Педагогическая антропология К.Д. Ушинского

Разрабатывая свою философско-педагогическую концепцию Константин Дмитриевич Ушинский (1824-1870 гг.) впервые употребил термин «педагогическая антропология» для обозначения особой науки о воспитании и образовании, которая путем применения педагогических принципов стремится усовершенствовать человека. Она связана с философской антропологией и находит в ней философские основания в понимании человека. «Появление «опыта педагогической антропологии» объяснимо в контексте получивших распространение в России второй половины XIX в. идей антропологического философствования И.Канта, Л.Фейербаха, в возросшем интересе к философским и естественнонаучным вопросам человекознания (Н.Г.Чернышевский, И.М.Сеченов, И.Пирогов и др.)». Педагогическую систему К.Д.Ушинский понимает не как собрание готовых правил или спекулятивных метафизических построений, а как совокупность законов воспитания, обобщений педагогического опыта, основанных на применении философских методов, изучении психической жизни человека и учете исторического развития и особенностей народа.

Становление и развитие педагогической антропологии К.Д.Ушинского происходило под влиянием философской антропологии И.Канта. В своих исследованиях русский мыслитель даже предвосхитил многие идеи неокантианской философии. Так, различение наук проводится К.Д.Ушинским в русле выделения «наук о природе» (естествознание) и «наук о духе» (история, педагогика), столь характерного для баденской школы.

К.Д.Ушинский называет педагогику, медицину и политику не науками, а искусствами, «ибо они не изучают того, что есть, но только указывают на то, что было бы желательно видеть существующим, и на средства к достижению желаемого». Русский мыслитель считает педагогику высшим из искусств, поскольку она реализует величайшую потребность человека и всего человечества к усовершенствованию природы человека - его души и тела; а «вечно предшествующий идеал этого искусства есть совершенный человек».

Совершенствование педагогики происходит за счет обогащения ее антропологическими знаниями; постепенно, шаг за шагом, и вместе с развитием наук будет развиваться и воспитательная теория. К.Д. Ушинский уверен, что «воспитание, совершенствуясь, может далеко раздвинуть пределы человеческих сил: физических, умственных и нравственных». При этом он разделяет тезис о первостепенности внешнего воздействия в развитии психики и человека в целом.

Придавая огромное значение воспитанию, русский мыслитель указывает, что влиянию его есть предел в прирожденных силах души и прирожденных задатках наклонностей человека. «Воспитание может сделать много, очень много, но не все: природа человека. имеет также значительную долю в развитии внутреннего человека». Большое влияние на развитие человека оказывают и социокультурные факторы: семья, общество, народ, религия, язык.

Важной проблемой педагогической антропологии как области знания выступает определение своего объекта и адекватных ему методов исследования. Для целенаправленного воспитания человека, считает философ, необходимо составить понятие о нем правильное представление: «Если педагогика хочет воспитывать человека во всех отношениях, то она должна прежде узнать его тоже во всех отношениях». Знание законов воспитания ставится К.Д. Ушинским в зависимость от познания человека во всех его проявлениях. Для этого педагогическая теория должна применять философскую методологию и широко пользоваться данными целого ряда наук - анатомии, физиологии, психологии, логики, филологии, географии, статистики, истории, политической экономии. В этих науках изучаются те или иные сведения о человеке, обнаруживается совокупность свойств «предмета воспитания, т.е. человека». Таким образом, ученый исследует человека-индивидуума, определяя его в качестве объекта педагогической антропологии.

Русский мыслитель признает существование в человеке двух миров: душевного и материального: «С какой бы стороны ни принимались мы за изучение души человеческой, мы вперед должны быть уверены, что везде нападем на ту непостижимую для человека связь духа и тела, фактическую разгадку которой творец вложил в каждого из нас, которая обнаруживается перед нами в бесчисленном множестве явлений человеческой природы, но в существе своем остается и, может быть, навсегда останется для нас непостижимой». Такое дуалистическое воззрение на природу человека, по К.Д. Ушинскому, единственно возможно и полезно для педагога. «Аксиома двойственности природы человека позволяет педагогической антропологии рассматривать и интерпретировать данные психологии как единство психического и физического, материального и идеального в их историческом развитии, переплетении и внутренней противоречивости».

