру Петровичу и Галине Георгиевне МИШЕНЁВЫМ и всем благочестивым жертвователям и прихожанам Никольской церкви подмосковного села Ромашкова.

(Статья приводится в сокращении).