Методологию педагогической теории ученый применяет в соответствии с особенностями дуалистической природы объекта исследования. Поэтому он отвергает крайности как идеализма, основывающегося на психических фактах, так и материализма, основывающегося на фактах внешней природы. К.Д. Ушинский ищет подходы, адекватные исследуемому объекту и разрабатывает методологию, основывающуюся, «с одной стороны, на фактах, добытых психическим самонаблюдением, а с другой - на фактах, добытых наблюдением над внешнею для человека природою». По его мнению, чем шире фактические основания, тем содержательнее будет педагогическая теория.

Ученый творчески перерабатывает и использует для построения своей теории факты, представленные в различных философских и психологических учениях. Не находя в свое время философской системы, которая последовательно, полно объясняла бы явления природы и общественной жизни, К.Д. Ушинский критически берет из различных систем те элементы, которые кажутся ему в процессе сложного анализа жизни наиболее приемлемыми. Он пытается создать свое мировоззрение, не следуя ни одной из существовавших тогда философских систем: «Мы очень многим обязаны Локку, но не затруднялись стоять на стороне Канта там, где он до очевидности ясно показывает невозможность такого опытного происхождения некоторых идей, на которые указывает Локк. Кант был для нас великим мыслителем, но не психологом, хотя в его «Антропологии» мы нашли много метких психических наблюдений». Такая методологическая позиция в изучении человека - предмета воспитания отличает К.Д. Ушинского от большинства его современников, рассматривающих психофизиологические явления сквозь призму того или другого метафизического учения.

Анализируя душевные явления, К. Д. Ушинский констатирует невозможность объективного изучения человеческой души ни с точки зрения метафизики, ни с точки зрения психологии. Он, по его собственному признанию, приходит к тому же результату, что и автор «Критики чистого разума», а именно, что «существо души не может быть постигнуто и что материалистические воззрения на душу так же неосновательны, как и идеалистические». Можно сказать, что русский ученый ставит перед собой ту же задачу в теории воспитания, что и И.Кант в философии. К.Д.Ушинский прямо ссылается на «критический» опыт И.Канта: «Не построив своей теории, мы может быть, разрушим другие, потому что считаем полезным от времени до времени очищать метафизическую атмосферу от накопляющихся в ней миазмов, что особенно важно в области воспитания». В антропологии ученый выделяет три главных отдела: первый посвящен «явлениям телесного организма», второй отдел посвящен «душевным явлениям» и третий отдел, изучает «явления духовные», которые в отличие от душевных явлений, общих человеку с животными, свойственны только одному человеку. Сообразно такому пониманию антропологии складывалась структура главного произведения К.Д.Ушинского «Человек как предмет воспитания». «В нем он реализовывал понимание развития как цепи переходов. От физиологических процессов - к психофизиологическим, от них - к душевным, собственно психологическим и, наконец, к психоидеологическим (духовным)».

Изучение физиологических законов развития человеческого организма, позволило К.Д. Ушинскому сформулировать принципы физического воспитания: «Человек легко и свободно может приводить в деятельность мускулы и нервы другого, особенно еще развивающегося человека, и тем оказывать сильнейшее влияние на самый процесс его физического развития». Другими словами, воспитатель может давать большую или меньшую нагрузку мускулам и нервам ребенка, может разнообразить эту деятельность, ослаблять или усиливать ее постепенно, прекращать ее и возвращаться к ней после отдыха. Тем самым он способен оказать непосредственное влияние на развитие всей мускульной и нервной системы ребенка в целом и даже самого мозга.

К.Д. Ушинский дает подробную характеристику нервной системы человека и органов чувств: зрения, слуха, обоняния, вкуса, осязания, мускульного чувства на уровне современного ему развития физиологической науки. Ученый отмечает влияние физиологических процессов в организме человека на его психическую деятельность. Он пишет, что «процесс уставания и отдохновения нервов, а равно их нормальная или раздраженная деятельность должны иметь большое влияние на яркость, отчетливость и ход наших представлений, а, следовательно - на акты внимания, воспоминания, воображения и даже мышления». Из этого вытекает педагогическое требование чередования занятий с отдыхом и перемены занятий. Данное положение справедливо в отношении, как физической деятельности детей, так и их учебных занятий. Привычка и постепенное увеличение нагрузки в выполнении каких-либо занятий повышает интеллектуальную способность человека.

Внимательное наблюдение за ходом развития ребенка позволило К.Д. Ушинскому сделать вывод: на ранних стадиях своего развития дети в меньшей степени способны к какой-либо деятельности в одном направлении. Перемена занятий необходима ребенку для его правильного развития. «Ребенок, видимо, устал читать, внимание его ослабело, процесс понимания остановился: заставьте дитя полчаса пописать, порисовать, посчитать, попеть и - заметите, что, воротившись потом к чтению, ребенок снова стал и понятлив, и внимателен». Приучать детей к постоянству деятельности необходимо, считает русский мыслитель, но нужно делать это понемногу и постепенно, чтобы не подорвать их силы чрезмерными усилиями. Из этого следует, по К.Д. Ушинскому, что первоначальное обучение должно начинаться не с одного, а с нескольких предметов: наглядное обучение, письмо, рисование, пение и гимнастика,- которые должны чередоваться. Взаимодействие этих предметов будет способствовать всестороннему развитию телесного и душевного организма ребенка.

При рассмотрении процесса превращения произвольных действий человека в непроизвольные К. Д. Ушинский изучает рефлективные основания привычек. Привычкой он называет «замечательное явление нашей природы», состоящее в том, что «действия, совершаемые нами вначале сознательно и произвольно, от частого их повторения совершаются потом без участия нашего сознания и произвола и, следовательно, из ряда действий произвольных и сознательных переходят в разряд действий рефлективных, или рефлексов, совершаемых нами помимо нашей воли и нашего сознания».

Отсутствие сознания и воли в привычке отмечал еще И.Кант, считая ее недопустимой в деятельности человека. Дж.Локк, наоборот, объясняет этим почти все психические явления и строит на привычке свою систему воспитания. К.Д.Ушинский не приемлет обе эти точки зрения, считая их односторонними. По его мнению, постоянное повторение и закрепление детьми усвоенных знаний и навыков дает возможность педагогу сосредоточить внимание воспитанника на приобретении новых, полезных для него сведений, поскольку прежние навыки его уже не затрудняют, обратившись в бессознательную или полубессознательную привычку. Именно «на способности нашей нервной системы приобретать привычки, удерживать их и даже передавать их наследственно, основывается, главнейшим образом, возможность воспитательной деятельности»,- считает русский ученый. Привычки и навыки, укореняемые в воспитанниках, должны быть полезны, необходимы, немногочисленны и ни в коем случае не противоположны друг другу. В своих трудах он дает практические рекомендации по формированию полезных и искоренению вредных привычек.

Изучая физиологические основы процесса запоминания, К.Д.Ушинский выделяет несколько видов памяти: память зрения, слуха, голосового органа и вообще мускульных движений. «Чем более органов наших чувств принимает участие в восприятии какого-нибудь впечатления, или группы впечатлений, тем прочнее ложатся эти впечатления в нашу механическую, нервную память, вернее сохраняются ею и легче, потом вспоминаются»,- пишет русский ученый.

Педагог, желающий что-нибудь прочно запечатлеть в детской памяти, должен позаботиться о том, чтобы как можно больше органов чувств приняли участие в акте запоминания. Детям нужно показывать картины или писать слова на доске, заставлять их внимательно слушать то, что говорит учитель и самих громко и отчетливо произносить и рассказывать заученное по картинке. Чем прочнее усвоятся памятью первые образы, считает мыслитель, тем легче будет проходить дальнейшее обучение. Таким образом, в соответствии с психофизиологическими особенностями детского возраста, важнейшим источником получения новых знаний для детей является опыт, приобретаемый с помощью внешних чувств. Следовательно, большое значение в обучении придается соблюдению принципа наглядности.

Разделяя психические явления на явления сознания, чувства и воли К.Д.Ушинский делит психологию на три главных отдела: в первом излагаются явления сознания, во втором - явления внутреннего или сердечного чувства (в отличие от пяти внешних чувств) и в третьем - явления воли или желания. «Сознавать, чувствовать и хотеть - вот три главные психические акта».

Для воспитателя очень важно правильно решить вопрос о психологических законах развития человека, в частности, о том, что такое рассудочная деятельность и какими силами она совершается. Эти вопросы К.Д.Ушинский рассматривает в «психологической» части своего основного труда.

Предметами «рассудочной деятельности являются: 1) образование понятий, 2) составление суждений, 3) вывод умозаключений. 4) постижение предметов и явлений, 5) постижение причин и законов явлений и 6) постройка систем науки и практических правил для жизни». Он анализирует каждый из этих родов деятельности рассудка и рассудочного мышления. При рассмотрении образования понятий пространства и времени К.Д. Ушинский детально излагает решение данного вопроса И. Кантом. Не соглашаясь с исходными положениями немецкого философа, русский мыслитель отмечает важность его выводов о признании геометрии наукою, определяющею свойство пространства синтетически и a priori, а также признание пространства и времени двумя источниками, из которых a priori могут почерпаться различные синтетические познания, что доказала чистая математика в отношении постижения пространства и времени.

Анализ современных ему исследований позволил К.Д. Ушинскому сказать, что «отчетливая постройка Кантом категорий пространства и времени и полное выделение чувства мускульных движений из внешних чувств, сделанное английскими психологами. даст нам теперь возможность уяснить себе гораздо более прежнего происхождение в человеке понятий пространства и времени, а равно понятий числа, движения, покоя, силы причины.

В объяснении образования понятий пространства и времени К. Д. Ушинский не согласен ни с мнением И. Канта, считавшем данные понятия априорными формами чувственности, ни с объяснениями физиологов, выводивших их из мускульных ощущений. Русский мыслитель занимает как бы «срединную» позицию, полагая, что человек в результате своих собственных движений приобретает множество познаний, «которые потом, от частого употребления и навыка, делаются как бы его прирожденными знаниями или инстинктами». Приобретение данных познаний становится возможным благодаря «раздвоенности» души и тела человека, причем человеческое «тело существует в пространстве и. движения его совершаются во времени», а «душа его существует вне пространства и времени и узнает их как нечто объективное, вне ее лежащее и ей противоположное».

По мнению К.Д. Ушинского, существует три источника знания, из которых проистекают все элементы человеческого знания и каждой науки - системы знаний. Кроме внешнего и внутреннего опыта и наблюдений философ выделяет третий источник знаний - «это наша собственная произвольная деятельность, результат которой передается нам нашим мускульным чувством, или чувством наших собственных произвольных движений». Врожденным качеством человека, по К.Д. Ушинскому, является и стремление к свободе, которое формируется и развивается в самостоятельной свободной деятельности.

В то же время русский мыслитель осознает слабость современной ему науки в определении первичных основ рассудочной деятельности человека и потому совершенно не отрицает возможности существования врожденных идей. Ученый пишет: «Может быть, еще не скоро глубокий анализ успеет отделить вполне и с совершенною ясностью то, что вошло в рассудочный процесс из опыта, от того, что вносится в этот процесс из прирожденных свойств души».

Теоретические основы дидактики К.Д. Ушинский выводит из научного анализа объективно-логических и субъективных, психофизиологических моментов процесса познания. Исходя из того, что познание есть отражение в нашем сознании явлений природы и жизни, он различает три взаимосвязанные стадии познания: чувственное восприятие, рассудочный процесс и стадию идейного (разумного) познания. В характеристике этих стадий заметно влияние кантовского учения: «Рассудок есть процесс сознания,- пишет русский мыслитель,- а разум - сознание самого этого процесса, или, вернее, самосознание рассудка. Рассудок есть совокупность фактов, приобретенных сознанием из опытов и наблюдений над внешним миром. В разуме к этому содержанию рассудка присоединяются еще наблюдения и опыты, которые сделало сознание над своим собственным процессом в различных областях рассудочной деятельности - в истории философских и политических систем, в истории цивилизации, в истории религии, в истории самой науки». К.Д. Ушинский подчеркивает узость, односторонность и ограниченность рассудочных понятий, которые только с помощью разума могут быть включены в те широкие научные и этические идеи, которые создаются на подъеме мыслительной деятельности человека и широко раздвигают его сознание. Философ приходит к выводу, что переход от рассудка к разуму повышает значение мышления, способствуя познанию «совершенной истины», созданию научных и этических идей. Именно на уровне идейного мышления формируется мировоззрение, ключевыми идеями (генеральными понятиями) которого являются идеи истины (наука), добра (гуманизм), красоты (воплощения истины и добра).

Познание для К.Д. Ушинского, как и для Н.И. Пирогова, является историческим процессом, «все более раскрывающим сущность вещей и все более приближающим человека к истине». Сущность познания, по К.Д. Ушинскому, состоит в разрешении противоречий, которые способствуют вечному движению человеческого сознания вперед и вперед к далекой и неосуществимой цели. Цель эта лежит вне человеческой жизни и вне человеческого сознания, и угадывание ее переходит в область веры. Стремясь к неведомой цели, человечество достигает множества побочных или временных целей: развитие науки, улучшение материального быта, умственное и нравственное совершенствование человека. Тем самым процесс развития человечества бесконечен, разрешаются одни противоречия, появляются другие. Животная природа человека заставляет человека останавливаться, отказываться от дальнейшего движения, но человеческое сознание стремится в вечном движении вперед и вперед к далекой и не осуществимой цели. К.Д. Ушинский полагает, что «не удовлетворение желаний - то, что обыкновенно называют счастьем, а цель в жизни является сердцевиной человеческого достоинства и человеческого счастья». Человек стремится к достижению цели в каждую отдельную минуту, и для него важнее иметь цель жизни (труд жизни), чем достигать ее. Постоянное стремление к цели дает человеку беспрестанную и постоянно расширяющуюся деятельность, такую деятельность, которую требует душа, чтобы не искать наслаждений и пренебрегать страданиями. Причем цель эта, достигаемая постоянно, никогда не может быть достигнута, иначе человек останется без цели в жизни. Этот закон К.Д. Ушинский вывел из высказываний И. Канта, относящихся к мыслительной деятельности, что «если бы ему предлагали на выбор истину или дорогу к истине, то он предпочел бы дорогу к истине самой истине».

К.Д. Ушинский тщательно исследует особенности развития внимания детей, памяти, воображения, чувственно-эмоциональной сферы, воли, факторы формирования характера. Подчеркивая значение внимания в целом для умственного и нравственного развития человека, он полагает, что «главная цель воспитательной деятельности состоит в том, чтобы сделать воспитанника внимательным к серьезным и нравственным интересам жизни».

Русский мыслитель дает рекомендации по повышению внимания на уроке с помощью разнообразных средств: применение наглядности, тишина в классе, выделение слов голосом, частое обращение к учащимся, действия по команде, постановка вопросов, удар по столу, награды и взыскания и т. д. Соответствующие упражнения для развития внимания должны быть и в учебниках: неоконченные фразы, специально допущенные ошибки, контрольные вопросы. При этом следует нейтрализовать физические и нравственные причины, ослабляющие внимание учеников.

По мнению К.Д. Ушинского, большое значение во внутренней жизни человека, принадлежит памяти: «Память как результат процесса нашей сознательной жизни. Мы - то, что мы помним»,- пишет он. Способность памяти сохранять в человеке следы всех влияний внешнего мира, дает внутренней жизни известную самостоятельность, которая состоит в работе над этими впечатлениями. Русский ученый формулирует ряд правил, необходимых для более эффективного запоминания, которые актуальны и в настоящее время: привлекать к участию в акте памяти возможно большее число органов нервной системы; последовательно развивать сначала механическую, а затем рассудочную и духовную память и их сочетания; использовать «сократический метод»; обогащать сознание воспитанников впечатлениями из окружающей жизни и природы; закладывать первые ассоциации при начале обучения наглядным методом; употреблять повторение как предотвращение забвения; добиваться воплощения выученного в разнообразных упражнениях и новых комбинациях; возбуждать в учащихся интерес к обучению и приучать к труду; следить за соответствием учебной нагрузки способностям детей и т.п.

Память человека, считает К.Д. Ушинский, имеет свои пределы и поэтому «труд, употребляемый на приобретение каких-либо знаний, должен соразмеряться с пользою, от них проистекающей». С этой целью в школьных учебниках нужно оставить только то, что действительно полезно и необходимо для человека. Педагогика же должна пересмотреть все науки и все сведения, предлагаемые учащимся и переработать научные системы в педагогические. Воспитание и образование должны быть связаны с жизнью и наукой и переносить из жизни и науки в школу самые существенные, несомненные достижения человечества. «До сих же пор педагогика больше думает о том, как учить тому, чему обыкновенно учат, чем о том, для чего что-нибудь учится».

В связи с этим особое внимание К.Д. Ушинский уделяет отбору содержания обучения. В частности, он полагает, что ничем не оправданны чрезмерное увлечение классическим образованием как средством общего развития и его противопоставление реальному образованию, как средству подготовки к практической деятельности. Содержание сознания человека ведет за собой развитие и памяти, и воображения, и мышления. Обучать логическим операциям необходимо, но они ничего не значат для развития личности без формирования жизненно важных ценностей.

Следуя принципу развивающего обучения, К.Д. Ушинский протестует против разделения функций воспитания и обучения и указывает на единство этих двух начал в становлении гармонично развитой личности. Он видит в обучении основное средство умственного, нравственного и физического развития личности. «Мы требуем, чтобы учитель русского языка, учитель истории и т.д. не только вбивали в голову своим ученикам факты своих наук, но развивали их умственно и нравственно»,- пишет мыслитель. Он полагает, что обучение решает двоякую задачу - образовательную и воспитывающую. Первая ее часть означает рациональное усвоение человеком необходимых ему знаний о природе и обществе, вторая - формирование «миросозерцания», «убеждений». Таким образом, по своему содержанию обучение - это процесс обогащения знаний (материальное образование) и одновременное развитие способностей (формальное образование). Теория воспитания занимает главное место в наследии великого русского педагога. Не отделяя воспитание от обучения, К.Д. Ушинский отдает приоритет воспитанию и считает, что «влияние нравственное составляет главную задачу воспитания, гораздо более важную, чем развитие ума вообще». Соединение разума и чувств в стремлении к добрым целям, по К.Д. Ушинскому, составляет идеал человека: «Только человек, у которого ум хорош и сердце хорошо, вполне хороший и надежный человек»,- полагает мыслитель. Поэтому важной задачей воспитания и самовоспитания, наряду с развитием умственной способности, является воспитание чувств, которое осуществляется медленно, так как связано с изменением органической природы человека. Анализ телесных, душевных и духовных чувствований позволил ученому сформулировать рекомендации по их педагогическому использованию.

Важной задачей нравственного воспитания является воспитание характера, который составляет индивидуальную особенность в мыслях, наклонностях, желаниях и поступках человека. Он формируется под воздействием на ребенка его собственной жизни и той среды, в которой он вращался, а также наследственных наклонностей и особенностей. Наследственно передаются не сами привычки, а «нервные задатки привычки», которые могут развиться в привычку или остаться неразвитыми и заглохнуть с течением времени. К.Д. Ушинский отмечает, что образ жизни человека, его воспитание, случайное направление его обычных занятий имеют решительное влияние на выявление в нем тех или других наследственных задатков (например, наклонности к пьянству или азартной игре). Такие наклонности могут проявиться или не проявиться в человеке в зависимости от соотношения выше перечисленных факторов. При этом русский педагог считает, что «как природные способности человека, так и приобретенные подлежат развитию и совершенствованию». Но научное объяснение происхождению этих «темных» или «скрытых идей» он не мог привести в силу недостаточного решения проблем наследственности в современной ему науке.

К.Д. Ушинский отличает природный характер людей и выработанный самим человеком (искусственный). Для людей с врожденными добрыми природными наклонностями, по его мнению, делать добро естественно и легко, а люди с врожденными дурными наклонностями в сознательной борьбе со своими природными склонностями вырабатывают в себе добрые правила и создают себе добрый, хотя и искусственный характер. Последним философ отдает пальму первенства и считает их источниками добра не только для себя и своих детей, но и для всего человечества. Трудно согласиться с мнением К.Д. Ушинского о наследственном, природном происхождении добрых или злых наклонностей в человеке, но его убеждение в возможности самосовершенствования человека несомненно: «Пока жив человек, он может измениться и из глубочайшей бездны нравственного падения стать на высшую ступень нравственного совершенства».

Под влиянием теории И. Канта русский мыслитель полагает, что в душе человека обнаруживаются два убеждения, прямо противоречащие одно другому: «убеждение в общей причинности явлений и убеждение в свободе личной воли человека. Одно из этих убеждений служит основанием науке, другое - практической деятельности человека и человечества». Воспитание, как практическую деятельность человека, К.Д. Ушинский отличает от научного познания как теоретической деятельности, и основа этих деятельностей различна: «Монизм, как и вера в причинность - основа науки; дуализм, как и вера в личную свободу человека,- основа всякой практической деятельности, а следовательно, и воспитания».

В «Детском мире» К.Д.Ушинский показывает отличие закона естественного от закона нравственного на примере выполнения сыновьями поручения отца. Высокой оценки и признания заслужил тот сын, который выполнил порученное ему дело не под принуждением, а по собственной воле. Мыслитель объясняет нравственный закон религией: «Бог дал человеку свободную волю, и, дав ему закон, дал ему возможность исполнять и не исполнять его». Законы естественные, по мнению ученого, не могут не исполняться; закон же «нравственный, который дан человеку Богом и выражен в священном писании и в совести каждого человека, исполняется человеком свободно, из любви к Богу и ближнему и из понимания премудрости божественных законов. Вот почему Господь одарил любимое свое создание, человека, разумом и свободой». И. Кант же объясняет нравственный закон рационально, как закон, данный разумом, а не Богом. Мерилом нравственности у обоих выступает совесть.

К.Д. Ушинский признает стремление к свободе врожденным качеством человека, которое обнаруживается еще в младенчестве при первых попытках стеснить пеленками его произвольные движения. Однако это стремление формируется и развивается только в самостоятельной деятельности человека. «Самостоятельная, излюбленная деятельность есть именно то соединение сознания и воли, в котором стремление к свободе является корнем человеческого благоденствия». Свобода так же необходима для нравственной жизни человека, как кислород для физической. Одностороннее увлечение умственной или физической деятельностью отрицательно сказывается на развитии детей.

К.Д. Ушинский согласен с И. Кантом, что состояние страданий должно предшествовать всякому удовольствию. Иначе человек, испытавший все возможные удовольствия, ощущает в себе недостаток ощущений, и даже ужас пустоты, приводящий к предчувствию смерти. Эту мысль И. Канта русский мыслитель выражает иначе, переводя ее с философского на психологический язык. Он полагает, что неудовлетворенность человека старой, привычной деятельностью побуждает стремление переходить от одной деятельности к другой: телесной, душевной либо духовной. Таким образом, педагог доказывает, что человеку врожденно стремление к деятельности или стремление к удовольствию и как производное от них - стремление к счастью.

Из этого вытекает основное педагогическое положение: «Давайте душе воспитанника правильную деятельность и обогатите его средствами к неограниченной, поглощающей душу деятельности». Многолетняя практика воспитания доказывает, что при ограничении возможностей самореализации в школе и обществе человек удовлетворяет свою потребность к деятельности и реализует свои способности в антиобщественной деятельности. Воспитатель, по мнению педагога, должен отвлечь душевную деятельность ребенка от сфер непроизводительных, ложных и вредных и сосредоточить ее на сферах производительных, полезных, предполагающих совершенствование человека в умственной, практической и нравственной сферах. Такая деятельность должна быть самостоятельной и свободной, т.к. «стремление к деятельности и стремление к свободе так тесно связаны, что одно без другого существовать не может».

По К.Д.Ушинскому, в самостоятельной деятельности человек сам беспрестанно добровольно стесняет свою свободу и беспрестанно преодолевает эти стеснения, наложенные на него этим же его излюбленным трудом. Стремление к свободе воспитывается путем преодоления каких-либо «стеснений» или преград, поэтому воспитатель должен предоставить ребенку такой опыт, соответствующий его растущим возможностям. «Диалектический принцип самодеятельности или «самостоятельности», выдвигаемый Ушинским, обладает не только теоретической ценностью, но и практической значимостью. И это характерная черта русской модели педагогической антропологии, которая ставит во главу угла не теоретическую односторонность метафизики, науки, специализации, но всесторонность практики воспитания». Наиболее полезным для человека К.Д.Ушинский считает соединение физического и умственного труда. В таком труде развиваются и крепнут воля, стремление к свободе, уменье пользоваться ею, а также необходимая для этого сила характера. Труд составляет необходимое условие для развития человека, его тела стандартом самостоятельной свободной деятельности маленького ребенка К.Д. Ушинский считает игру. В игре формируются все стороны человеческой души, его ум, сердце и воля, развиваются способности и наклонности ребенка. Важны в развитии ребенка и разнообразные вне учебные занятия, тесно связанные с игрой: посадка цветов, шитье платья кукле, плетение корзинок, рисование и другая работа. Ребенок не отличает игры от работы, работает с наслаждением и терпеливо переносит лишения и страдания ради своей игры - работы, переходя постепенно к более сложным видам труда. Обучение, по мнению К.Д. Ушинского, необходимо отделить от игры и сделать серьезной обязанностью для воспитуемых. Нужно приучать ребенка любить «свои обязанности и находить удовольствие в их исполнении». Занятие для ребенка должно быть обязательным, серьезным, но в то же время занимательным, интересным. Кроме игры, работы и учения, К.Д. Ушинский выделяет четвертую сферу деятельности ребенка - отношения с товарищами и воспитателями, которые необходимо наполнять серьезными интересами. Воспитание, соответствующее природе человека, должно основываться на принципе народности. К.Д. Ушинский доказывает, что общей системы воспитания для всех народов не существует. У каждого народа своя особенная национальная система воспитания, отражающая культуру, историю и условия жизни народа, заимствование которой другим народом не всегда оправданно. Наука же является общим достоянием всех народов.

Таким образом, формирование педагогической антропологии К.Д. Ушинского происходило под влиянием философской и педагогической антропологии И. Канта. Однако в отличие от И. Канта, К.Д. Ушинский, как и Н.И. Пирогов, связывает нравственное совершенствование человека с реализацией ценностей христианской религии в ее православной традиции. Своими трудами К.Д. Ушинский заложил основы специального изучения человека с целью согласовать педагогическую теорию и практику с природой человека. Для этого все знания о человеке - о душе, о теле, об обществе - должны служить фундаментом педагогической теории и найти применение в практике воспитания и обучения.

АВТОР: Кругликова Г.Г.

При использовании материалов сайта ссылка на сайт (www.superinf.ru ) обязательна.

Источник: www.superinf.ru